Андрей Коровайко,

Главные экономические события минувшей недели в изложении постоянного эксперта программы "Палата 375", руководителя научно-исследовательского центра Мизеса Ярослава Романчука. Очередной экономический консилиум затронул вопросы государственного долга, развития бизнеса и курсовых колебаний.

Полный вариант беседы слушайте тут

Внимание! У вас отключен JavaScript, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.


Валютным траншем по надеждам


Беларусь на прошлой неделе получила-таки 699 млн долларов - очередной транш от МВФ. Хорошо это или плохо?

Когда тебе дают деньги, первая реакция - надо радоваться. Денег много, можно купить многие вещи, потратить их с умом, пустить на инвестиции, порадовать пенсионеров или бюджетников. Но, поразмыслив немного над тем, как эти деньги тратятся, начинаешь понимать, что ситуация не так уж и хороша.

Это уже не первый транш от МВФ: Беларусь уже получила свыше 2,2 млрд долларов кредита только от МВФ, в следующем году нам по этой программе stand-by осталось получить около 1,5 млрд долларов. МФВ направляет эти деньги на проведение в Беларуси рыночных реформ. Словосочетание "рыночные реформы" является ключевым.

К сожалению, наше правительство и Национальный банк не совсем адекватно используют эти ресурсы. Они загоняют эти деньги в резервы и удерживают курс белорусского рубля. Вроде бы, это тоже неплохо. Но посмотрев на цифры платежного и торгового баланса, становится ясно, что в последние полтора года деньги, которые мы получаем в виде кредитов, мы тратим только на то, чтобы закрыть этот дефицит. При этом причина, которая приводит к такому дисбалансу, не ликвидируется.

Ни для кого не секрет, что деньги банально проедаются: реформы в стране не проводятся, по полной программе идет имитация рыночных отношений, банки выдают множество кредитов неликвидным и нерентабельным предприятиям. Международные организации дают деньги на то, чтобы пережить тяжелые времена и создать экономику будущего, но мы при этом пускаем их, по сути, на ветер.

На что же все-таки даются деньги: на то, чтобы пережить тяжелые времена, или на проведение экономических реформ?

МВФ выдает деньги на то, чтобы государство проводило рыночные реформы. Это признают и наши власти.

Мы попытались либерализовать цены, но все это пошло через пень-колоду. Непонятно, что будет с законопроектом по приватизации. Продажа банков, которую собиралось проводить правительство, также не идет. Валютный рынок либерализовать не получается.

Когда мы понимаем, что в следующем году нам понадобятся 5 млрд долларов внешних кредитов, а никаких возможностей увеличить экспорт нет, и заработать на внутреннем рынке тоже нельзя, когда правительство не поднимает заработные платы и пенсии, становится грустно.

Почему тогда МВФ всем доволен? Почему Наталья Колядина каждый раз говорит, что программа stand-by выполняется и МВФ доволен тем, как наше правительство расходует эти деньги и куда ведет нашу экономику?

Если судить по чисто техническим критериям, например, по тому, что Нацбанк не увеличивает количество денег в обращении, говорит о собственной независимости, возникает впечатление, что есть за что хвалить нашу власть и Нацбанк в частности. Но пакетного соглашения по количеству выполненных пунктов нет.

После переговоров с представителями правительств Европы и США я понял, что деньги даются еще и в качестве поддержки желания проводить реформы, то есть это своеобразные политические фьючерсы. Давая средства, МВФ, Всемирный и Европейские банки приглашают нас к сотрудничеству. Но без изменения нашего законодательства по вопросам приватизации, правам собственности и бюджету ничего не будет. Никто тебе пирог в рот не положит. Но наши власти не знают, как двигаться вперед, и полагают, что деньги даются для сохранения настоящей системы. Например, дали нам 700 млн долларов. Нацбанк порадовался увеличению золотовалютных резервов, а потом эти самые резервы мы начинаем тратить на поддержание курса. Без либерализации валютного рынка.

В целевом сценарии развития экономики страны на 2010 год правительство записало темпы роста чуть ли не до 12% ВВП. Китай, который развивается по рыночным канонам прогнозирует меньший рост. У нас же количество оптимистов во власти, которые свои прогнозы основывают только на своем внутреннем ощущении, к сожалению, не убавляется.

Но ведь долги-то когда-нибудь надо отдавать. Как мы будем это делать?

В 2012 году нам нужно будет начинать отдавать долги. Очень остро встанет вопрос, с которым столкнулись наши украинские коллеги: "Откуда взять валюту для расчетов с кредиторами?" Если посчитать, сколько долгов по кредитам придется отдавать Украине в следующем году, то получится, что все расходы на образование, здравоохранение и вооруженные силы будут меньше, чем суммы, необходимые на возврат этих долгов.

В 2012 году Беларусь столкнется с дилеммой: либо сокращать расходы на социальную сферу, либо замораживать расходы на здравоохранение, вооруженные силы и дороги, либо просто объявлять дефолт - потому, что денег не будет.

Жить в долг, на мой взгляд, - это очень опасная штука. Ведь отдавать кредиты придется не тем людям, которые сегодня кредиты берут, а будущим поколениям, правительству реформаторов. Власть концентрирует внимание на радости от получения очередной транши кредита, как будто это бесплатный подарок богатого дядюшки.

Можно рассчитывать, что хотя бы до 2012 года мы будем жить более-менее спокойно? Хватит этих денег?

Я думаю, их не хватит даже в первом квартале 2010 года. Уже сегодня государственные банки обращаются в Нацбанк, чтобы получить деньги на рекапитализацию, то есть на финансирование текущей деятельности. Если свежеотпечатанные 3-4 трлн рублей поступят в экономику в конце 2009 года, то прощай низкая инфляция. Она у нас и так, я считаю, очень высокая, а будет еще выше.

На прошлой неделе Национальный банк согласился выдавать деньги под залог каких-то долговых расписок, ничем не обеспеченных. Получается, что если предприятие или исполком, или банк хочет получить кредит, у него никто ничего не спрашивает. Есть ли у него возможность обслуживать и отдавать кредит, есть ли у него имущество, которое в случае невозврата кредита можно продать, есть ли у него поручители? Процедура надувания кредитного пузыря упростилась до предела: ты пишешь расписку о том, что обязуешься вернуть деньги, а Национальный банк просто так тебе их дает. Так белорусские банки реагируют на кризис ликвидности, то есть нехватку "живых" денег.

Может, у него, Нацбанка, просто много денег?

У него есть самое главное - денежный печатный станок. Он может напечатать денег столько, сколько ему прикажут. Правда, при этом деньги в наших карманах превращаются в мусор.

Получается, что теперь Нацбанк будет выдавать кредиты направо и налево?

Мы делаем то же самое, что делала Америка, и из-за чего возник кризис: мы выдаем деньги всем подряд без всякого анализа, просто под честное слово. Таким образом, мы увеличиваем скорость надувания нашего пузыря. Такое стало возможным, потому, что МВФ дает нам кредиты. После того как мы начнем очищать нашу банковскую систему от плохих активов, взрыв этого пузыря будет громким. Естественно, часть ответственности ляжет на МВФ, который уже полтора года выдает нам деньги в надежде, что мы наконец-то начнем проводить рыночные реформы. Надувание кредитного пузыря ни при каких обстоятельствах нельзя назвать рыночными реформами.

Зачем нужны наши реформы Международному валютному фонду? Зачем вообще международные организации выдают нам кредиты?

Во-первых, потому что мы являемся членами МВФ и по статусу можем обращаться за помощью. Во-вторых, у нас действительно экстренная ситуация. Кроме того, наши власти используют новую риторику, звучат слова о том, что "мы хотим делать рынок". Те люди, которые говорят эти слова, думают, что рынок - это то, что они нарисуют на бумаге и спустят на исполкомы в виде приказов и распоряжений.

Мы сползаем в долговую яму, выбраться из которой без реформ будет очень сложно. Когда не решена проблема платежного баланса, когда проедаешь больше, чем зарабатываешь, внешний кредитор проблемы не решит. Нужно научиться работать и жить по-новому. Это новое не придет с МВФ. Это новое должно идти изнутри.

Я спрашиваю у россиян, почему они дают нам кредиты. На это получаю ответ: "Мы не хотим, чтобы белорусам было больно". Такая же аргументация появилась и у МВФ. Но почему вы думаете, что деньги, которые вы даете, доходят до обыкновенных белорусов? Ответа нет, есть одни надежды на то, что что-то получится. Что-то, как-то - это очень ненадежная стратегия.

Я думаю, затягивание Беларуси в эти операции усугубит положение, и через полтора-два года реформы, которые надо будет делать, будут гораздо более глубокими и радикальными.

Не лукавят ли все эти кредиторы? Может быть, они просто хотят загнать Беларусь в долговую яму?

Среди некоторых политиков тоже бытует такая точка зрения. Они говорят, что США и Европа хотят увеличить нашу зависимость от Запада. Но, опять же, никто не мешает нашим властям в любой момент остановиться и предложить вести переговоры по поводу реструктуризации долга. Обанкротить государство нельзя, нужно просто вести с ним переговоры.

Так кредиты -это благо, или, наоборот, зло?

Скорее, зло, чем благо, хотя возможность получения помощи сама по себе очень хороша, если вы четко формулируете политическую волю. Политической воли на проведение рыночных реформ в Беларуси пока нет.

В пятницу, 23 октября, вышел указ о некоторых вопросах аренды и безвозмездного пользования имуществом. Что это за указ?

Бизнес долго ждал этого указа. Аренда была привязана к евро и постоянно увеличивалась. Были некоторые предприятия, которые только и работали на оплату арендных платежей. Наконец-то мы отвязались от евро и привязались к базовым величинам. Но, боюсь, радость по этому поводу будет недолгой.

Положительным пунктом этого указа можно назвать то, что бизнесу не навешивают дополнительные площади общего назначения типа лестниц, туалетов и площадок. В указе определены те, кто попал под категории ставки 0,1%, но настораживает то, что список этих организаций будет определяться Советом министров. Получается, что это правило будет распространяться не на каждого в этой категории, а только на того, кто больше понравился чиновникам.

Бюрократия порождает "серую экономику"

На прошлой неделе Министерство по налогам и сборам сообщило, что в этом году было проведено в три с половиной раза меньше проверок, чем в прошлом. При этом проверки странным образом собрали больше денег. Как такое могло случиться?

Это сюжет для Книги рекордов Гиннеса Беларуси. Мне нравится информация о том, что увеличилось количество денег, которые добровольно платят в бюджет проверенные организации. Получается, что при виде проверки предприниматель начинает добровольно каяться в совершенных грехах. То есть, "аргументы" контрольных органов стали такими "убедительными", что люди предпочитают своими средствами заткнуть дырку в бюджете, только чтобы им дальше не мешали работать бесконечными проверками.

Насколько интенсивно выходит из тени белорусский бизнес? Как проверки влияют на это? Какой у нас вообще теневой оборот?

Теневой оборот можно оценивать по-разному. По оценке международных организаций, которые делают сравнения всех стран мира, теневая экономика в Беларуси оценивается в 45-50% ВВП. Налоговые службы оценивают ее размер по своей методике и более оптимистично, на уровне 15-20%.

"Серая" экономика Беларуси - это более 15 млрд долларов от незарегистрированных видов экономической деятельности при общем объеме ВВП в 48-50 млрд долларов. Сюда входят операции как коммерческого сектора, которые не проходят по официальным документам, а также незаконные операции. В "серый" рынок приходят тогда, когда работать на легальном положении становится очень дорого. Мы надеялись, что после принятия нового порядка проведения проверок, послаблений в арендной плате "серый" бизнес все больше будет выходить в легальную экономику. К сожалению, эти законы - простая имитация. Так что выхода из тени белорусского бизнеса ждать не приходится.

Зачем же тогда жаловаться на проверки, налоговые сборы и штрафы за их неуплату?

Те люди, с которых сдирают три шкуры, и те, кто уходит в "серую" экономику, - это две разные группы людей. Получается, что одни страдают за других.

"Серый" бизнес такой неуловимый?

"Серый" бизнес, как правило, имеет связи с номенклатурой, работает за пределами обычного понимания риска и очень мобилен. Он не привязан к какому-то офису или счету в банке, поэтому найти его сложно. Коммерческих структур, которые работают по "серым схемам", полно в России, Украине. Все чаще они появляются и в Беларуси.

Проблема легализации "серого" рынка всегда решается через снижение налогов, через упразднение бюрократических процедур и создание равных условий хозяйствования. Европейского опыта, который можно было бы применить у нас, в этом предостаточно. Надо только иметь политическую волю его применять.

Цена свободы

Давайте ответим на вопросы, которые поступили от наших слушателей: "Когда же наконец состоится обещанная вами обвальная девальвация белорусского рубля, которую вы прогнозируете с периодичностью в каждые две недели с марта этого года?"

Девальвация будет тогда, когда глава государства примет об этом решение. Основания для этого есть, потому что у нас нет свободного рынка валюты и есть ее большой дефицит. Если бы в этом году мы не получили таких щедрых кредитов от МВФ, я думаю, она бы уже была. Собственно говоря, она и так уже идет. Мы начинали 2009 год с курсом 1 евро = 3077 белорусских рублей. На 26 октября курс составляет 1 евро = Br4079. Значит, наш рубль подешевел по отношению к евро на 32,6%. Во время Азиатского кризиса 1998 года меньшая девальвация однозначно называлась кризисом. А у нас как с той лягушкой получается. Бросили в котелок и начали медленно подогревать воду. До поры до времени терпимо, а потом - брюхом вверх.

"На какой стадии находится разработка страновой стратегии для Беларуси, или кризис поставил на этом жирный крест?"

Этот план был разработан мною и передан в органы власти еще в январе 2009 года. После этого кризис, очевидно, увлек наших чиновников другими вопросами, поэтому к разработке стратегии видения будущего Беларуси, к сожалению, никто из правительства не приступает.

"Спешит ли Беларусь в ЕС?"

В ВТО мы вступаем с 1993 года: сначала более пятнадцати лет самостоятельно, сейчас с Россией и Казахстаном. Я думаю, мы никуда не спешим, ни в ЕС, ни в ВТО, и не понимаем, что европейская интеграция выгодна, прежде всего, нам самим.

"Почему у предпринимателей единый налог приравнивается к евро, ведь они же за свою работу не принимают евро?"

Это абсолютная несправедливость, против которой мы боремся уже давно. Наконец-то нас услышали, что нужно отвязать ставки аренды от евро. То же самое нужно сделать с единым налогом. Нужно переходить на уплату налогов в национальной валюте и не привязываться ни к каким базовым единицам. Если предпринимателям введут единый налог по такой же форме, как и в аренде, я думаю, что налоги у них не только не уменьшатся, но и увеличатся.

"Почему не оставить работать ИП по старой системе, без ЧУП? Многим оно невыгодно, они закрываются. От этого и бюджет страдает".

Решение проблем ИП нужно начинать с того, чтобы разрешить им торговлю всеми товарами, которыми торгуют юридические лица без получения дополнительных лицензий и разрешений. Им нужно разрешить нанимать любое количество людей и не только родственников, потому что это также решает вопросы занятости. Кроме того, человек должен сам решить, в каком сегменте рынка он хочет работать. У нас ставка единого налога и условия работы определяются товарами, которыми человек торгует, местом, где он торгует, и целым рядом других факторов. Чиновник по определению берет на себя полномочия решать, какой сегмент рынка выгоден, а какой нет.
-30%
-15%
-25%
-15%
-15%
-10%
-90%
-6%
-21%
-10%