Поддержать TUT.BY
142 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Закроем наши посольства там, где они не приносят отдачи? С кем мы успешно торгуем, а с кем — просто дружим
  2. Умер муж королевы Великобритании принц Филипп. Ему было 99 лет
  3. История одного фото. Как машинист метро и его коллеги помогали пассажирам после взрыва 11 апреля 2011 года
  4. «У Лукашенко нет опоры в госаппарате». Латушко рассказал про новые санкции и транзит власти
  5. В Беларуси хотят разрешить создавать партии только постоянно проживающим в стране гражданам
  6. Какие курсы доллара и евро установили обменники на выходные
  7. В Мингорисполком подана заявка на проведение «Чернобыльского шляха»
  8. За прошлый год белорусов стало меньше на 60 тысяч
  9. МВД прокомментировало жалобы на условия в ИВС на Окрестина и в Жодино и показало видео из изолятора
  10. «Больше 1000 долларов за две недели». Бухгалтер на пенсии открыла онлайн-школу и учит печь хлеб
  11. Последняя официальная статистика по коронавирусу в Беларуси: за сутки умерло 10 человек
  12. В Украину не пустили автобус из Беларуси: у всех 35 пассажиров — поддельные справки о ПЦР-тестах
  13. «Джинн злобно загоняется в бутылку». Большое интервью с многолетним журналистом президентского пула
  14. Налоговики создадут «супербазу» доходов населения. Какую информацию включат в нее
  15. Пассажиры автобуса, которых не пустили в Украину из-за поддельных ПЦР-тестов, рассказали подробности
  16. «Папа сказал: «Будешь делить имущество — ты мне не дочь. Я крысу не растил». Интервью с Таис Рыбакиной
  17. Оценивает по походке. История бывшего балетмейстера, который в 74 года работает фитнес-тренером
  18. Роман одного из самых известных белорусских писателей отправили на экспертизу
  19. Что сейчас происходит между Россией и Украиной и при чем тут Беларусь: поясняем простыми словами
  20. С осторожным оптимизмом. Как безвизовый Гродно, потерявший туристов и деньги, ждет новый сезон
  21. Полчаса процедуры, два дня страданий. Как я сделала прививку от коронавируса
  22. Топ-10 самых популярных подержанных авто в стране. Какие на них цены?
  23. Доски стали «золотыми»: пиломатериалы подорожали в два раза. Разбираемся, что происходит
  24. Прокурор: Протесты в Беларуси начались и из-за блогеров из Бреста. Обвиняемых лишили слова в суде
  25. Глава Минска задумался об отказе от участков под паркинги у МКАД. И вот почему он прав
  26. «Не надо изобретать велосипед». Минский архитектор показал, как выглядит его загородный дом
  27. В Беларуси не хватает более 2 тысяч врачей и столько же — медсестер. В Минтруда рассказали про дефицит специалистов
  28. «Затеял игру в президентство». В суде над Бабарико допросили свидетеля в наручниках и озвучили жалобы
  29. «Этот магазин для всех». В Минске открывается гастромаркет FishFood, где закупаются рестораны
  30. «По фестивалю решили ударить». Директор «Славянского базара» о том, что вокруг него происходит


Денис Алейников, Марина Шкиленок,

Палата представителей в первом чтении приняла Закон "О третейских судах". Собственный частный суд сможет создать любая коммерческая организация. Принятие Закона было обосновано необходимостью реализации задач по созданию и совершенствованию системы альтернативного правосудия. 
Партнер программы


Зачем государству понадобилось альтернативное правосудие? Будет ли решение частного суда эквивалентным по силе решению государственного суда? Как будут исполняться его решения? Будет ли государство следить за законностью таких решений? На эти и другие вопросы в рамках "Буквы закона", авторской программы Дениса Алейникова, старшего партнера Юридической группы "АргументЪ", ответили специальные гости программы – Ирина Бельская, начальник главного правового управления Высшего Хозяйственного Суда Беларуси, Елена Ардяко, заместитель начальника управления законодательства по национальной безопасности и правоохранительной деятельности Национального центра законодательства и правовых исследований, Ян Функ, профессор БГУ, доктор юридических наук, председатель Международного арбитражного суда при БелТПП.

Внимание! У вас отключен JavaScript, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.


Внимание! У вас отключен JavaScript, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.


Скачать видео

Что представляет собой третейский суд согласно проекту закона?

Елена Ардяко (Е.А.): Согласно проекту закона, третейским судом является организация, не входящая в судебную систему Республики Беларусь, то есть не является ни общим, ни хозяйственным судом и создается для разрешения споров в виде постоянно действующего третейского суда, третейского суда для разрешения конкретного спора.

Постоянно действующий третейский суд является некоммерческой организацией либо может быть образован юридическим лицом в виде обособленного подразделения (подразделения) этого юридического лица.

Получается, что после принятия закона любое юридическое лицо сможет создать собственный суд?

Е.А.: Формально да, любое юридическое лицо, в том числе коммерческая организация, может создать такой суд и вершить третейское правосудие.

Согласно проекту закона, ограничения установлены только для госорганов и органов местного самоуправления, которые не могут образовывать третейские суды и являться сторонами третейского соглашения.

Какие практические действия надо совершить юридическому лицу согласно закону, чтобы создать собственный третейский суд? Как нужно его зарегистрировать? Куда обратиться?

Е.А.: Предусмотрен упрощенный уведомительный порядок для создания третейского суда юридическим лицом. Что касается некоммерческой организации, то их будет регистрировать Министерство юстиции в порядке, предусмотренном законодательными актами – на сегодняшний день это декрет президента Республики Беларусь от 16 января 2009 г. № 1 "О государственной регистрации и ликвидации (прекращении деятельности) субъектов хозяйствования".

Ян Функ (Я.Ф.): На мой взгляд, в Законе есть определенная проблема, и как человек, который занимается корпоративным правом, не могу не указать на нее.

Эта проблема связана с тем, что Закон не определил организационно-правовую форму третейского суда. То есть понятие "некоммерческая организация" - очень широкое, которое на сегодняшний день в белорусском праве включает в себя значительный ряд организационно-правовых форм. Желал ли таким образом законодатель сказать, что это еще одна организационно-правовая форма? Если да, то тогда организационно-правовые формы необходимо прописывать, указывать структуру органов управления, отношения собственности, порядок взаимоотношений между учредителями (участниками, членами) и созданным лицом.

К величайшему сожалению, всего этого в Законе нет. Коль так, то законодатель должен был "привязать" постоянно действующий третейский суд к одной из имеющихся организационно-правовых форм некоммерческих организаций – например, к форме учреждения. Но и даже применительно к форме учреждения возникали бы вопросы: в частности, почему третейский суд – это некоммерческая организация, когда за рассмотрение споров он взимает третейский сбор, а раз так, то он действует как коммерческая организация, извлекая прибыль от осуществляемой деятельности.

Применительно к описываемым отношениям очень важный аспект – какова основная цель создания рассматриваемого вида юридического лица. Если мы в качестве основной цели ставим разрешение споров, то это одно. Но если мы понимаем, что при разрешении споров еще и извлекается некая прибыль, то это совершенно другое. На мой взгляд, определение постоянно действующего третейского суда как "некоммерческой организации" не совсем корректно. Некорректно и то, что законодатель, с одной стороны, заявил о том, что постоянно действующий третейский суд некоммерческой организации, а с другой стороны, указал, что третейский суд можно создать и как обособленное подразделение в любом юридическом лице, в том числе и в коммерческой организации. Получается непоследовательность законодательства применительно к одним и тем же отношениям. На мой взгляд, такая непоследовательность тоже не должна была бы присутствовать в законодательном акте.

Переходя же к вопросу о возможности создания значительного количества третейских судов, необходимо отметить, что с одной стороны - когда мы говорим о "частном правосудии", мы не должны бояться множества третейских судов. ("Граждане, юридические лица! У вас возникают частные проблемы – разрешайте эти проблемы в частном порядке, не обращаясь к государству"). Но, с другой стороны, есть проблемы, например, в тех же прибалтийских республиках: в маленькой прибалтийской стране существует свыше пятисот третейских судов. Субъекты уже "запутались" и не понимают, какой же из этих судов – действительно суд, а какой судом не является.

Пользователей волнует вопрос о том, могут ли организовать теперь свой собственный третейский суд, например, граждане - участники товарищества собственников многоквартирного жилого дома, чтобы разрешать все споры жильцов?

Я.Ф.: С одной стороны, я отвечаю просто "да", учитывая то, как сконструирован законопроект. С другой стороны, в связи с поставленным вопросом не могу не отметить еще одну проблему законопроекта.

К сожалению, законодатель не указал сферу применения указанного Закона. Когда в первых редакциях данного законопроекта указывалось на определенные сферы, в рамках которых возможно разрешение спора третейским судом, мы указали на плюсы и минусы этих сфер, но понимали, о чем идет речь. Сегодня законодатель ограничился указанием на то, что неподсудны третейскому суду лишь споры, которые затрагивают интересы третьих лиц, и споры, третейское разбирательство по которым запрещено законодательством. Я бы хотел увидеть этот "перечень споров".

Елена, вы участвовали в разработке этого закона. Почему нельзя было установить полный перечень споров?

Е.А.: При подготовке проекта закона на первом этапе мы пытались определить какие-то конкретные сферы, но затем, чтобы не возникло пробела в правовом регулировании, ограничились более "плавной" формулировкой, касающейся споров, разрешаемых третейским судом. На сегодняшний день очевидно, что третейский суд правомочен рассматривать любые споры, возникающие между сторонами (гражданами или юридическими лицами), заключившими третейское соглашение, в том числе по гражданским, хозяйственным делам, за исключением споров, непосредственно затрагивающих права и законные интересы третьих лиц, не являющихся сторонами третейского соглашения, и споров, предмет которых не может относиться к предмету третейского разбирательства в соответствии с законодательством Республики Беларусь или иностранного государства в случае, если третейским соглашением предусмотрено применение права этого государства при разрешении спора.

Инициировал разработку данного законопроекта Высший Хозяйственный Суд, который является государственным органом правосудия. Зачем ему альтернативные суды? Зачем нужно было развивать конкуренцию?

Ирина Бельская (И.Б.): Надо исходить из государственного подхода к проблеме в целом. В первую очередь он состоит в том, чтобы обеспечивать качество хозяйственного судопроизводства вне зависимости от экономической и правовой ситуации. Сегодня в хозяйственных судах складываются достаточно сложные условия: судьи работают при огромной нагрузке, но справляются, хотя интенсивность труда, наверное, превышает человеческие возможности. Одновременно Высший Хозяйственный Суд имел в виду еще одну цель – расширение инструментов правовой защиты граждан и организаций.

Можно говорить о том, что де-факто сегодня хозяйственные суды – это монополисты в сфере хозяйственного правосудия, но хорошо ли это? Сегодня та структура споров, которые рассматриваются в хозяйственных судах не требует осуществления правосудия в своем классическом понимании: есть очень много дел, которые, по сути, не являются спорами, когда субъекты идут в хозяйственный суд для того, чтобы просто получить исполнительный документ. Одновременно существуют очень сложные споры, и их число увеличивается; в частности, возникают корпоративные споры. Есть и тот сегмент, который вполне можно было бы передать третейскому судопроизводству и разгрузить систему хозяйственных судов.

Будут ли наши граждане после вступления в силу данного закона обращаться в третейский суд? Будет ли это на самом деле способствовать развитию альтернативных способов правосудия? Будет ли это пользоваться спросом? Ян Иосифович, сколько дел вы рассматриваете на сегодняшний день?

Я.Ф.: Международный арбитражный суд на протяжении 15 лет был единственным постоянно действующим негосударственным судом на территории Беларуси. Среднее количество споров, которое мы рассматриваем в год, - более семидесяти. Прошлый год был очень удачным, мы рассмотрели практически сто споров. При этом, подчеркиваю, у нас значительное количество споров – это сложные дела, кроме того, национальные споры, они занимают очень небольшой сегмент.

Сто дел в год – это много или мало? Я констатирую, что для небольшого государства этого вполне достаточно для того, чтобы белорусский субъект имел возможность как минимум найти тот орган, в рамках которого будет защищено его право. Если бы не было МАС при БелТПП, белорусский субъект при рассмотрении международных споров по общему правилу вынужден был бы обращаться в государственный суд по месту нахождения ответчика: при этом, как правило, ни в Европе, ни в Америке, ни в Азии белорусский субъект без национального адвоката ничего бы не сделал. Последнее же дорого. Наш суд эту проблему снял.

Сто дел рассматривается в Международном арбитражном суде за год… Ирина, скажите, пожалуйста, сколько дел рассматривает за год государственный суд, например, Хозяйственный суд Минска?

И.Б.: В систему хозяйственных судов в прошлом году поступило более 100 тысяч обращений. Один только Хозяйственный суд Минска в прошлом году рассмотрел почти 25 тысяч дел разного характера. Необходимо отметить, что в этом суде - самые сложные дела.

Я.Ф.: При этом большинство дел, которые рассматриваются Хозяйственным судом Минска, - это очень простые дела: "поставили – не заплатили", "заплатили – не поставили". Большинство дел, которые рассматриваем мы, несколько иного характера. Я бы не сравнивал эти суды. Я констатирую, что каждый из судов в своем сегменте выполняет свою функцию, и не нужно их сравнивать по количеству рассмотренных дел. Самое главное – это чтобы не было проблем по "качеству".

Как я понял, посредством этого закона государство надеется развить систему альтернативного судопроизводства, чтобы в том числе разгрузить государственные суды. Но сегодня уже есть такая альтернатива – МАС при БелТПП, который работает уже 15 лет, но рассматривает не более ста дел в год. Очевидно, что это слабо разгружает хозяйственные суды. Почему вы считаете, что в систему альтернативного судопроизводства пойдут люди после того, как будет принят этот закон?

И.Б.: Мы можем на кофейной гуще гадать о том, что будет. Мы можем говорить, что проект закона – сырой и недоработанный. Но еще в 2004 году, когда принимались законодательные нормы о судебном посредничестве, нам тоже говорили, что оно никогда не будет работать, что это не для наших условий. Тем не менее усилиями системы сам институт заработал, а дальше стоит задача совершенствовать его, видоизменять, включать следующие элементы.

То же самое касается и третейского судопроизводства. Да, сегодня есть уникальный суд (МАС при БелТПП), первый в Беларуси, где качественно работают очень квалифицированные арбитры, - и это достаточно высокая планка, которая будет учитываться при формировании новых третейских судов.

Какие факторы сегодня сдерживают число обращений организации в МАС?

Е.А: Я думаю, сдерживает дороговизна процесса в арбитражном суде. Это сдерживает обращения в МАС, и поэтому огромное количество обращений поступает в хозяйственные суды.

Но для подавляющего числа граждан и организаций, которые обращаются по очень простым спорам, цена имеет значение. Елена, вы предполагаете, что стоимость судебного процесса в третейских судах будет дешевле?

Е.А.: Она априори будет дешевле, иначе туда никто не пойдет.

Ян Иосифович, сейчас ваш процесс дороже, чем хозяйственное судопроизводство?

Я.Ф.: Если спор между национальными субъектами, то есть речь идет о национальном споре, то "стоимость" у нас примерно такая же, что и в хозяйственных судах. Если же речь идет о международных спорах, то я бы заострил внимание на том, что Международный арбитражный суд при БелТПП – это суд практически с самым низким арбитражным сбором в Европе. Можно, конечно, привести пример Японии, где в арбитражном суде рассматривается в среднем девять дел в год, причем бесплатно. Японцы очень не любят судиться, поэтому рассмотреть бесплатно девять дел не так сложно. А если сравнивать наши ставки со ставками практически всех близлежащих государств, а уж тем более со ставками государственных судов Западной Европы и США, то белорусский субъект, безусловно, дает огромную экономию. Поэтому сравнивать нас с хозяйственным судом в этой части нельзя.

Что касается третейского рассмотрения споров в целом, то я констатирую, что его будущее не только в экономии денежных средств. В третейский суд будут идти, прежде всего, исходя из следующей логики: подобные суды возникли в Средневековье применительно к так называемым купеческим корпорациям и ремесленным цехам. Купцы считали необходимым, чтобы споры между ними рассматривали именно купцы без вмешательства государства по той причине, что у государства "могут быть свои интересы". Ремесленники считали, что спор между ремесленниками может разрешить тот, кто занимается соответствующим ремеслом и понимает в нем. Суть в том, что третейские суды - это суды, которые "не выносят сор из избы", которые "внутри системы", а не вне ее. Вспомните советский арбитраж, который существовал при министерствах по этому же принципу - разрешение споров между субъектами, подведомственными соответствующему министерству.

На сегодняшний день возможность организации третейских судов уже закреплена в Положении о третейских судах в Приложении № 3 ГПК. Развивались ли эти третейские суды?

Я.Ф.: Применительно к разрешению споров между гражданами третейские суды "не будут расти как грибы", и вряд ли они завоюют большую популярность. Для того чтобы обратиться в третейский суд, должен быть определенный уровень правовой культуры. Прежде всего, я исхожу из того, что третейский суд - это сфера предпринимательского оборота. Поэтому Приложение № 3 ГПК – не самый лучший пример. Кроме того, по нему третейские споры рассматривались безвозмездно. Откровенно говоря, мне не известно ни одного примера, когда бы такие суды создавались.

Получается, что на сегодняшний день любое юридическое лицо сможет создать третейский суд, и он будет органом частного правосудия, решения которого обязательны к исполнению. Возникает вопрос: а судьи кто? Какие требования будут предъявляться к судьям? Кто будет контролировать их квалификацию?

Е.А.: В проекте закона закладывалась такая мысль, что при единоличном разрешении спора третейский судья должен обязательно иметь высшее юридическое образование. При коллегиальном рассмотрении такое образование должен иметь только председатель состава третейского суда, а остальной состав третейских судей может не иметь юридического образования.

При этом в отличие от судей общих и хозяйственных судов судьи третейских судов не сдают никаких квалификационных экзаменов.

Почему судья третейского суда, лицо, отправляющее правосудие и вершащее чужие судьбы, не должен иметь высшего юридического образования? Почему он не должен сдавать квалификационный экзамен?

Е.А.: Экзамен – это не главное. Например, каждый кандидат в адвокаты сдает квалификационный экзамен, но ведь не к любому адвокату обращаются за помощью, работает так называемое "сарафанное радио". Так и здесь. Будут формироваться списки третейских судей, указываться их образование, последнее место работы, круг вопросов, в которых специализируется третейский судья. Каждое лицо, которое хочет разрешить спор в третейском суде, вправе обратиться в этот суд, ознакомиться со списками третейских судей и выбрать конкретного судью, исходя из доверия к его квалификации, либо по соглашению сторон образовать третейский суд для разрешения конкретного спора.

И.Б: Позиция Высшего Хозяйственного Суда в отношении отбора кандидатов для этих должностей не была, к сожалению, учтена при доработке проекта закона, хотя мы ее многократно высказывали. Наши предложения сводились к тому, что это должны быть очень авторитетные люди, они должны иметь соответствующие рекомендации серьезных правовых институтов, ученых. Поскольку закон предусматривает принудительное исполнение вынесенных решений, квалификационные требования к судьям в проекте закона недостаточны, на наш взгляд. Но провести свою позицию у нас не получилось.

Завтра любое юридическое лицо сможет открыть собственный суд и будет самостоятельно определять судей. Как донести до этого юрлица, что судьи должны быть авторитетными и грамотными людьми? Кто-то завтра сможет донести это до такого частного суда или дать соответствующие указания?

И.Б.: Никто, да это очень либеральный подход. Третейские суды должны быть сами заинтересованы в формировании своего авторитета.

Я.Ф.: Закон исходит из того, что рынок расставит все по своим местам и что государственное регулирование в этой части не требуется. По общим канонам, исходя из принципов, которые есть и в других странах, это, действительно, так. Но меня смущает то, что идею третейского суда очень легко дискредитировать: если каждая юридическая фирма будет иметь у себя структурное подразделение по разрешению споров и будет рассматривать споры между своими клиентами, выступая и за истца, и за ответчика, и за арбитра, то ни к чему хорошему это не приведет.

Есть еще одна проблема – создание третейского суда монополистом на рынке. К сожалению, определенные рынки достаточно монополизированы. Субъект может потребовать от своих контрагентов указывать во всех договорах исключительно один порядок рассмотрения споров – в его третейском суде. И, к величайшему сожалению, Закон не содержит механизма, чтобы уйти от подобных ситуаций, чтобы монополисты не "загоняли" всех в тот суд, который выгоден им.

Монополизация этого рода деятельности вас пугает. А не пугает ли вас отсутствие необходимой квалификации?

Я.Ф.: Безусловно, и это может быть проблемой, так как по закону там есть только два требования к третейским судьям: высшее юридическое образование только для единоличного судьи или председателя состава и три года стажа. Но, как мы понимаем, три года стажа ни о чем не говорят – это "не квалификация лица".

Какой юридической силой будут обладать решения частного суда?

Е.А.: Решение третейского суда практически ничем не будет отличаться от решения, вынесенного общим либо хозяйственным судом. Силу оно будет иметь аналогичную государственному суду. Предусматривается, что решение суда будет исполнено стороной добровольно, но предусмотрено также и принудительное исполнение такого решения государственным судом, в случае его неисполнения.

Что нужно будет предоставить в государственный суд для того, чтобы понудить к исполнению решения третейского суда?

И.Б.: Решение третейского суда будет принудительно исполняться общим или хозяйственным судом в таком же порядке, как и решение соответствующего общего или хозяйственного суда. Закон указывает документы, которые необходимо предоставить в государственный суд для исполнения решения третейского суда. Идея не нова: это существующий порядок, который сегодня применяется к арбитражным решениям или к решениям иностранных государственных судов.

Закон содержит исчерпывающий перечень оснований, по которым государственный суд может отказать в выдаче исполнительного документа, необходимого для принудительного исполнения решения третейского суда. При этом, решая вопрос о выдаче исполнительного документа, государственный суд не вникает в существо спора. Государственный суд не вправе пересмотреть решение третейского суда по существу, изменить его.

Я.Ф.: В проекте закона заложен подход, который очень близок к Нью-Йоркской конвенции 1958 года о признании и принудительном исполнении иностранных арбитражных решений. От единственного "спорного момента" в Конвенции – от нарушения публичного порядка – проект закона о третейских судах ушел. В связи с этим нужно понимать, что государственный суд при обжаловании решения третейского суда не пересматривает это решение по существу, не затрагивает материально-правовых основ данного решения. Единственные основания, по которым данное решение может быть отменено, - это процессуальные основания, а также "ущербность третейского соглашения". Это накладывает действительно большую ответственность на третейского судью, который рассматривает спор.

И.Б.: Напомню, что любое решение государственного суда может обжаловаться в нескольких инстанциях, при этом может пересматриваться по существу.

А может ли обжаловаться решение третейского суда?

И.Б.: Решение третейского суда не может быть пересмотрено по существу. В законе должны быть даны исчерпывающие основания, по которым решения третейского суда могут быть обжалованы и отменены. В первую очередь, это нарушения норм процессуального права.

Получается, что если в некоей фирме, которая занимается продажей канцелярских товаров, создали третейский суд в составе: завхоз, начальник транспортного цеха и юрист - и вынесли решение, абсолютно не соответствующее фактическим обстоятельствам дела, и с грубейшим нарушением норм материального права Республики Беларусь, то пострадавшая от такого правосудия сторона не сможет отменить решение этого суда ни в одной судебной инстанции страны?

И.Б.: Да, по существу решение обжаловать будет нельзя, нельзя его отменить из-за допущенных нарушений норм материального права. Но вы очень утрируете ситуацию. Мы исходим из того, что такое качество судопроизводства будет в принципе невозможно. Любой третейский суд будет заинтересован в своем авторитете и не наберет неграмотных людей, неспособных верно применять материальное право.

Да, но такая проблема все же может быть. Допустим неквалифицированные третейские судьи все же вынесли решение, неправомерное по существу. Что делать в такой ситуации?

Я.Ф.: Действительно, иногда при рассмотрении некоторых споров важны не юристы, а специалисты в соответствующей сфере. Поэтому при рассмотрении споров в третейском суде я бы не замыкался на представителях нашей профессии. Однако я соглашаюсь с тем, что на определенном этапе у третейского суда может возникнуть такая проблема. Но для того, чтобы поддержать разработчиков данного законопроекта, я скажу, что наше законодательство со временем претерпевает определенные изменения. На определенном этапе наши законы выполняют "роль учебников", субъекты "учатся на них", а затем мы понимаем, какой же пробел в учебнике сделан, и изменяем закон. Я думаю, что со временем, когда мы увидим пробелы в Законе о третейских судах, мы их устраним (внеся соответствующие изменения в закон).

Возможно, на данном этапе, понимая эту проблематику, надо будет более тщательно отслеживать рассматриваемые вопросы.

Но неправомерное решение, по общему правилу, к сожалению, государственный суд изменить не может.

Я понимаю, что это не есть проблема только нашей страны. Какая тенденция идет в зарубежных государствах?

Я.Ф.: Международных арбитражных судов очень немного, в них представляют интересы сторон, как правило, одни и те же юристы. И если соответствующий международный арбитражный суд в ряде решений будет поступать так, как мы только что говорили, слух об этом распространится очень быстро, и ни один уважающий себя юрист не совершит арбитражную оговорку на данный суд. Для этого суда "это будет смерти подобно", и мы прекрасно понимаем это обстоятельство и "держим свою планку".

Тем третейским судам, которые были созданы для решения единственного спора в пользу какого-то конкретного субъекта, все равно, что будет дальше, и все равно, какие слухи будут о них распространяться. Однако если при вынесении соответствующего решения третейского суда с точки зрения гражданского и хозяйственного процесса мы не можем никак на него повлиять, то есть иные рычаги и механизмы для того, "чтобы что-то изменить".

Давайте мы дадим Закону поработать год, после этого вернемся к данной проблематике, посмотрим, есть ли соответствующие эпизоды, и, может быть, тогда ужесточим подход к третейским судам.

И.Б.: Кроме уголовной ответственности могут быть и иные меры воздействия на такие суды. Организация регистрируется в установленном порядке по декрету № 1, соответственно, могут быть основания для ликвидации таких организаций при грубых нарушениях законодательства.

Как вы считаете, какие преимущества на сегодняшний день есть у третейского суда перед системой хозяйственных или общих судов?

Е.А.: Для граждан, организаций это, прежде всего, экономия времени: не нужно будет многократно оспаривать вынесенное решение. Сейчас в хозяйственном суде процесс принятия окончательного решения может длиться годами; в третейском суде это не предполагается. Решение выносится только один раз. Этот спор можно рассмотреть в узком кругу между ответчиком и истцом, "не вынося сор из избы". Кроме того, есть возможность выбрать судью, которому ты доверяешь и который более доступен для общения, что невозможно сделать в государственном суде. И наконец, обстановка самого судебного заседания комфортнее, чем в государственном суде.

И.Б.: Со своей стороны скажу, что не все те споры, которые сегодня существуют, предполагают обращение к третейскому судопроизводству. Есть тот сегмент дел, которым наилучшим образом подходит третейское разбирательство - в первую очередь, это корпоративные споры, трудовые, семейные споры, где важна конфиденциальность при рассмотрении дела. Третейский суд может уделить каждому делу необходимое внимание, потому что не ограничен краткими процессуальными сроками рассмотрения дел.

Я.Ф.: Самым большим преимуществом такого суда, если это "надлежащий третейский суд", на мой взгляд, является квалификация арбитра (судьи). Кстати еще одним положительным моментом третейского суда - и одновременно самым важным барьером на пути вынесения конечного решения - является то, что традиционно споры рассматриваются коллегиальным составом судей (арбитров): одного избирает истец, второго – ответчик, а арбитра-председателя избирают два выбранных арбитра. Сторона, избирая арбитра, исходит из его квалификации, человеческих качеств, а это "большая гарантия" незаконного решения.

Как вы считаете, при наличии альтернативы, к какому суду будет больше доверия у граждан и организаций - к частному (третейскому) или к государственному суду?

Я.Ф.: Я считаю, что доверие к третейскому суду тогда будет высоким, когда субъект, избирая арбитра, понимает, что он избирает не своего представителя, а квалифицированного и независимого человека, который надлежащим образом сможет разрешить его спор.

И.Б.: Мы не видим в этом противостояния систем. Для каждого спора есть свой способ разрешения, и у каждого способа есть свои преимущества и недостатки. Важно, чтобы правосознание конкретного гражданина дало возможность верного выбора, чтобы к конкретным ситуациям уметь подобрать конкретный способ защиты.

Получается, важно не только закон разработать и запустить, но и сформировать правосознание граждан. Объяснить им, для чего нужны альтернативные способы разрешения споров и в каких случаях к ним стоит прибегать. Делается у нас что-нибудь в этом направлении?

И.Б.: По инициативе Высшего Хозяйственного Суда в лице нашего Председателя Виктора Сергеевича Каменкова разработана программа для студентов по обучению альтернативным способам разрешения споров. Инициативу поддержало Министерство образования, и с нового учебного года в ведущих юридических вузах страны введен соответствующий спецкурс. Будем формировать психологию мирного урегулирования спора со студенческой скамьи.
-60%
-20%
-21%
-20%
-10%
-25%
-40%
-10%