154 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
Коллапс с водой в Минске
  1. Кому, зачем и сколько? Суд по делу Виктора Бабарико: что говорит «взяткодатель»
  2. В подвешенном состоянии. История многодетной семьи из Бреста, которая готовится на три года отправить папу на «химию»
  3. В этом сезоне еще можно успеть посадить саженцы. Эксперт рассказал, как их правильно выбрать
  4. Ну, как съездил? Что смотреть в Старых Дорогах, а что не стоит
  5. «Отражает лишь степень встроенности Лукашенко во внешнюю политику Кремля». Эксперты — о встрече в Москве
  6. Минчанка рассказала, как за неделю вырастила на балконе грибы и получилось ли на этом сэкономить
  7. Следственный комитет объявил в розыск Герасименю и Опейкина
  8. Родстер за 55 тысяч долларов и броневик — за 5. Посмотрели, какие эксклюзивные авто можно купить прямо сейчас
  9. 35 лет после Чернобыля. История женщины, родившей сына в апреле 1986-го
  10. Внучка выложила фото дедушки в TikTok и собрала миллион просмотров. Смотрите, как круто он выглядит
  11. Кто знал правду о чернобыльской катастрофе в 1986 году и как боролись с тем, чтобы «не было паники»
  12. Прогноз от властей: каким будет курс доллара в ближайшие три года
  13. Показывают бицепс, «залипательно» прыгают. Кто те белорусы, которые ведут аккаунты о теле в TikTok
  14. Путин ответил на предложение Зеленского встретиться
  15. Поцелуй молодой пары попал на фото TUT.BY. Что с ней стало спустя три года?
  16. «Трупный яд попал к соседям через доски в полу». История Леонида, который убирает дома после смерти
  17. Правительство может отменить «заморозку» цен на социально значимые товары — и вот почему
  18. Доллар и евро на торгах заметно подешевели. Какие курсы валют установили обменники 23 апреля
  19. Приговор журналисткам «Белсата» за стрим с «Площади перемен» не изменили. Они проведут в колонии два года
  20. В России с 1 по 10 мая будут выходные (и это из-за коронавируса)
  21. Все умеют считать деньги — свои. А как насчет общих денег из кошелька страны? Проверим?
  22. Песков рассказал о встрече Путина и Лукашенко. В Кремле ничего не знают о «принципиальном решении»
  23. «Врачи не верили, что я вытяну». История Стаса, который попал под поезд и выжил
  24. Самая красивая пара современной «фигурки»: выиграли ЧМ и счастливы вместе вне льда
  25. Тепла хочется? В апреле не дождетесь: печальный прогноз погоды
  26. В Оршанском РУВД в кабинете нашли тело сотрудника милиции. СК проводит проверку
  27. Крах «Домашних»: задержаны жена и сын основателя сети
  28. В Беларуси задержали банковских мошенников, звонивших жертвам по Viber. Ущерб — более миллиона
  29. Telegram-канал BYPOL тоже признали экстремистским. Напоминаем, что делать подписчикам
  30. «Нельзя отворачиваться от друга, чьи глаза закрываются в последний раз». Как пережить смерть любимого питомца


Всемирно признанный эксперт по развитию венчурного бизнеса с более чем 15-летним предпринимательским, управленческим и технологическим опытом работы доктор Бертон Ли из Стенфордского университета стал гостем очередного выпуска программы "Экспертиза с Юрием Зиссером". Американский эксперт, который посетил Беларусь в рамках Всемирной недели предпринимательства по приглашению bel.biz, рассказал о причинах успеха Google и спада Yahoo!, поведал о жизни и проблемах Кремниевой долины, где обеспокоены тем, что своим слишком быстрым ростом сектор ПО может приносить вред другим инновационным секторам американской экономики.

доктор Бертон Ли из Стенфордского университета

Отдельной темой программы стало различие европейских и американских бизнесов. Главное из них, по мнению Бертона Ли, находится на культурном уровне. "Например, в США существует гораздо большая терпимость к неудачам и высокому риску неудачи в Кремниевой долине по сравнению с Европой. Законодательство о банкротстве в США более мягкое, чем во многих странах Европы. Предприниматели, которые терпят неудачу в США, в Кремниевой долине, рассматриваются как люди с хорошим опытом. Быть может, даже с гораздо лучшим и большим опытом, чем те, кто никогда не пытался создать собственную компанию", - сказал эксперт. Еще одним важным отличием Старого света и штатов американский собеседник Юрия Зиссера видит устройство и подходы системы образования. Он убежден, что американские университеты сильнее связаны с бизнесом, с ними удобнее работать, в них более гибкая культура, они меняются гораздо быстрее, адаптируясь к изменениям внешнего мира. 

Бертон Ли также рассуждал об условиях успеха европейских проектов в Кремниевой долине. Важнейшим условием успеха для них должно стать сохранение европейской инфраструктуры, то есть сохранение собственной операционной базы на местах, чтобы штаб-квартиру в Кремниевой долине использовать для привлечения венчурных капиталов, организации команд продаж и маркетинга, продажи своего продукта американским клиентам и предприятиям. Бертон Ли уверен, что в скором времени в Кремниевой долине громко смогут заявить о себе и белорусы.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (17.11 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео

- Для начала расскажите, как функционирует Кремниевая (Силиконовая) долина
- Ну, вообще дела идут в целом неплохо. За последние пять лет сектор программного обеспечения приобрел еще большую важность и большую динамичность. За последние годы мы увидели, как приобретали все большую важность мобильные устройства, облачные технологии, социальные сети, например Facebook. И сектор программного обеспечения развился в самостоятельную и очень мощную экосистему, которая в Кремниевой долине существует уже отдельно от сектора электронных устройств. И сегодня создание компьютерных игр, облачное программирование, программирование вообще развиваются очень хорошо. Так что Кремниевая долина продолжает развиваться, мы привлекаем все больше компаний со всего мира. Компании приходят и остаются в Долине, так что, мне кажется, она становится все более важным центром инноваций в мировом масштабе.
 
- А вам известны успешные клоны Кремниевой долины в мире? 
- Сегодня в мире нет клонов Кремниевой долины. Хотя и есть множество стран, пытающихся построить свои версии долины.
 
Кремниевая долина - явление весьма уникальное, в том числе и для США. Другие кластеры высоких технологий, такие как Бостон, "исследовательский треугольник" Колорадо - Сиэтл - Сан-Диего, Остин в Техасе - все еще очень сильно отличаются по размеру и динамике. Бостон много лет пытался безуспешно догнать Кремниевую долину. Так что даже в США она - уникальное явление, кластер кластеров, целый регион. И сегодня в мире, будем говорить хотя бы о Европе, нет кластеров подобного масштаба. Кембридж в Соединенном Королевстве на сегодняшний день, пожалуй, самый развитый европейский кластер, как в области гуманитарных, естественных наук, так и разработки ПО. Но я бы сказал, даже Кембридж сегодня все же отстает все больше от Кремниевой долины.
 
- Кремниевая долина растет настолько быстро, что появляются мнения о том, что ее срок подходит к концу. Потому что инвесторы теперь не думают масштабами десятилетия, а рассматривают 2-4 летний горизонт. И от этого страдают долгосрочные научные исследования. Верно ли это? 
- Да, я думаю, что в Кремниевой долине и в США в целом есть обеспокоенность из-за того, что сектор ПО привлекает так много инвестиций и в этой области создается так много стартапов и новых компаний. И это отвлекает внимание от создания новых электронных устройств, проектов в области, например, медицины, энергетики и других. И за счет того, что возврат инвестиций настолько велик и краткосрочен, есть мнение, что сектор ПО отвлекает ресурсы от проектов в области энергетики, медоборудования, гуманитарных наук. Так что действительно есть обеспокоенность тем, что сектор ПО может таким образом приносить вред другим инновационным секторам американской экономики. У нас в Кремниевой долине, в действительности, ни у кого нет ответов на эти вопросы. Но мы много думаем и говорим об этом.
 
- Тогда сейчас несколько слов о Yahoo! Есть мнение, что проект провалился. Это так? 
- Определенно за последние годы Yahoo! сдал позиции. Окончательного вердикта еще нет, но это пока не провал. Определенно, были провалы в менеджменте. За последние несколько лет мы наблюдали большую текучку менеджеров и топ-руководства в Yahoo! Марисса Майер, которая недавно присоединилась к совету директоров, придя из Google, старается сменить фокус портала, стимулировать рост. Основное направление ее работы - попытка привнести гугловское инновационное видение в Yahoo!, сделать портал местом, где чаще и быстрее появляются и реализуются новые проекты.

Исторически Yahoo! и Google сильно отличались. Я приведу несколько примеров, чтобы ввести вас в исторический контекст. Yahoo! был компанией, созданной двумя студентами-электроинженерами из Стенфордского университета, Джерри Янгом и Дэйвидом Файло. Оба они были в группе исследований полупроводников у профессора Джимми Келли, Центр интегрированных систем. Мы вместе ездили в Японию в 1992 году, будучи еще студентами бакалаврского уровня, когда еще и идеи о Yahoo! не было, когда интернет был еще молод. У меня был шанс общаться с ними в 1992-м и некоторое время после этого. Так что у меня была возможность понаблюдать за ними и потом сравнить с Google. Потому что Google - детище компьютерщиков. То есть он - продукт компьютерной компании, в то время как Yahoo! был продуктом инженеров-электронщиков.


 
И хотя, конечно, Yahoo! была все же компьютерной и программистской компанией, Джерри и Дейвид, очень грамотные докторанты в области электронной инженерии, они все же не были блестящими докторантами и исследователями в области компьютеров и ПО как Ларри и Сергей, которые создали Google. И моя личная версия причин той разницы в раннем периоде между Yahoo! и Google в том, что Джерри и Дейвид больше разбирались в оборудовании, микросхемах и немного в необходимом им ПО. Мне кажется, в первые годы они не сильно делали упор на необходимую инновационную культуру. Поэтому Yahoo! был построен в основном вокруг продаж и маркетинга, расширения и в основном на бизнес-инновациях и новых бизнес-моделях. В то время как Google с самого начала фокусировался на создании сильной культуры инноваций, привлечения лучших специалистов в области искусственного интеллекта и компьютерных исследований отовсюду в США и со всего мира. Так что Yahoo! основывался больше на бизнес-культуре, в то время как Google - на культуре инноваций в области компьютерных и инновационных технологий.
 
Так что я думаю, эта разница подходов компьютерщиков и инженеров-электронщиков и стала причиной различий между порталами до сегодняшнего дня, их хода и темпа развития и, в конечном счете, успеха.
 
Так что попытка Мариссы Майер прийти и привнести эту программерскую, хакерскую культуру в такую, в общем-то, традиционную компанию, как Yahoo!, - очень сложная задача. И ей предстоит нелегкая работа. За ней все наблюдают. Потому что то, что делает сейчас она - предмет большого интереса и беспокойства для компаний в Америке и во всем мире. Как нам стать более инновационными? Как нам изменить традиционную культуру? Как нам привнести динамичную, инновационную культуру XXI века? Так что за ней все наблюдают, потому что пока ни у кого нет рецепта, как изменить компанию и перенаправить ее развитие, изменить ее культуру. Это очень сложная задача. Марисса, конечно, делает что можно, но на самом деле это даже не преподают ни в одной из лучших бизнес-школ в Штатах или Европе: как изменить культуру компании. Все надеются, что у нее получится. Очень важно, чтобы Yahoo! пришел к успеху, потому что многие люди, которые работают на портале, все, кто работает в Кремниевой долине, да и во всем мире, все нуждаются в сильном конкуренте для Google и других компаний, таких как Apple, Microsoft.
 
Так что все в Кремниевой долине очень надеются на то, что Мариссе удастся изменить внутреннюю культуру Yahoo!. И остановит спад его популярности, одновременно подняв стоимость акций на рынках.
 
- Я всегда думал, что проблема - в бизнес-модели. Потому что модель в любом  бизнесе имеет свои ограничения. Yahoo! - веб-портал. Так что предполагается наличие большого веб-сайта со всем-всем-всем. И через 5-6 лет требования, в общем-то, те же. И если 15 лет тому назад одного сайта для всех было достаточно и даже, может, слишком, то сейчас люди используют десятки и сотни сайтов. Потому что специализированные сайты удобнее, чем один сайт со всем вместе. Я думаю, что истинная причина в этом. Ну и еще проблема моды. Потому что Google сейчас моден. Ведь если посмотреть на социальные сети, никто сейчас не вспоминает Orkut. А это была первая социальная сеть. Многие уже забыли про MySpace. Мне кажется, что через пять лет все забудут о Фейсбуке. 
- Посмотрим.
 
- Что вы думаете об этом? 
- Вы абсолютно правы в отношении разницы бизнес-моделей Yahoo! и Google, и в том, что бизнес-модель Yahoo! не подвергалась серьезной инновации в отношении оригинальной концепции бизнес-портала. Я думаю, они не обновляли модель из-за своей культуры и компетенций, знаний, которые им казались своевременными. У них был тяжелый период, когда они расширялись на области, абсолютно новые для них, не связанные с основной деятельностью. В то время как Google двигался в разных направлениях от модели просто портала: почта, Google Voice, телевидение. Не все эти эксперименты были удачны. Вспомним G+, социальную сеть. Они развивались в направлении самодвижущихся автомобилей, проекта сканирования мировых библиотек, то есть очень большие проекты мирового масштаба. Причина, почему они могли браться за такие проекты, снова и снова была в их бизнес-модели, гораздо более открытой для экспериментов и инноваций. И из-за этой модели Google смог двигаться в этих направлениях, чего не смог делать Yahoo!, более сконцентрированный на бизнес-модели и бизнес-ориентированной культуре, а не на инновациях.
 
- Я читал статью, в которой говорилось, что Yahoo! позиционировал себя не как технологическую, а как медийную компанию. 
- Именно, и поэтому они не ставили инновации в основу своей культуры. В основе были реклама, маркетинг продаж. И это работало отлично, пока не появились новые бизнес-идеи.
 
- Но их доход все еще растет?.. 
- Ну, у них развита очень хорошая клиентская база. Я сам использую почту Yahoo. Я не считаю, что у них очень хороший сервис, но я завязан на адресе. И на самом деле это единственная служба Yahoo, которую я использую - почта. Практически все остальное, что я использую, например онлайн-хранение документов и баз - от Google, Gmail. Так что Google сильно продвинулся в том направлении, куда движутся пользователи, развитие компьютеров. В то время как Yahoo остался практически на месте в отношении контента, медийного наполнения, не сильно далеко уйдя вперед в этих областях.
 

 
- Я помню, у них был сервис Yahoo! Groups уже много лет назад, с прекрасными инструментами. А Google только недавно представил такие инструменты. Но Yahoo! был менее успешен в этой области и Google преуспел больше. 
- Да, Google разработал инструменты управления документами в рамках Google Docs, Gmail и других инструментов и приложений. Они предлагают более широкие возможности пользователям и группам по управлению дискуссиями, включению чата. В то время как Yahoo!, из-за того, что там не развивались эти инструменты, остался более ограниченным в функциональности. И еще я думаю, что Google благодаря своей культуре и людям, которые там работают, сумел создать шум вокруг себя, привлекая пользователей к своим сервисам в онлайне, чем основанный на традиционной бизнес-модели Yahoo!.
 
- Мой интерес к Yahoo! объясняется тем, что он использовался как модель. Вообще-то TUT.BY задумывался как местный клон Yahoo!. В этом была причина моих вопросов. А чем сейчас занимаются Дейвид и Джерри? 
- Я не видел их много лет, с тех пор, как они покинули Стенфорд. Джерри, как вы знаете, покинул руководящий пост в Yahoo! несколько лет назад. Он был всегда больше на виду из двоих основателей портала. Дейвид всегда был больше технарем, который оставался на заднем плане. В то время как Джерри был больше фронтменом с его докторской степенью в области инжиниринга, тем не менее, он оставался больше на виду, на людях. Он со своей женой оставались активными в Кремниевой долине. Недавно они пожертвовали несколько миллионов долларов Стенфорду на финансирование нашего нового здания гражданского строительства и охраны окружающей среды, здание Джерри Янга и Кито Ямасаки. Помимо этого, у них сейчас не самый большой вес в Кремниевой долине, и я не могу точно сказать, чем они занимаются. Знаю только, что они продолжали деятельность  в долине.
 
- Хорошо, закончим с Yahoo!. Я знаю, что вы известны как эксперт по европейскому бизнесу в США. Что под этим имеется в виду?
- Да, для того, чтобы дать представление вашим зрителям о том, что я делаю в Стенфорде как профессор, преподающий в области инжиниринга. Я преподаю исследовательский курс по европейским инновациям. У меня есть курс по европейским исследованиям, который я ежегодно читаю в Школе инжиниринга. На курс мы приглашаем европейских бизнесменов, инвесторов и других представителей инновационного сектора, мы обсуждаем различия между Европой и Кремневой долиной. Так что я провожу много времени в Кремниевой долине, общаясь с представителями европейских стартапов, европейскими бизнесменами. Также я провожу много времени в Европе, от России до Ирландии, от Скандинавии до средиземноморских стран. Я работаю и консультирую в европейских университетах, компаниях, стартапах, инвест-группах, технопарках и правительственных организациях. Моя задача - оказать содействие стартап-проекту, университету или другой организации в применении правильной бизнес-модели, стратегии, набора команды, определения целей и многого другого. Это в общих чертах.
 
- И в чем же все-таки разница? 
- Различий много, и у нас не так много времени… Так что позвольте мне сконцентрироваться на ключевых отличиях. На культурном уровне, например, существует гораздо большая терпимость к неудачам и высокому риску неудачи в Кремниевой долине по сравнению с Европой. Законодательство о банкротстве в США более мягкое, чем во многих странах Европы. Предприниматели, которые терпят неудачу в США, в Кремниевой долине, рассматриваются как люди с хорошим опытом. Быть может, даже с гораздо лучшим и большим опытом, чем те, кто никогда не пытался создать собственную компанию. И чаще инвесторы поддержат предпринимателя, потерпевшего неудачу в первом проекте, как инициативного человека, который может учиться на своих ошибках. Это одно отличие - культура рисков. Второе - это университетская система. К примеру, Стенфорд и университеты Лиги плюща на Восточном побережье США. Я могу много говорить о частных университетах, но у нас есть и большое количество государственных университетов.

Университеты в США более гибкие и прагматичные в своих моделях обучения и исследований. Многие наши университеты, не только Стенфорд, плотно сотрудничают с компаниями как в США, так и за границей. Так, моя докторская работа финансировалась компанией Daimler из Штутгарта, и я тогда много работал в исследовательских лабораториях этой компании. Многие из наших преподавателей имеют тесные связи с компаниями и работают в них в качестве консультантов, либо ранее работали в крупных компаниях. Многие из наших преподавателей и инженеров-исследователей создают свои собственные компании или привлекаются в компании как инвесторы или консультанты в области электроинжиниринга или в других областях. Так что барьеры между университетами и бизнесами в США намного более размыты. Преподаватели не рассматривают себя как исключительно академический персонал, концентрирующийся только на теоретических исследованиях. У них есть стимулы для того, чтобы они применяли результаты своей работы и исследований в практической области. Так что я думаю, что основное различие между Европой и США в том, что наши университеты сильнее связаны с бизнесом, с ними удобнее работать, в них более гибкая культура, они меняются гораздо быстрее, адаптируясь к изменениям внешнего мира. Сейчас, например, наши университеты активно развиваются в абсолютно новой для них области онлайн-образования. Интернет-образование вообще становится очень важной областью, в том числе и инноваций, в Стенфорде, Массачусетском технологическом и других американских университетах. В общем, мы ориентированы на эксперимент, не оглядываемся на правительство в ожидании указаний или разрешений и уж тем более в поиске новых идей. Мы больше ориентированы на промышленность, наши собственные ресурсы и идеи в поисках развития самих университетов и куда должна двигаться страна в целом. Есть и другие различия, но эти - наиболее, пожалуй, важные.
 

 
- Так как же адаптировать европейские бизнес-центры к условиям американского рынка? 
- Я работаю со многими европейскими стартапами и правительственными агентствами. Многие европейские правительства имеют свои центры в Кремниевой долине. И есть очень важный вопрос, который всегда возникает: если мы создаем много стартапов, не уйдут ли они потом в Кремниевую долину или в Бостон или в другие центры, которых много по всему миру. Не случится ли так, что мы потратим время, силы и ресурсы, а они возьмут и уйдут. И это вполне законный вопрос. Мы отвечаем на этот вопрос так: многие успешные и хорошие европейские проекты в долине не переносят всю свою команду в США. Напротив, считается положительным фактором, когда европейские компании сохраняют основную команду и объем операций в Европе. То есть происходит то, что мы называем "транспортировкой" компании. Это те случаи, когда европейская компания, зарегистрированная в одной из стран Европы, переносит свою юридическую деятельность в США, создавая там юридическое лицо в качестве головного офиса и сохраняя европейский офис в качестве дочерней организации. И большая часть технической команды, инженеры, к примеру, остаются на своих местах: в Италии, Польше, Беларуси, Украине, где стоимость талантливого инженера гораздо ниже, чем в Кремниевой долине, где есть прекрасные инженеры, обучающиеся на местах, где гораздо меньше конкуренция на рынке таких специалистов. В Кремниевой долине очень сильная конкуренция между Facebook, Google, Hewlett Packard, Intel за лучших инженеров. Так что цены на них там сильно растут. Также такой подход позволяет европейским стартапам, переехавшим в Кремниевую долину, продолжать держать руку на пульсе европейского рынка.

Так что когда они расширяются в европейском направлении, у них уже есть на месте операционная база. Потому наиболее успешная модель для европейских стартапов, которые приходят в Кремниевую долину, Бостон или куда-то еще в США - это сохранить нетронутой их операционную базу на местах, в своих странах. А штаб-квартиру в Кремниевой долине использовать для привлечения венчурных капиталов, организации команд продаж и маркетинга, продажи своего продукта американским клиентам и предприятиям. А затем использовать растущие продажи для роста привлечения венчурных капиталов в США, чтобы нанять на работу еще большее количество персонала в своей стране.

Это стратегия, которая оказывалась успешной множество раз. Кремниевая долина создала миллионы рабочих мест в Европе в ИТ-секторе. Недавно Facebook завершил исследование, сколько новых рабочих мест было создано только в рамках этой компании в Европе. Выяснилось, что Facebook, косвенно и напрямую, только сама эта компания, создала в Европе более 250 тысяч рабочих мест. Так что если включить сюда Hewlett-Packard и все другие европейские стартапы, которые пришли в Кремниевую долину и сейчас распространяются обратно в Европу, то можно сказать, что количество рабочих мест, созданное в Европе европейскими компаниями, пришедшими в долину, исчисляется миллионами. Так что многие страны, такие как Финляндия, Эстония, Дания, считают Кремниевую долину частью своей инновационной экосистемы, важным элементом развития и создания рабочих мест.

- Это можно считать рецептом успеха белорусов в США. 
- Это один из способов достичь успехов в Штатах. Американское бизнес-сообщество очень открыто в плане работы с европейскими компаниями, которые заинтересованы во входе на американский рынок, применении лучших американских бизнес-моделей и практик. Нам приятно работать с лучшими европейскими инженерами и менеджерами. Так что если вам удается добиться успеха здесь, в Беларуси и на рынке Восточной Европы, американские инвесторы будут смотреть на это очень серьезно и видеть в этом повод для инвестиций в компанию, которая приходит на американский рынок.

- Вы слышали когда-нибудь о белорусских проектах? 
- Я никогда не слышал о белорусских проектах, и вообще это мой первый приезд в Беларусь. Но я работаю со многими другими европейскими компаниями. Мы сегодня наблюдаем украинские аутсорсинговые компании в Кремниевой долине, растущее число российских компаний. Например, у "Яндекса" есть исследовательский центр в долине. Пришло "РусНано", другие бизнес-центры, фонд "Сколково". Растет присутствие румынских компаний. Например, в "Майкрософте" очень сильно присутствие румын. Не так сильно представлены Болгария и другие балканские страны: Сербия, Македония… Так что восточноевропейские страны в Кремниевой долине не так уж сильно представлены, взять Беларусь, даже у Польши не такое уж сильное присутствие, но это начинает меняться. Так что, мне кажется, у Беларуси большие возможности для поднятия своего престижа и веса в Кремниевой долине. И если Беларусь может построить мост между Минском и Кремниевой долиной, ваши лучшие компании могут прийти и наладить отношения с американским бизнесом, инвесторами, с нашими студентами и клиентами, так что есть большие возможности расширить белорусские компании в США.

- Так что для белорусов все еще впереди…
- Да, двери широко раскрыты. С американской стороны.
 
- Да, мы знаем. А вы ищете здесь какие-нибудь венчурные проекты? 
- Я здесь в первую очередь в качестве докладчика на Неделе предпринимательства и конференции МФК по информационным технологиям. Во вторник в рамках моего мастер-класса я встретился с представителями ряда компаний. Так что это мой первый опыт общения с белорусским бизнесом. Я пообщался с некоторыми представителями ИТ-бизнеса и был впечатлен качеством идей.
 
В общем, я приехал сюда не как инвестор. Но я очень надеюсь со временем вернуться в Минск и продолжить работу с белорусским бизнесом сперва в качестве тренера и консультанта, а затем, возможно, и в качестве инвестора, чтобы дать здешним стартапам возможность расти и развиваться в США.

- Хорошо. А что вы думаете о роли государства в развитии предпринимательства? 
- Ну, на самом деле роль государства в развитии предпринимательства должна быть очень и очень косвенной и минимальной. И, как мне кажется, что может сделать государство, позвольте мне говорить в европейском контексте, стимулировать университеты и политехнические вузы, чтобы они более активно работали с бизнесом. Это относится как к факультетам инженерного дела, так и к школам управления и маркетинга, да и другим факультетам тоже. Важная роль, которую может взять на себя государство - стимулировать профессорско-преподавательский состав поддерживать студентов, которые хотели бы создать собственные компании, развивать уже существующие бизнесы, создавать центры обмена знаниями, сотрудничать с крупными компаниями. Снижать и устранять барьеры между университетами и окружающим миром. Дать понять, что студенты и преподаватели, которые создают собственные компании - это хорошо для университетов и хорошо для всей Беларуси. Это одна роль - подталкивание университетов в этом направлении, на пути развития предпринимательства.
 
Другая важная роль - поддержка создания сильного сообщества инвесторов. Венчурных инвесторов и бизнес-ангелов. У меня еще не было возможности встретиться с венчурными фондами или бизнес-ангелами здесь. Но одна из проблем Европы - в недостатке венчурных фондов и частных инвесторов, вкладывающих деньги в инновации. И важная роль, которую сможет играть правительство - это адаптация законодательства в области инвестиций, чтобы инвестиции частными лицами или фондами в новые проекты были бы менее рискованными в случае провала, а также чтобы на государственном уровне стимулировались бы такие инвестиции. В США мы наблюдаем, что правительство играет важную роль, адаптируя налоговую политику в этой области. И сейчас планируются новые меры как на федеральном, так и на местном уровнях для стимулирования вложений, в первую очередь, со стороны частных инвесторов, у которых есть интерес вкладывать деньги в частные компании. И в случае, если такие инвесторы получают прибыль, налоги должны быть минимальными для того, чтобы эту полученную прибыль они могли реинвестировать в новые стартапы.
 
- Должно ли государство давать гранты под стартапы как в России? 
- Это очень комплексный и сложный вопрос. У нас в США есть программы грантов для малого и среднего бизнеса. Самая известная программа называется SBIR ("Инновационные исследования для малого бизнеса"). В рамках этой программы федеральные исследовательские центры, к примеру, Национальный фонд науки, Национальный институт здравоохранения, НАСА, другие агентства в области науки и технологий, раздают гранты размером в несколько сотен тысяч долларов компаниям, которые заинтересованы в коммерциализации различных технологий для широкого использования. Здесь, в Европе, есть множество государственных агентств, выделяющих гранты.

Например, в Ирландии, многих других европейских странах. Многое зависит от того, как выделяются эти гранты. Необходимо смотреть на то, каким образом компании могут получить это финансирование, на каких условиях, каковы грантовые соглашения, как улаживаются вопросы интеллектуальной собственности на продукт. Сложно говорить в общем о таком предмете. Я видел, что многие программы грантов здесь, в Европе, имели отрицательный эффект, т.к. они иногда стимулируют компании буквально жить на государственные гранты - от гранта до гранта, вместо того, чтобы подталкивать к реальному развитию бизнеса. И иногда в Европе я наблюдаю, что есть слишком много правительственных денег, которые идут в малый и средний бизнес. И эти деньги просто сохраняют на плаву те предприятия, которые без них могли бы расти сами и развиваться. И такие компании остаются с 4-5 сотрудниками и никогда не вырастут до компании в 50-100 человек. И иногда миллиарды евро тратятся на поддержание именно таких компаний вместо того, чтобы дать деньги в компании с потенциалом роста.
 
Так что картина не ясна. Я думаю, есть большие возможности для улучшения грантовых программ здесь, в Европе. И что общая для практически всех европейских стран политика предотвращения банкротств компаний должна быть пересмотрена. Вообще, это очень важно: дать компаниям возможность объявлять банкротство.
 
- Ну и наконец, ваши пожелания нашим читателям, зрителям и слушателям. 
- Спасибо. Это мой первый приезд в Минск и Беларусь. Для меня большая честь и удовольствие быть здесь, спасибо за приглашение. Надеюсь, что смогу приехать снова. Я надеюсь и желаю Беларуси, чтобы мы смогли увидеть много молодых предпринимателей, начинающих бизнес и открывающих новые компании как в университетах, так и за их пределами. Университеты будут поддерживать такую практику и должны активнее внедрять на коммерческом рынке технологии, разработанные у них в лабораториях. Мне также хотелось бы увидеть, что крупные компании здесь начнут поддерживать стартапы посредством обучения и тренингов, посредством инвестиций в многообещающие проекты. Очень важно построить здесь предпринимательскую экосистему, с привлечением стартапов, частных инвесторов и венчурных фондов, тренеров и специалистов, юридических фирм, которые разбираются в этой специфике и деятельности быстро растущих молодых компаний. Беларусь нуждается в создании всей этой экосистемы, и тут требуется, как мне кажется, сотрудничество и лидерство со стороны частного сектора, бизнесменов, таких, как вы. Но также это и область, где университеты могут оказать содействие, а правительство - не мешать и даже, быть может, оказать помощь, но все же не вмешиваться в процесс напрямую.
-40%
-40%
-10%
-11%
-28%
-10%
-70%
-30%
-40%
-50%