109 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
Чытаць па-беларуску


/ Фото: Полина Каялович /

О немцах в Беларуси большинство из нас знает в контексте Второй мировой войны, но до этого между нашими народами были столетия мирного сосуществования. На пороге ХХ века в Беларуси проживало несколько десятков тысяч немцев. Центром их общины был Минск. Каким же образом они появились на наших землях, где жили и чем занимались? Несмотря на то, что история немцев в Беларуси до сих пор основательно не написана, вместе с Сергеем Харевским попробовали собрать ее главные разделы.

Сергей Харевский, историк архитектуры, краевед, преподаватель Европейского гуманитарного университета

«В конце XIX века у нас жило около 50 тысяч немцев»

Первые немецкие поселения появились в Беларуси еще в XI веке — в Полоцке и Витебске. Известно, что в Полоцке действовал католический храм, а немцы имели большое влияние на распространение христианской религии. В ту эпоху в наших краях прославились святой Бруно Кверфуртский и епископ Кольберга Рейнберн. Стоит, правда, сразу сделать оговорку: это еще не были известные нам сегодня немцы.

— Формирование немецкой нации завершилось только в ХХ столетии, — уточняет Сергей Харевский. — До этого же речь шла о носителях многочисленных германских диалектов. Среди них могли быть уроженцы Баварии, Австрии, Швейцарии, Дании, Голландии, Норвегии, Швеции, теперешних Латвии или Эстонии. Общее определение «немцы» тут условное, как «славяне» или «русины».

В некоторых публикациях можно встретить информацию, якобы массово на белорусские земли немцы переселились во времена Российской империи. И только благодаря приглашению Екатерины Второй. Но это случилось значительно раньше.

Большая группа представителей разных германских земель появилась в Беларуси в Великом княжестве Литовском уже в начале XIV столетия при князе Гедимине. Он разослал многочисленные приглашения в ганзейские города (Ганза — крупный политический и экономический союз торговых городов Северо-Западной Европы. — Прим. TUT.BY) и по Центральной Европе. Обещал льготы и свободу вероисповедания для священников, дворянства, торговцев, ремесленников и воинов. Сколько точно немцев «клюнуло» на этот призыв, никто не знает. Но можно сказать с уверенностью: именно этот шаг стал стартом увеличения немецкой общности на белорусских землях, которое не останавливалось вплоть до ХХ столетия.

— Вторая большая волна немцев появилась в годы царствования тут королей Сасов — представителей династии Веттинов. Дважды Августа II Сильного избирали королем Речи Посполитой, а после и Августа III. Мы фактически составляли с Саксонией одно государство, — рассказывает Сергей Харевский. — В период их правления политика пришла в упадок: короли изредка бывали в наших краях и не особо погружались в здешние дела. Но вместе с этим расцвела торговля, десятилетиями не было войн, строились новые дворцы и храмы. В народе даже появились поговорки вроде: «За короля Саса наелись мяса».

Последний король Речи Посполитой Станислав Август Понятовский также поспособствовал дополнительному притоку иноземных граждан. При нем активно развивалось мануфактурное производство, создавались целые поселки для ремесленников в Гродно, Уречье, Кореличах, Налибоках, Поставах. Для их развития пригласили сотни мастеров с семьями.

— Важно также отметить, что у Речи Посполитой не было регулярной армии. На службу приглашались наемники. Большинство из них были немцами и итальянцами, — говорит историк.

Известно, что в конце XIX века в белорусских губерниях насчитывалось около 50 тысяч немцев — это был количественный пик. Тем более солидно выглядит эта цифра, если знать, что все представители немецкого населения были людьми образованными: медиками, учителями, ремесленниками, архитекторами, музыкантами, аптекарями, чиновниками.

«Лютеранский сквер появился на территории немецкого кладбища»

С историей Минска тесно связана биография знаменитого архитектора из Германии Андреаса Крамера. По его проекту на сегодняшней улице Интернациональной в 1673 году был построен первый каменный костел для минского монастыря бенедиктинок. Первоначально он был деревянным. Храм был освящен в честь святого Войцеха, много раз реконструировался, а в начале 1870-х был передан православному монастырю. При советской власти там размещался клуб, а в 1964 году постройку снесли. Теперь почти на том же месте стоит Генеральная прокуратура.

Здание Генеральной прокуратуры на месте, где когда-то стоял костел для минского монастыря бенедиктинок
Улица Интернациональная в Минске

— Крамер также строил костел бернардинцев в Будславе, работал в Полоцке, — добавляет Сергей Харевский.

Еще один известный архитектор немецкого происхождения — Ян Самуэль Беккер, который считался придворным архитектором Сапегов.

— Это он создал фантастическую резиденцию в Ружанах с гигантским парком, мини-копией Версаля. Построил там униатскую церковь, монастырь для базилиан, костел святой Троицы, несколько домов, трактиры. Также он строил для Сапегов разные объекты в Зельве и Деречине. За свою работу над дворцом Беккер получил от Сапегов пожизненную пенсию, с которой он отлично чувствовал себя в Минске, где женился и жил до конца своих дней. К сожалению, неизвестно, когда точно он умер и где похоронен. Но при нем дворцово-парковое искусство в Беларуси достигло высокого европейского уровня, — говорит Сергей Харевский.

Особенными религиозными местами для самих немцев в Минске были лютеранские кирхи. Одна из них — Святого Николая — стояла в сегодняшнем Лютеранском сквере, на перекрестке улиц Карла Либкнехта и Куприянова. Кирхи не стало в 1939 году. Историк сообщает, что, к сожалению, ее снимков или хотя бы рисунков не сохранилось. Только упоминания на старых картах города.

Сергей показывает приблизительное место в Лютеранском сквере, где находилась кирха Святого Николая

— Лютеранский сквер появился на территории немецкого кладбища, что существовало здесь приблизительно с XVIII века и до 70-х годов XX, когда посчитали, что старосветское кладбище в советском городе — как-то некрасиво, — комментирует Сергей Харевский.

Лютеранский сквер
Лютеранский сквер

— Район Либкнехта начал застраиваться многоэтажками, появилось первое транспортное кольцо. Вслед за сносом кладбища изменились старые названия улиц: Лютеранская стала улицей Волоха, а Немецкая — Карла Либкнехта. Но еще не так давно там можно было увидеть солидные деревянные дома, в которых когда-то проживали немецкие семьи. Весь этот район в народе назывался Немецкой слободой. Здесь были своя мельница, хлебопекарня, мыловаренный и парфюмерный заводы, — сообщает историк.

Новые жилые дома в микрорайоне на улице К. Либкнехта в Минске, 1962 год
Пересечение улиц Либкнехта и Домашевской. Ранее здесь находилась Немецкая слобода

Сергей вспоминает, что в детстве гостил на Либкнехта у тети и дяди и видел из окна еще не снесенные кресты и памятники. Одна из могил здесь, к слову, принадлежала знаменитому доктору Вильгельму фон Гинденбургу. В 1875 году его избрали председателем Минской общины врачей, где он проработал до конца жизни. Ходят легенды, что у него было такое доброе сердце, что он лечил бедняков бесплатно. Одной еврейской семье даже подарил корову. И когда Вильгельм умер, его с улицы Юрьевской (сегодня это площадь Октябрьская) в последний путь провожала большая толпа простых людей. Они плакали и голосили, так как для их он был словно отец. Известно, что писатель Федор Достоевский, узнавший о судьбе Гинденбурга, посвятил ему часть «Дневника писателя» и создал на его основе образ доктора Герценштубе, героя романа «Братья Карамазовы». Между прочим, отец Вильгельма, Даниэль фон Гинденбург, был еще одним местным архитектором и инженером. Вероятно, и он был похоронен на лютеранском кладбище.

В Минске также работал еще один выдающийся доктор немецкого происхождения — Карл Гибенталь. В 1811−1812 годах он был инспектором Минской медицинской управы. К тому же Карл интересовался скульптурой. Практика с гипсом как раз и вдохновила его задействовать этот материал в лечении. Гибенталь, пожалуй, одним из первых в мире тут, в Минске, использовал гипсовую повязку при лечении переломов трубчатых костей.

Еще одно место Минска, связанное с немцами, — двор жилого дома по адресу Энгельса, 12, неподалеку от Купаловского театра (ранее — улица Захарьевская). В 40-е годы XIX века там построили лютеранскую кирху. Первым пастором стал Карл Людвиг Хемериш из Дрездена.

Двор по адресу Энгельса, 12
Двор по адресу Энгельса, 12

— В те времена лютеране хотя и составляли всего 1% от городского населения, в местных органах самоуправления занимали до 18% должностей. Так что они могли позволить себе получить такое хорошее место в центре под строительство кирхи, — рассказывает Сергей Харевский. — Нужно, правда, уточнить: не все лютеране были этническими немцами и не все немцы были лютеранами. Среди немцев было много католиков, кальвинистов и даже православных. Но именно в лютеранской церкви в наших краях господствовал немецкий язык.

Кирха, которая находилась на бывшей улице Захарьевской

Во времена советской власти кирху «скальпировали»: снесли купол и разместили там кинотеатр. Окончательно строение было уничтожено во времена Второй мировой войны. Двухэтажный домик пастора рядом сохранялся еще до 50-х годов XX века, но при очередной перепланировке избавились и от него.

«Немцев уничтожили вместе с другими национальными меньшинствами»

Рассказывая о «немецкой» странице истории Минска, нельзя не упомянуть личность Рихарда Штремера, который, хоть и не был здешним, но открыл в столице первый кинотеатр «Иллюзион», а затем — еще три. Или Карла фон Гуттен-Чапского, который занимал пост руководителя Минска с 1890-го по 1901 год. При нем были построены Купаловский театр, публичная библиотека и новый пивоваренный завод (современная «Аливария»). Или Альберта Ипеля, известного немецкого культуролога и искусствоведа. Во время Первой мировой войны он оказался в Беларуси в составе 10-й немецкой армии и взялся за изучение местного народного искусства. Он первым ввел в употребление понятие die weissruthenische Kunst (белорусское искусство), отличая здешнюю традицию от российской и польской, организовал несколько выставок и издал по этой теме книгу. Это было первое издание о белорусском искусстве, которое позднее переводили и брали за основу многие художники и краеведы.

Резкий отток лютеран (прежде всего немцев), граждан Пруссии и Австро-Венгрии, с наших земель произошел во время Первой мировой войны и продолжался в годы советской власти.

— Накануне Первой мировой граждан Пруссии и Австрии интернировали в недра России. Но еще в 30-е годы XX века на Полесье продолжали существовать целые немецкие сельсоветы! Действовала дюжина немецких школ, издавались газеты. Было принято учить немецкий язык как язык Маркса и Энгельса и передовой науки. Все это начало сворачиваться в середине 30-х годов, когда не только немцев, но и другие национальные меньшинства уничтожали, подвергая репрессиям, — рассказывает Сергей Харевский. — Все, что нам осталось в наследие — это традиции немцев в медицине, архитектуре, искусстве, полдюжины заброшенных старосветских кладбищ, что сохранились на всю Беларусь, да пять построек лютеранских кирх разной степени сохранности, которые остались в Гродно, Полоцке, Бресте, Изабелине и Гайтюнишках. И ответственны за это наследие теперь мы.

-10%
-50%
-15%
-20%
-50%
-10%
-10%
-20%
-65%
-15%
-30%
-20%