1. Арина Соболенко поднялась на рекордное четвертое место в рейтинге WTA
  2. Лаевский: Максиму Знаку предъявили окончательное обвинение. Его дело скоро передадут в суд
  3. Что происходило в Минске в День Победы: Лукашенко с сыновьями, очередь за кашей и досмотры
  4. Пяць палацаў, якія можна купіць у Беларусі (ёсць і за нуль рублёў)
  5. «Ці баяўся? Канешне, баяўся». Дзесяць цытат Васіля Быкава пра Вялікую Айчынную вайну
  6. В Лиде заметили странную очередь, в которой раздавали деньги. В исполкоме говорят о возможной провокации
  7. «Хочу проехать по тем местам». Актер Алексей Кравченко — об «Иди и смотри» и съемках в Беларуси
  8. Декрет «о коллективном президенте». Объясняем, о чем он — коротко
  9. Колючая проволока и бронетранспортер. Каким получился «Забег отважных» в парке Победы
  10. «Заходишь в город, а там стоит плач и кругом сотни гробов». История 95-летнего ветерана ВОВ
  11. «Общество заточено на «откаты». Откровенный разговор с архитектором о строительстве частных домов
  12. Сколько стоит новый кроссовер в Беларуси и у ближайших соседей. Сравнили цены — и вот результат
  13. «Всех разобрали, а я стою. Ну, думаю, теперь точно расстреляют». История остарбайтера Анны, которая потеряла в войну всех
  14. Лукашенко: «Давайте прекратим это не нужное никому противостояние»
  15. 76 лет назад закончилась Великая Отечественная война. В Беларуси празднуют День Победы
  16. Год назад стартовала, возможно, главная избирательная кампания независимой Беларуси. Как это было
  17. В Минске все-таки запустили в небо тысячи красных и зеленых шариков, против которых подписывали петицию
  18. В Индии люди, переболевшие COVID-19, начали заражаться редким «черным грибком»
  19. День Победы в Минске завершили концертом и фейерверком. Посмотрели, как это было
  20. Освободилась белорусская «рекордсменка» по «суткам» за протесты. Она отбыла в изоляторе 105 суток
  21. «Баявая сяброўка». Як украінка набыла танк, вызваляла на ім Беларусь ад фашыстаў і помсціла за мужа
  22. Какую из вакцин от ковида, которыми прививают в Беларуси, одобрил ВОЗ? Главное о здоровье за неделю
  23. Автозадачка на выходные. Загадка про легендарный автомобиль эпохи 70-х
  24. «Поняли, у собаки непростая судьба». Минчане искали брошенному псу дом и узнали, что он знаменит
  25. «Шахтер» обыграл БАТЭ благодаря шикарному голу Дарбо. Чемпионская интрига убита?
  26. Эндокринолог — о том, почему сахарным диабетом болеет все больше людей
  27. Лукашенко подписал декрет о переходе власти в случае его гибели
  28. «Мама горевала, что не дождалась Ивана». Спустя 80 лет семья узнала о судьбе брата, пропавшего в 1941-м
  29. Бабарико, Тихановская и Цепкало о том, как для них началась избирательная кампания в прошлом году
  30. «Пленные взбунтовались — врача похоронили с оркестром». История и артефакты из лагеря в Масюковщине


фотоВ год столетнего юбилея русского композитора Дмитрия Шостаковича Германия открывает для себя произведения этого великого мастера современной классики. Так, например, берлинский оперный театр Komische Oper снова включил в свой репертуар "Леди Макбет Мценского уезда". Сегодня, накануне саммита "Большой восьмерки" в Санкт-Петербурге, опера Шостаковича вновь приобретает большую актуальность.

Черпая вдохновение в произведении русского бытописателя Лескова о купчихе-убийце, работу над одноименной оперой Шостакович закончил в начале тридцатых годов прошлого века, как раз в тот час, когда происходил поворот от сурового авторитарного большевистского режим к еще более жесткому тоталитарному. Постановка оперы, премьера которой состоялась в Большом театре в 1932 году, была воспринята публикой на ура. Тем не менее, несмотря на ошеломляющий успех "Леди Макбет" у советских зрителей, по жесткой указке Кремля на карьере Шостаковича как оперного композитора был поставлен крест, а первая и последняя опера композитора, считающаеся шедевром у современной классической музыки, критики заклеймили печально известным "сумбуром вместо музыки". В 1935 году "Леди Макбет" запретили к показу, поскольку интерпретация пьесы Лескова, написанная во второй половине XIX века, совсем не пришлась на вкус кремлевскому Диктатору.

Дело в том, что отравительницу и мужеубийцу Катерину Измайлову в своей опере Шостакович предал отнюдь не проклятию, а наоборот, посочувствовал ей, представив жену купца Измайлова жертвой режима, при котором индивидуальные свободы приносятся в жертву так называемым "общественным интересам", а также порабощающему умы и сердца людей деспотичному режиму. В своем нормальном человеческом стремлении к полноценной жизни, к любви, счастью и самореализации Катерина Измайлова наталкивается на травлю со стороны близких, усиливаемую повсеместной поддержкой окружающих - черни, толпы, массы. Деспотичный свёкор, бесхарактерный нелюбимый муж, без конца унижающие и травящие Катерину, а также не брезгующий "полакомиться" прелестями молодой женщины священник и в придачу ко всему - улюлюкающая толпа, наверно, главная виновница в предстоящей трагедии.

Глазами великого Шостаковича удалось увидеть главную героиню оперы, Катерину Измайлову, и немецкому оперному режиссеру-постановщику Хансу Нойфельсу. За свою интерпретацию этой оперы Нойфельс был удостоен звания "режиссер-постановщик года", в то время, как дирижера Маркуса Пошнера назвали "самым замечательным дарованием среди молодых немецких дирижеров".

С помощью театральных эффектов в своей инсценировке "Леди Макбет Мценского уезда" Ханс Нойфельс выразительно подчеркивает и даже усиливает и без того мощное действие музыки Шостаковича, вызывая у зрителя эффект, граничащий с шоком и оцепенением.

Декорации к опере эклектичны и представляют собой необычайную смесь, как минимум, двух эпох - 1864 года, момента написания пьесы Лесковым, и 1930-х годов, времен сталинской деспотии. В постановке многое строится на контрасте и противопоставлении. Так, муж Катерины Зиновий в дорогом, отливающем золотом парчовом казацком костюме носится по сцене с непременной картинной рамой на шее, оригинальным символом своей закрепощенности и умственной ограниченности. Рядом с мужем Катерина Измайлова - женщина, никоим образом не вписывающаяся в рамки тесного мирка семьи Измайловых. Катерина - элегантная дама с прической и в нарядах в стиле 30-х годов прошлого века (так вполне могла выглядеть и жена самого Великого Диктатора). Также выпадает из рамок и пение Катерины - поначалу пронзительно-жалобное, затем - решительное, страстное и порывистое. Любовник Катерины Сергей, альфонс и типичный российский мачо, носит черный кожаный костюм и нарядную белую рубаху, и не снимая в кровати сапог, читает "Правду" с большим портретом товарища Сталина на передовице. Домашняя прислуга у Нойфельса - вся без исключения седоволосая и коротко стриженная, в серых гулаговских униформах, а для пущего ужасающего эффекта - опутанная веревками по всему телу.

В веревочном корсете перед зрителем впервые предстает и Катерина. Однако уже в первых сценах действия, по мере увеличения гнета со стороны похотливого свекра-тирана, негласно поддерживаемого холопами и чернью, Катерине удается освободить себя от корсета, сковывающего ее тело и свободолюбивую душу. Необычайным усилием воли Катерина наконец обретает внутреннюю свободу … чтобы вскоре после этого быть преданной глумлению толпы и пережить самое страшное - нет, не ссылку в ГУЛАГ, которая, бесспорно, страшна сама по себе, а предательство любимого человека, которое и толкает Катерину на самоубийство.

Хоровому пению в опере Шостаковича отведена если не главная, то чрезвычайно важная роль. Именно хор, будь то поддающая жару песня измайловских холопов, участвующих в изнасиловании поварихи Аксиньи, будь то услужливое подвывание начальству царской полиции (в которую умудрились затесаться несколько красноармейцев в папахах), и ставит ребром вопросы, задаваемые автором публике: "Какова вина каждого в преступлениях сумасбродного самодура? К чему приводят внутренняя трусость, эгоизм и равнодушие толпы?"

Незадолго до развязки на сцене вдруг появляется нигилист, маленький человек в сером костюме, в очках в круглой оправе, словом, в обличье Композитора. Своим вопросом - "Почему считается, что у лягушек нет души?" - Шостакович ставит впросак шефа царской охранки. Дабы философ-нигилист лишний раз не будоражил умы общественности, полиция берет его под руки и быстро уводит со сцены.

"Если убожество мира не подлежит описанию, то у композитора есть хотя бы средства для того, чтобы хотя бы намекнуть на это убожество", - фраза, которая вполне могла принадлежать великому Композитору, высвечивается на сцену ближе к окончанию действа. Предать проклятию сумасбродство и деспотию, с одной стороны, а также добровольно идущую в рабство и поддерживающую диктатуру толпу - в "Леди Макбет Мценского уезда" мастерски удалось в свое время Шостаковичу, а сегодня - нашему современнику, режиссеру Хансу Нойфельсу.

Татьяна Монтик, Берлин
-30%
-15%
-7%
-70%
-10%
-10%
-10%
-10%
-5%
0073023