Александр Обухович,

Прежде чем обсуждать источники финансирования модернизации государственного сектора нашей промышленности, требуется внести ясность в один принципиальный вопрос: а какие средства имеет право использовать правительство для финансирования своей деятельности? В частности, имеет ли право правительство тратить на текущие нужды национальное богатство?
 
Я думаю – не имеет. Основная задача любого правительства – это богатство умножать. А распоряжаться правительство имеет право лишь доходом. Лишь доход правительство может направлять на потребление (включая расходы на социальную сферу) и накопление. А доход приносит капитал. Та часть национального богатства, которая задействована в производстве и обороте материальных ценностей.
 
Мы не "с нуля" начинали. На момент провозглашения независимости страна обладала весьма значительным производственным потенциалом. Однако уже вследствие ряда внешних причин (включая последствия распада СССР) и отсутствия в стране промышленной политики, материальная основа этого потенциала в значительной части оказалась категорией скорее национального богатства, чем национального капитала. Поскольку вовлечь эти богатства в экономический оборот мы так и не сумели.
 
Исходя из полученной официально прибыли, капитализация всех предприятий нашей промышленности перед кризисом едва превышала 176 трлн рублей (=61 млрд долларов). В то же время, по данным ЦСУ БССР, на 1987 год, основные и оборотные фонды нашей промышленности составляли около 50 млрд. долларов (в сегодняшних ценах – от 100 до 150 млрд долларов). Получается, по официальным данным, что сегодня задействовано, в лучшем случае, около половины промышленного потенциала советского наследства. Визуально, глядя на "Интеграл", "Планар", "Белвар", МПОВТ, "БелОМО" и многие другие – и того меньше. Конечно, часть потерянного – специальные мощности ВПК, которые и не могли быть востребованы. Часть – мощности, устаревшие до полной неприменимости, часть – разукомплектованы. А остальные – не в том месте, где нужны. Где, сколько и каких – разобраться сегодня невозможно.
 
Доедаем то, что осталось
 
К сожалению, наше правительство никак не поймет, что производственные мощности – это не слитки золота. Те можно хранить как угодно долго. А производственные мощности без использования теряют ценность очень быстро: оборудование морально стареет, здания ветшают.
 
В 1991 году на одном из заседаний комиссии по экономической реформе Верховного Совета я публично заявил, что главный враг нашей промышленности – это наше правительство. В перерыве ко мне, буквально с пеной у рта, подошел тогдашний зампред Госплана и потребовал объяснений. И между нами на публике произошел следующий диалог:
 
" - Какие у вас были основания заявлять, что правительство – враг промышленности?
 
- А вы назовите только одну цифру: сколько за прошлый год недозаложили амортизации?
 
- Но вы же знаете… Для этого были и социальные, и политические причины…
 
- Не может быть причин, чтобы гробить свою промышленность".
 
На этом объяснения и закончились. А я и сейчас считаю, что не может быть причин, чтобы ради политических выгод или эффектных жестов в социальной политике можно было жертвовать промышленностью своей страны. В конце концов, не только мы ее создавали, но и отцы наши. И принадлежит она не только нам, но и нашим детям. Но наше правительство явно считало и считает иначе.
 
Приведу пример предприятия электронной промышленности: там нормы амортизационных отчислений повыше, и цифры поярче. Пример несколько условный: сегодня точных цифр по этому предприятию не знаю, но порядок цифр именно такой.
 
Реализация – порядка 300 млн долларов в год. Основные фонды – 330 млн долларов. Показана прибыль – около 30 млн. Прибыль распределена: 9 млн – налоги, 11 млн – фонды, 10 млн – реинвестировано. Начислена амортизация – 30 млн долларов.
 
Казалось бы – благодать. Но это – если не знать, что на такие основные фонды в этой отрасли должна была быть начислена амортизация около 80 млн долларов. И в действительности предприятие имеет убытки порядка 20 млн долларов в год и недозакладывает амортизацию на сумму до 40 млн долларов в год. Грубо говоря, на эту сумму сами свое предприятие проедают: на ремонты денег им еще хватает, на обновление – уже нет. 8 лет такого "хозяйствования" - и предприятие мертвое. Просто будет ждать, когда конкуренты отберут у него его рынки, сопротивляться ему уже нечем. И это – еще очень благополучный вариант, у этого хоть на зарплату пока хватает.
 
От отрасли к отрасли, от предприятия к предприятию цифры меняются, принцип – остается. В том числе и по такой схеме деградировали часовой, "Планар", "Мотовело". Так погибает сегодня "Интеграл". Отсюда – обилие устаревших станков, текущие крыши. Отсюда – невозможность серьезно воспринимать отчетные цифры по прибыли. Ситуация усугубляется минпромовской практикой изъятия у предприятий временно свободных средств в виде займов "лежачим" предприятиям: возвращаются эти займы нескоро и не полностью.
 
Точные цифры недоступны, но, исходя из данных Белстата (на конец 2008 года основные средства в народном хозяйстве составляли 346 трлн рублей), недоначисленная амортизация по республике составляет от 6 до10 млрд долларов в год. В два раза больше всей прибыли наших предприятий. И больше того, что наш президент называет "инвестициями в промышленность". Это – ощутимый ресурс для модернизации, но взять его будет неимоверно трудно. И потому, что правильное начисление амортизации резко сократит поступления в бюджет налога на прибыль (а заместить их нечем), и потому, что многим предприятиям нет сегодня возможности увеличить объемы, чтобы эту амортизацию заработать. Поэтому этот ресурс, потенциально очень большой, видимо, можно активировать только постепенно, по мере приведения в порядок предприятий. Для старта сегодня остаются только два источника: продажа (как предприятий, так и отдельных свободных площадей, и оборудования) и кредиты.
 
Нет доходов – режь расходы
Вот тут и встает главный политический вопрос: как гарантировать, что, с трудом собираемые на нужды модернизации промышленности средства не будут в какой-то момент (конечно, как острая государственная необходимость!) переданы на бюджетные нужды социальной сферы или на строительство очередного престижного объекта? Как объяснить нашим руководителям, озабоченным действительно сложными проблемами текущего дня, что в известном высказывании Кудрина о неплатежеспособности Беларуси как заемщика было рациональное зерно. Оно в том, что, в результате полученных нами кредитов, платежеспособность и наполняемость нашего бюджета не растут. Все потребляем. Что приватизационно-инвестиционные планы (которых у нас – громадье) даже при их успешной реализации (что почти невероятно) дают только время и не приводят к стабильному пополнению бюджета. А время на что? Для какой работы? Да, национальное богатство Беларуси, как минимум, на два порядка больше внешнего долга. Но оно, в своей подавляющей части, малоликвидно. Правда, может это и к счастью – меньше разбазарят.
 
Как говаривал "большой друг белорусского народа" В.В.Путин, давайте "мухи – отдельно, котлеты – отдельно". Бюджет должен соответствовать доходам. Нет доходов – режь расходы. Сначала – ледовые дворцы, потом – численность госслужащих. Пока кредиторы, как в других странах, не заставили резать "по живому". Но национальный капитал трогать нельзя. Его надо заставить приносить доходы. А это делается не указом, а кропотливой ежедневной, в том числе и инженерной, работой. Наш президент говорит, что у нас нет безработицы. Ну-ну. Значит, пора сокращать. И в госаппарате, и в промышленности. До уровня, который сможем терпеть. И создавать те инструменты, те организации, которым можно поручить дело. Минпромам поручать бессмысленно. Они это уже доказали.
 
Написал – и самому смешно стало. Правы, конечно, те мои комментаторы, которые уверены – никто ничего делать не будет. По крайней мере – сейчас. Будут ждать приватизации. Никак пока не дойдет, что так можно "доруководить" до "греческого" или, не дай Бог, до "тунисского варианта".
 
Тем не менее, считаю необходимым продолжить изложение своего видения нашего пути. Уверен, не понадобится сегодня – понадобится завтра: с нынешними подходами наших руководителей наши проблемы от нас никуда не убегут. Разве что новых добавится.
 
Не все кредиты одинаково полезны
 
Уверен, для модернизации нашей промышленности большие несвязанные кредиты (2-3-4 млрд долларов) нам не нужны. Даже вредны, поскольку попадут в распоряжение правительства и их пустят на текущее потребление. А возвращать придется продавая "живые" предприятия (других не купят). Да и нет у нас сегодня нормально проработанных бизнес-планов под такие суммы. Не таких, как для Минпрома, а действительно проработанных.
 
В действительности промышленности на ближайшие 3-5 лет необходимо несколько тысяч небольших (до 5 млн долларов) кредитов. Поступающих по мере проработки потребности в них. До половины из них, видимо, могут быть связанными, не менее трети – инвестиционными (на срок до 8 лет). Наверняка в процессе реализации часть из них удастся заместить частными инвестициями, своими и иностранными. Часть кредитов должны быть рублевые.
 
Для разработки и руководства реализацией программы модернизации необходимо сформировать группу отраслевых инжиниринговых компаний с передачей им функций управляющих компаний для группы передаваемых им предприятий.
Партнер рубрики - Международная Академия Биржевой Торговли 'Форекс Клуб'
Партнер рубрики -
FOREX CLUB
 
Поскольку большая часть кредитуемых предприятий заведомо не сможет предоставить достаточные обеспечения под кредиты, гарантировать эти кредиты, в необходимых случаях, должна соответствующая отраслевая инжиниринговая компания. В пределах определяемых для нее ежегодно лимитов.
 
Группа крупных и средних предприятий, работающих на экспорт, должны быть подвергнуты внешнему инженерному аудиту. Результатом этого аудита должны быть данные:
 
- "узкие места" производства с предложениями по их "расшивке" на современной технической базе;
 
- список производимой и сегодня импортируемой комплектации, которую целесообразно передать на аутсорсинг;
 
- лишние для производства площади и оборудование (как лишние сегодня, так и освобождающиеся при организации аутсорсинга).
 
На этих предприятиях в течение 3-5 лет должна быть проведена максимально возможная рационализация производства, включая вывод лишней численности, площадей, оборудования. Амортизация должна быть приведена в норму, прибыль – перечисляться в бюджет. Прирост мощностей, при возникшей необходимости, должен осуществляться через аутсорсинг. При стабилизации потребности – присоединением дочерних, заранее полностью подготовленных предприятий.
 
Особенности национального аутсорсинга
 
Список производимой и сегодня импортируемой комплектации для крупных и средних предприятий, передаваемой на аутсорсинг – это задание для отраслевых инжиниринговых фирм. Группируя такую комплектацию для разных предприятий по технологическому принципу, можно получить достаточно объемные заказы. Учитывая относительную стабильность работы наших крупных и средних предприятий, это – почти гарантированный сбыт. А это, в свою очередь, очень большая ценность. Под такие заказы и банкам легче работать, и инвесторы в очередь выстроятся. И свои, и немецкие. Именно на базе этих заказов инжиниринговые компании и должны начать работу по модернизации остальной части нашей промышленности. Локализуя производство по этим заказам на небольших белорусских предприятиях вне Минска, при надобности – сдавая эти предприятия в аренду или создавая на их базе СП, мы сразу будем иметь значительный экономический эффект. Кстати, именно поэтому я против преждевременной продажи МАЗа россиянам: почти весь объем аутсорсинга с него сразу уйдет в Россию. А он и нам пригодится. Для финансирования этой работы нужны, большей частью, рублевые кредиты и внешние поставки оборудования в лизинг. На коренное техперевооружение этих небольших предприятий. А это пока доступно.
 
Более-менее понятны и источники финансирования второй из главных задач отраслевых инжиниринговых компаний: формирование индустриальной среды. Это означает создание сети предприятий, выпускающих продукцию общего назначения. В металлообработке – это токарные, фрезерные работы, небольшие литейки и инструментальные производства. Каждое предприятие должно иметь уверенность, что всегда сможет заказать нужную деталь, и что она будет поставлена в срок, достаточного качества и по приемлемой цене. Тут нужны предприятия двух типов: для низкосерийных и разовых заказов – небольшие предприятия с простыми станками и квалифицированным персоналом, для серийных изделий - небольшие специализированные высокотехнологичные производства.
 
Простых станков у нас достаточно среди неиспользуемого оборудования. Их стоимость сегодня равна нулю, поскольку нет никакой возможности их продать: нет и быть не может такого числа покупателей. Самое разумное – отдать их в очень длинный лизинг любым белорусским фирмам, у которых есть кадры, имеющие опыт на них работы. Тем более, что, при рационализации производств, станочников сокращено будет много.
 
Нет проблем закупить высокотехнологичные комплектные предприятия на Западе. Проблема в том, что, при недостаточной загрузке, они становятся крайне убыточными. А наши крупные и средние предприятия предпочитают делать такие детали хоть "на коленке", хоть с дикой себестоимостью, но не отдавать заказ "на сторону". Здесь без административного давления не обойтись. Что касается станков – есть надежда договориться с небольшими немецкими фирмами. Под наличие у нас сбыта – могут пойти. И принести заказы из Германии. Но разговаривать с ними должны не чиновники – инженеры.
 
Конечно, и тут без госинвестиций не обойтись: желательно, чтобы часть небольших высокотехнологичных производств находилось в госсобственности. Хотя бы для того, чтобы остальные не задирали цены. Но это – небольшие суммы. Сколько, каких предприятий формировать, как выстроить отношения с частными инвесторами – все надо считать.
 
"Лишние люди"
 
Самая тяжелая и капиталоемкая задача отраслевых инжиниринговых фирм – третья. Абсорбировать высвобождаемую при рационализации и техперевооружении производств численность.
 
Сразу стоит оговорить, что, для многих работников заводоуправлений, решения проблемы не существует. Сегодня раздутые штаты заводоуправлений, как и раздутые штаты госаппарата – "раковая опухоль" на теле нашей экономики. В утешение этим работникам могу сказать одно: вакансий кассиров-контролеров в минских магазинах пока много. А вот дефицит инженеров и основных рабочих преодолеем, видимо, не скоро. Тем более, что они востребованы и в России.
 
Я думаю, что, в рамках номенклатуры выпускаемой сегодня в Беларуси продукции, решения проблемы трудоустройства высвобождаемых работников не существует: вряд ли возможно быстро так увеличить ее рынки сбыта. В специализации Беларуси в международном разделении труда необходимо выделить еще несколько направлений, в которых мы имеем шансы быстро развернуть производство и сбыт.
 
Конечно, здесь необходимы специальные исследования. Но, исходя из имеющегося у нас опыта, наиболее перспективными я бы определил следующие направления:
 
- изготовление, поставка и монтаж "под ключ" комплектного оборудования. Включая миниТЭЦ, минимаслосырзаводов, миниптичников. Почти все можем освоить в производстве. Рынки сбыта, кроме СНГ, - Азия, Африка, Латинская Америка.
 
- разработка и изготовление нового поколения техники для ЖКХ. В соседних странах эта отрасль в таком состоянии, что скоро этим государствам придется ее финансировать. Нужно успеть предложить свои разработки.
 
- разработка и изготовление под заказ спецтехнологического оборудования. Включая роботизированные комплексы. Тут у нас традиции "Интеграла" и "Планара", опыт успешной работы ряда частных фирм. А рынок почти неограничен.
 
- медицинское оборудование для районных поликлиник и врачебных кабинетов. Уровень развития приборостроения в республике (но не на госпредприятиях!) ставить задачу позволяет. Это нужно и стране, и соседям.
 
Вот здесь необходимы масштабные инвестиции. Перед существующими у нас предприятиями ставить такие задачи невозможно, они должны пройти кардинальный реинжиниринг. Как и в проблеме расширения продаж наших крупных и средних предприятий на новые рынки, не избежать сотрудничества и с международным капиталом, и с профильными западными и японскими фирмами. Но о возможных формах такого сотрудничества поговорим позже. Варианты есть.
 
Заканчивая программную часть своей рубрики, хочу сказать следующее.
 
К независимости Беларусь оказалась совершенно не готова. Ни идеологически, ни политически, ни экономически. И идеологически, и политически вопрос за годы независимости уже решен: государство у нас есть. Можно спорить сейчас и будем спорить всегда: хорошее оно или плохое. Для кого как. Но оно есть. А вот экономически – еще вопрос не решен. И это представляет для всех нас сначала - интеллектуальный, а потом и политический вызов. До политического вызова, правда, еще время есть. И в свете этого у меня два вопроса:
 
- сумеем ли мы найти ответ на интеллектуальный вызов?
 
- сумеет ли правительство услышать варианты ответов и сделать адекватные выводы?
 
Я не знаю.
-10%
-12%
-44%
-10%
-33%
-15%
-25%
-17%
-33%
0071710