фотоВ основе шведской модели экономики лежат рыночные отношения с активным использованием государственного регулирования, социальной поддержки государства. В Беларуси тоже пытаются создать подобную модель. Но как-то не очень получается. Как можно совместить рыночную экономику и социальную направленность, чтобы не получился непонятный "рыночный социализм" как в Беларуси? Что мешает приходу шведских транснациональных компаний на белорусский рынок?

О шведской модели экономики и возможности применения ее на белорусской практике в эфире TUT.BY рассказывал генеральный директор и совладелец IFL Entrepreneur AB (подразделение Шведского института менеджмента при Стокгольмской школе экономики) Кристер Ферлинг, который при поддержке белорусского Института приватизации и менеджмента проведет ряд семинаров в Минске.

Внимание! У вас отключен JavaScript, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.


Скачать видео

Как можно совместить рыночную экономику и социальную направленность таким образом, чтобы не получился рыночный социализм, как в Беларуси?

 
Я не вижу большого противоречия между бизнесом и социальной направленностью государственной политики. Основная проблема заключается в том, чтобы просто производить больше, чем мы сами потребляем. Вопрос также лежит в четком распределении обязанностей между политиками и бизнесменами. Политики устанавливают правила игры, а бизнесом управляют бизнесмены. В Беларуси, по идее, должно происходить то же самое.
 
Кроме того, очень важен уровень конкуренции. Многие страны сейчас приходят к пониманию того, что должен быть высокий уровень конкуренции, который приведет к хорошему развитию бизнеса. Во многих странах приходят к пониманию того, что политики не должны вмешиваться непосредственно в бизнес: они должны только устанавливать правила, а бизнес и конкуренция все расставят по своим местам. Таким образом, будет развиваться экономика.
 
 
Тем не менее, насколько нам известно, в Швеции растет уровень безработицы, которая в марте этого года по официальным данным составила чуть больше 9%. С чем это связано? Не подрывает ли этот факт пресловутую шведскую социальную стабильность?

 
Нужно сказать, что совершенство само по себе недостижимо, и мы его никогда не достигнем. В то же время необходимо помнить, что такие вещи, как безработица, инфляция, колебание валют, какие-то другие экономические проблемы являются всего лишь регуляторами рыночной экономики. В зависимости от каких-либо экономических условий они будут усиливаться, будет увеличиваться уровень безработицы, расти уровень инфляции. К этому надо приспосабливаться и привыкать.
 
 
Последние два года ввиду известных экономических условий, начала мирового экономического кризиса, конечно, вырос уровень безработицы. Но он, в принципе, не намного выше, чем стабильный для скандинавских стран уровень в 4-5%. Так что нынешний уровень безработицы приемлем, к нему можно привыкнуть и приспособиться.
 
Хотелось бы сказать, что между Швецией и Беларусью много общего. И в Швеции, и в Беларуси верят в необходимость развития производства и промышленности, верят в инженерную мысль. Например, в Швеции, и мне кажется, что и в Беларуси тоже, профессия инженера популярнее аудитора, юриста и банкира. Это характерно для таких стран, как Швеция, Беларусь, Германия. Эта вера в промышленное, индустриальное развитие лежит в основе наших общих традиций, нашей истории. Мне кажется, что на основе этого можно будет преодолеть кризисные явления и развиваться дальше.
 
 
Многие жалуются на высокие налоговые ставки в Швеции. Действительно ли это так?

 
Когда мы говорим о налогах, вопрос следует разделить на две части – о налогах для физических лиц, которые, действительно, очень высоки – 50% и выше, либо о корпоративных налогах, налогах для юридических лиц, которые, на самом деле, сравнительно низки – в районе 25%.
 
 
Нам интересны юридические лица. Не мешает ли это приходу иностранного капитала в страну?

 
Если говорить о корпоративных налогах, то надо отметить, что Швеция находится примерно на одном уровне, как и все остальные страны Европейского Союза. Есть, конечно, исключения: например, в странах Балтии налоги несколько ниже. В Швеции же налоги сравнимы с налогами в Германии.
 
 
Примерно 25 лет назад в стране была очень сложная система налогообложения, корпоративные налоги доходили до 50%. Но с тех пор в Швеции упростили систему налогообложения, сняли дополнительные налоги на фонды. Таким образом, система намного улучшилась.
 
 
Кроме того, нужно помнить, что ЕС – это, в первую очередь, экономический союз, и потому в его рамках очень много делается для того, чтобы в различных странах налоги были сопоставимыми, чтобы фирмы в разных странах Евросоюза работали в равных условиях.
 
 
Какой вклад в процентном отношении в ВВП страны вносят государственные предприятия и частный сектор?

 
Следует отметить, что во все большем количестве стран правительство приходит к выводу о том, что они не должны владеть компаниями. Большие государственные компании в настоящее время акционировались, выставили свои акции на продажу на различных биржах, и в результате правительства хотя и владеют небольшими или достаточно большими пакетами акций этих предприятий, они являются просто владельцами, но не управляют ими. Просто у них есть доля собственности в этих предприятиях. Все больше правительства понимают, что они не должны управлять бизнесом, а только устанавливать правила, а бизнес должен управляться бизнесменами.
 
 
Мое присутствие в Беларуси объясняется не тем, что я хочу привнести в Беларусь шведскую модель развития. Основная задача – дать белорусским бизнесменам и управленцам понятие о том, как вести бизнес. Причем, не на основе академических выкладок, а на основе программ обучения на своем рабочем месте, в процессе управления своим предприятием. Для каждого конкретного бизнесмена разрабатываются индивидуальные программы для того, чтобы он прямо на рабочем месте мог оптимизировать управление своим предприятием.
 
 
Из-за узости внутреннего рынка крупные шведские компании уже на ранней стадии должны были ориентироваться на открытие других рынков и на экспорт. В итоге мы знаем довольно много транснациональных шведских компаний. Каким опытом по освоению новых рынков и закреплению на старых вы можете поделиться с Беларусью?

 
Несколько десятилетий тому назад шведы понимали, что для того, чтобы успешно развиваться, нужно развиваться свой экспорт, нужно развивать свои предприятия для того, чтобы выходить на международные рынки. Нужно быть конкурентоспособным на международных рынках, а для того, чтобы это происходило, необходимо было открыться миру. Мы все осознавали, что мир не подстроится под Швецию, под небольшую страну со странным языком. Поэтому мы решили, что необходимо понимать другие народы и относиться к ним с уважением.
 
 
Во многих транснациональных шведских компаниях вы сейчас обнаружите, что в руководстве присутствует некая транснациональная смесь: там есть и шведы, и англичане, и представители других национальностей. Это результат того, что мы научились понимать другие культуры, рыночные отношения в других странах и работать с этим. Похожая ситуация и в Беларуси, и я верю в то, что Беларусь тоже сможет открыться миру, понять другие нации, и это станет залогом будущего успеха.
 
 
В Беларуси шведские компании довольно редкие гости. Как полагаете, что мешает приходу шведских компаний на белорусский рынок? Или он слишком маленький и вам не интересен?

 
Скандинавские компании очень заинтересованы в рынках Восточной Европы. Сюда приходили австрийские компании, потом этими рынками заинтересовались и скандинавы. Естественно, что транснациональные скандинавские компании ориентируются, в первую очередь, на крупные рынки, а наиболее крупные рынки в этом регионе – российский и украинский. Кроме того, скандинавским компаниям очень удобно инвестировать в этот регион, потому что у нас одинаковая культура балтийского региона, бизнесменам легко общаться. И скандинавские компании, и компании Восточной Европы во многом одинаково ведут бизнес. Есть только два различия: в скандинавских компаниях менее авторитарный стиль управления и мы более толерантно относимся к женщинам в бизнесе.
 
Беларусь сейчас является сложным случаем, в первую очередь, из-за трудностей, которые испытывают иностранные бизнесмены со входом на рынок. Трудности эти заключаются, в первую очередь, с общением с вашими высокопоставленными чиновниками. Но мне кажется, что все это преодолимо. Кроме того, я уверен в том, что изменения будут происходить: ваши власти со временем поймут, что игра должна вестись так, чтобы она была удобна не правительству, а иностранному инвестору, который входит в эту экономику. Я уверен, что эти изменения произойдут, и начнется рост инвестирования в белорусскую экономику.
 
 
Процесс создания бизнеса примерно одинаков во всех странах. Именно поэтому очень полезно обмениваться опытом и мнениями по этому поводу. Программа, которую мы ведем в Беларуси, направлена именно на это. После программы, проведенной на каждом конкретном предприятии, их прибыль резко возрастает. Я надеюсь, что реализация этой программы, а также растущая либерализация белорусского рынка и белорусского правительства помогу в дальнейшем развиваться вашей стране.
-50%
-20%
-10%
-20%
-20%
-50%
-40%
-30%
-10%
-10%
0071926