Ольга Лойко,

Кризис, по крайней мере, его острая фаза, остался в прошлом. Но, ожидая снижения ставок по кредитам и роста зарплат, мы пытаемся оценить, какие риски ожидают экономику на пути выздоровления. Уже дважды с начала года Нацбанк снижал ставку рефинансирования. Но будут ли ставки по кредитам и депозитам снижаться так же бойко, как росли? Что важнее, сохранить ставки привлекательными для населения или отпугнуть спекулятивный капитал? Можно ли обеспечить рост реальных доходов, не нарушив при этом непросто достигнутого макроэкономического равновесия?

Об этом в студии TUT.BY рассказали начальник Главного управления регулирования банковских операций Национального банка Сергей Кисель и директор Института сертифицированных финансовых менеджеров в Беларуси Ирина Мацокина.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (20.80 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать видео
 
Позитивный сигнал для бизнеса, негативный – для спекулянтов
 
- Чем же мы рискуем в 2012 году?

Сергей Кисель: Давайте выясним, с чем мы закончили год. Год был непростым, но в итоге мы получили не самые худшие результаты, потому что добились существенного снижения инфляции. В декабре прошлого и январе этого года, инфляция составляла всего 1,9%. За три недели февраля – 1,4%. После гиперинфляционного шока, когда был прирост цен на 108,7%, мы вышли на более низкий уровень. Это может расцениваться как определенная финансовая стабилизация, которая должна стать одной из основ экономического роста.
 
Вторая проблема прошлого года – отрицательный счет текущего баланса. Эта проблема связана с ситуацией на валютном рынке. В этом плане мы можем говорить об улучшении ситуации, хотя окончательно она еще не разрешилась. Такие проблемы решаются годами. Это вопросы не только финансов, но и технологического уклада, конкурентоспособности продукции. Тем не менее, в 2011 году отрицательное сальдо по счету текущих операций составило 70% от уровня 2010 года, хотя его значение все еще весьма высокое: 5,7 млрд долларов. Частично оно покрывалось привлечением ресурсов, хотя шло падение валютных резервов как компенсация оттока средств по текущему счету.


 
В итоге Беларусь смогла завершить год со значительным приростом международных резервов. В определении МВФ они составляют 7,9 млрд долларов. Важный показатель – соотношение резервов и импорта. В мировой практике хорошим показателем считается от трех месяцев и выше, у нас импорт покрывается резервами на два месяца. Хотя в середине года, в самый напряженный период, мы доходили до месячного покрытия импорта.
 
- Критерий Редди - далеко не единственный индикатор безопасного объема золотовалютных резервов. Кроме того, это был кризисный год, а фактически резервы и нужны, чтобы амортизировать кризис.

Сергей Кисель: А в этом году задачи по наращиванию резервов останутся. В прогнозе - прирост до 8,3 млрд.
 
Но кроме планов по приросту ЗВР у нас еще есть установленный на год потолок по госдолгу, и, как я понимаю, мы близки к нему.

Сергей Кисель: В прошлом году мы подошли к потолку по госдолгу. Хотя по сравнению с другими странами положение Беларуси с госдолгом - одно из лучших в регионе. И даже в самые сложные периоды Беларусь всегда ориентировалась на первоочередное выполнение обязательств по внешнему долгу.
 
Сейчас важно, чтобы улучшились наши кредитные рейтинги. Я думаю, они занижены относительно реального положения, но это характерно для мировой экономической среды. После ипотечного кризиса в США в 2008 году рейтинговые агентства начали понижать рейтинги практически всем странам.
 
Сейчас начата работа с рейтинговым агентством  Dagong из Китая. Учитывая ситуацию в Европе, нам надо ориентироваться на привлечение средств из Тихоокеанского бассейна, тем более их экономическое положение гораздо более стабильно. Рейтинг Dagong позволит нам привлечь эти ресурсы.
 
С 1 марта ставка рефинансирования опять снижается, причем шаг оказался большой – сразу 5 пунктов…

Сергей Кисель: Сложилось сразу несколько факторов, которые повлияли на изменение ставки рефинансирования. С одной стороны это резкое падение инфляции, в итоге реальная процентная ставка становится очень большой. А Нацбанк старается, чтобы реальная ставка была положительная, но не запредельная, иначе это влияет на эффективность работы предприятий.
 
Источник: Нацбанк
Источник: Нацбанк

Второй момент связан с тем, что на наш рынок вследствие открытости в новом экономическом пространстве начали приходить краткосрочные ресурсы, которые обычно называют спекулятивным капиталом. Надо было превентивно защититься от него, и один из шагов такой защиты – выход на более низкий уровень процентных ставок. Вдобавок на рынке Беларуси сейчас избыточная ликвидность банков.
 
В какой момент она появилась? Мы только в конце года говорили о дефиците ликвидности, а теперь Нацбанк возобновил аукционы по размещению краткосрочных облигаций для изъятия ликвидности.

Сергей Кисель: Избыточная ликвидность – краткосрочное явление, отсюда такое резкое изменение. К тому же реакция населения и субъектов хозяйствования на экономические индикаторы достаточно быстрая. Это говорит о постепенном повышении уровня финансовой грамотности. Избыточная ликвидность появилась за счет того, что население переориентировалось на сбережение в белорусских рублях.
 
Нацбанк ставит задачу трансформировать возвращающиеся в белорусских рублях средства в более долгосрочные депозиты. Понижение ставок коснется краткосрочных депозитов, а по долгосрочным депозитам оно будет более консервативным. Затем мы выйдем на новый уровень инфляции, он закрепится на относительно низкой отметке, поэтому можно будет параллельно сдвигать кривую доходности вниз. В итоге мы получаем ресурсы в белорусских рублях, и они приобретают долгосрочный характер.
 
Источник: Нацбанк
Источник: Нацбанк

Насколько это позитивный сигнал для бизнеса?

Ирина Мацокина: Безусловно, для бизнеса это серьезный ресурс развития инвестиционных проектов, потому что после периода стабилизации можно начинать развитие. Я бы хотела уточнить, насколько реален прогноз о снижении ставок на 20-23%.
 
Сергей Кисель: По итогам двух месяцев можно говорить, что есть большие подвижки по инфляции. Но ставки жестко завязаны на уровне инфляции. Если мы выполняем прогноз по инфляции, то будут обозначенные ставки.
 
Какими методами планируете снижать ставки? Придется ли Нацбанку чуть-чуть давить на банки?

Сергей Кисель: Самый сложный этап, когда нужно двигаться ниже инфляции 10% и снижать ставку рефинансирования ниже 12%. В пределах, обозначенных прогнозом текущего года, она идет плавно, и реакции банков быстрые. Банки сейчас редко применяют фиксированные ставки: они привязывают их к ставке рефинансирования, и автоматически пересматривают все процентные ставки.
 
Неоправданное повышение доходов – путь к повторению гиперинфляционного сценария
 
Ирина Мацокина: Как вы относитесь к тому, что международными аудиторскими компаниями рекомендовано применять гиперинфляционный стандарт МСФО в подготовке финансовой отчетности? Можем ли мы говорить, что это гиперинфляция, или мы уже подходим к периоду стабильности и готовы работать на базовых стандартах МСФО? Это влияет на оценку собственности, залога.
 
Сергей Кисель: Мы долго общались с аудиторскими компаниями, пытаясь выяснить их позицию. В этом году мы выходим на новые ориентиры с точки зрения монетарной политики и социально-экономических показателей. Безусловно, эффект прошлого тянется, а рейтинговые компании после кризисов стали консервативными. Такое отношение скорее связано не с экономической ситуацией, а вообще со спецификой развития мировой экономики и работой этих компаний.
 
Ирина Мацокина: У нас принимается новый закон о бухгалтерском учете. Сближение с МСФО позволяет предоставлять адекватную ситуацию о бизнесе и тенденциях. Это важно как для банковского сектора, так и для развития бизнеса и принятия конкретных решений.
 
Сергей Кисель: Наши банки активно применяют эти международные стандарты. Пусть даже будет небольшое занижение показателей, и оценка будет консервативна, но в итоге это позволит создать банкам большие резервы, привлечь дополнительный капитал.
 
Ирина Мацокина: Институт сертифицированных финансовых менеджеров планирует провести международный финансовый семинар по МСФО для национальных преподавателей, аудиторов, которые потом будут транслировать это для реального сектора. Этот стандарт помогает эффективно принять решение, потому что отчетность получается в реальном времени, и видно движение денежных средств.
 
На межбанке ставки сейчас резко упали. Можно ли ожидать снижения ставок по кредитам схожими темпами? Насколько Нацбанку приходится влиять на это снижение? Или у банков здоровая конкурентная среда, и не получится сильно задерживаться со снижением?

Сергей Кисель: Рекомендации Нацбанка остаются рекомендациями. Рекомендации касались лишь того, что банкам надо внимательно относиться к распределению ставок по кривой доходности. Нет никаких резонов привлекать краткосрочные ресурсы, когда есть избыточная ликвидность, надо ориентироваться на более длинные сбережения. Все остальное – работа Нацбанка его стандартными инструментами типа ставки рефинансирования, ставок, по которым банки могут получать поддержку ликвидности. Когда ставки на Межбанке низкие, нет резона обращаться к Нацбанку. Поэтому Нацбанк будет держать высокую процентную ставку для банков по получению дополнительной ликвидности.
 
В целом Нацбанк будет время от времени вмешиваться в процессы, происходящие на денежном рынке, но это традиционная работа для всех центральных банков.
 
В прошлом году со стороны Нацбанка была рекомендация по сдерживанию потребительского кредитования. Она действует и сейчас?

Сергей Кисель:
Рекомендация возникла в связи с экономической ситуацией. Потребительское кредитование тоже четко связано с импортом. Население брало рубли и через конвертацию направляло их на покупку импортных товаров. Стояла задача сократить внутренний спрос. Сейчас ситуация выглядит по-другому: банки ориентируются на уровень доходов населения, в том числе на реальные доходы. Темпы роста реальных доходов снизились, и распределение между потреблением и сбережением поменялось. Само население подходит консервативнее к получению кредита, и банки более внимательно оценивают ситуацию с потребительским кредитованием. В прошлом году было сокращение потребительского кредитования в рублях и валюте. Чтобы ограничить валютные риски населения, Нацбанк еще в 2010 году ввел запрет по кредитованию в иностранной валюте.
 
Источник: Нацбанк
Источник: Нацбанк

По кредитованию субъектов хозяйствования шел рост валютных кредитов и сокращение рублевого кредитования, хотя номинальные показатели росли и там, и там. Кредитование ориентировалось на проекты, которые приносили реальную валютную выручку. Банки будут кредитовать в первую очередь тех, кто работает на экспорт или в итоге обеспечит импортозамещение. Под это можно привлекать иностранные кредитные линии, хотя рейтинги сказываются на стоимости ресурсов.
 
Внутреннее потребление в этом году будет для нас вторичной задачей, потому что нам надо работать над сбалансированием внешней торговли.
 
То есть не планируется искусственно поднимать зарплату? Были такие опасения…

Сергей Кисель: Один из основных рисков – неоправданное повышение доходов, которые не будут сопровождаться ростом производительности труда. Должна быть четкая связь роста доходов и более высоких темпов роста производительности труда и улучшения экономических показателей. Мы выходим на новое качество экономического роста, которое будет основано на улучшении всех показателей, характеризующих качество работы экономики: производительность, материалоемкость, энергоемкость.
 
Не мечтать, а наращивать капитал
 
Аналитики Standard & Poor’s озвучивали достаточно пессимистичный прогноз: доля плохих кредитов – 15-20%. Насколько оптимистичнее Нацбанк?

Сергей Кисель: Показатели Нацбанка гораздо скромнее. Мы держимся в пределах 5%, поэтому я думаю, это слишком большой пессимизм со стороны аналитиков. Проблема такого рода существовала в Беларуси в кризис 1998 года, когда обвалился российский рубль. С тех пор никто не доходил до 15%.
 
Но увеличение за прошлый год было значительное?

Сергей Кисель: Естественно, у заемщиков были проблемы. По населению банкам рекомендовалось изыскивать возможные способы снижения кредитной нагрузки. Это предусматривало изменение графиков платежей, отсрочку уплаты основного долга. Кроме того, шла трансформация задолженности в иностранной валюте в белорусские рубли. Это защищало заемщиков от валютного риска.
 
В случае предприятий большую роль сыграло государство. На протяжении всего года бюджет был профицитным. Государство оказывало поддержку своими инструментами: гарантиями. Значительная доля собственности находится в руках государства, поэтому такая возможность была. По частному бизнесу финансовое планирование осуществлялось более гибко. С помощью всех этих инструментов ситуация поддерживалась на приемлемом уровне. Конечно, колебания существуют, но они не вызывают озабоченности.
 
Насколько беспокоит Нацбанк, что не все банки сейчас выполняют нормативы по безопасному функционированию?

Сергей Кисель: Выполнение нормативов безопасного функционирования связано с итогами прошлого года, когда произошло обесценивание капитала. На этот год банкам поставлена задача разными способами обеспечить наращивание нормативного капитала. В первую очередь речь идет о том, чтобы владельцы банков сами позаботились о капитале, если они намерены продолжать работать в Республике Беларусь. Если кто-то думает иначе, есть инструменты, связанные с реструктуризацией банка. На протяжении этого года капитал будет восстанавливаться, и все экономические показатели работы банка будут улучшаться.
 
То есть не стоит рассчитывать на то, что Нацбанк пойдет на исчисление нормативного капитала не в евро, а в белорусских рублях?

Сергей Кисель: Я думаю, это неоправданные ожидания, тем более что наш банки отработали большой период времени с показателем, оцениваемым в евро. Но учитывая обстоятельства, при которых у банков возникли проблемы с показателями экономической деятельности, на данном этапе никаких санкций к банкам не применяется.
 
Сделки впереди
 
Учитывая все сложности, в прошлом году мы ждали слияний, поглощений, новых громких сделок, но не дождались. Может, они еще возможны?

Сергей Кисель: Слияния и поглощения – это бизнес-процессы. Чтобы произвести слияние и поглощение, предварительно надо сделать оценку бизнесу. Такие оценки занимают минимум полгода, поэтому за прошлый год ничего не успело случиться. Это естественное изменение среды функционирования банков, поэтому не надо удивляться, когда мы узнаем об очередном слиянии.

И Нацбанк достаточно оптимистичен, полагая, что есть инвесторы, которые хотели бы и могли бы купить активы.
 
Сергей Кисель: Для входа инвестора нынешние условия - одни из самых лучших. Многие инвесторы могут обратить внимание на белорусские активы, в том числе банковские.
 
А стремление Беларуси получить китайский рейтинг с этим никак не связано?

Сергей Кисель: Китайский рейтинг не связан непосредственно с покупкой и продажей банков, но в принципе работает на общее улучшение инвестиционной среды в Беларуси.
 
Ирина Мацокина: А что касается национальных рейтингов?

 

Сергей Кисель:
Проект существует, сегодня заседает рабочая группа по национальному рейтингу. Национальные рейтинги ориентированы на оценку бизнеса в Беларуси. Это дополнительная помощь банкам, чтобы кредитовать предприятия, сегментировать их. Когда нет рейтинга, все предприятия на одно лицо, и банку надо прикладывать дополнительные усилия, чтобы изучать финансовую документацию. Рейтинг будет в помощь предприятию, потому что предприятие, которое имеет хорошие показатели работы, может рассчитывать получить высокий рейтинг и тем самым получать более низкие по стоимости кредиты.
 
Ирина Мацокина: Как будет работать организационная группа: от Нацбанка или совместно с Минэкономики? Планируется ли вхождение в национальный рейтинг частного бизнеса?
 
Сергей Кисель: Работа инициирована Нацбанком, хотя группа очень большая и сформирована постановлением Совета министров. Детали еще недостаточно проработаны.
 
Ирина Мацокина: Но участие в национальном рейтинге будет носить заявительный характер?
 
Сергей Кисель: Надо полагать, да, потому что получение рейтинга – инициатива того, кто желает его получить.
 
После падения мы запланировали резкий рост. Насколько это серьезный риск для экономики?

Сергей Кисель: Многие эксперты поднимают проблему показателей роста на этот год 5,5%. Все дело в сравнении. Если брать показатели прошлого и этого года, то очевидно снижение темпов роста. Беларусь вошла в ЕЭП, и наша экономика сильно привязана к рынку наших партнеров по экономическому пространству. Российская Федерация планирует экономический рост более 4%, в принципе сопоставимый с нашими показателями. Это говорит о том, что у Беларуси будет рынок, а это значит, что будут основы для роста.
 
Безусловно, рост должен быть сбалансированным и не может происходить только за счет кредитной накачки экономики. Надо улучшать качественные показатели работы предприятий. Рост должен быть инновационным, прежде всего надо развивать сектора, которые выводят нас на новую технологическую ступень.
 
Мы оценивали внутренние риски, но есть еще и внешние. Все-таки внутренняя конъюнктура не очень благоприятна, даже если не брать европейские санкции, а оценивать состояние европейского рынка.

Сергей Кисель: Европейский рынок нестабилен сегодня, и это один из факторов риска. Для Беларуси важна возможность привлекать ресурсы с европейского рынка. Мы начинаем ориентироваться на тихоокеанский регион, где имеются существенные финансовые ресурсы.
 
Второй аспект – продажа белорусских товаров на европейском рынке. Беларусь имеет возможность маневра за счет размера своей экономики по сравнению с размером экономики партнеров. Мы можем достаточно быстро переориентироваться, один период работая на европейский рынок, а второй – на рынок Российской Федерации. Говоря о возможности продаж на европейском рынке, нельзя сбрасывать со счетов, что на этот рынок поставляется много белорусских товаров, связанных с минеральным сырьем. Это калийные удобрения, нефтепродукты. На мой взгляд, спрос на эти товары остается стабильным, несмотря на сложную экономическую ситуацию в ЕС. Поэтому там не должно быть больших спадов.
 
Источник: Нацбанк
Источник: Нацбанк

Ирина Мацокина:
Хотелось бы уточнить риски нашего крупнейшего рынка – российского.
 
Сергей Кисель: Риск, конечно, существует. В вопросах движения капиталов, рабочей силы, проблеме заработной платы мы вынуждены ориентироваться на Россию. Нагрузка на бизнес растет, хотя появление дорогих рабочих мест – это плюс для экономики. Этот фактор дает возможность экономике пересматривать свою структуру.
 
Ирина Мацокина: Финансовые директора отмечают, что на сегодняшний день ключевым является эффективное внутреннее финансовое управление. Это касается управленческого учета, перехода на МСФО, финансовой аналитики. Сегодня институт предлагает международные программы высококачественного уровня, где мы обсуждаем подходы, концепции и приоритеты реструктуризации бизнеса в сторону инновации, экспорта. Ключевой параметр – точки роста, развитие на рынке России и экспортных рынках. У нас есть ряд предприятий, которые экспортируют инновационную продукцию в 50 стран. Для них важна доступность кредитных ресурсов, валютные риски и стоимость рабочей силы и какие риски существуют при вхождении в ЕЭП.
 
Сергей Кисель: Для белорусского бизнеса перспективы лежат в развитии производственной сферы, ориентации на экспорт, работе по улучшению всех показателей, смены технологии. Это направление будет всячески поддерживаться, в том числе финансовыми ресурсами. Менее перспективная сфера – ориентация на импорт. 

-20%
-23%
-10%
-15%
-10%
-10%
-20%
-20%
-30%
0071926