1. Бывший офицер: «В августе понимал, что рано или поздно дело коснется меня и я не смогу на это пойти»
  2. «Ситуация, похоже, только ухудшилась». Представитель Верховного комиссара ООН — о правах человека в Беларуси
  3. Александр Лукашенко — больше не президент Национального олимпийского комитета
  4. «Теряю 2500 рублей». Работники требуют, чтобы «плюшки» были не только членам провластного профсоюза
  5. «Фантастика какая-то». В Гродно начали судить водителя Тихановского, который молчал все следствие
  6. «Оправдания не принимаются». Лукашенко заявил, что на Олимпиаду надо отправить «боеспособный десант»
  7. «За 5−10 тысяч можно взять дом». Белорус переехал из Минска за 90 километров «у мястэчка» и возрождает его
  8. «Магазины опустеют? Скоро девальвация?» Экономисты объяснили, что значит и к чему ведет заморозка цен
  9. Звезда белорусской оперы сказал три слова на видео, его уволили «за аморальный проступок» — и суд с этим согласился
  10. Могилев лишился двух уникальных имиджевых объектов — башенных часов и горниста (и все из-за политики). Что дальше?
  11. Байкеры пытались отбить товарища у неизвестных у ТЦ «Европа». Ими оказались силовики, парней отправили в колонию
  12. Жила в приюте для нищих, спаслась после теракта в США. Женщина, которая перевернула российскую «фигурку»
  13. «Из-за анорексии попал в реанимацию». История пары, где у одного психическое расстройство
  14. Политолог: Россия устала играть в кошки-мышки с Лукашенко, но не видит альтернативы
  15. Минчане пришли поставить подпись под обращением к депутату — и получили от 30 базовых до 15 суток
  16. Выброшенные на лед в Шклове освежеванные трупы животных оказались лисьими. Их проверяют на бешенство
  17. «Люди с дубинками начали бить машину, они были везде». Судят водителя, который уезжал от силовиков и сбил гаишника
  18. По Мстиславлю уже 5 месяцев гуляет стадо оленей. Жители говорят, что олениха с детенышем ранена
  19. Сейчас плюс даже ночью, а какими будут выходные: синоптики о погоде на конец февраля — начало марта
  20. Новый глава НОК, возможные санкции Украины, суды и приговоры. Что происходило 26 февраля
  21. 10 лет по делу о выстреле в Бресте. Что рассказывают родные осужденных и адвокат
  22. В Беларуси выпустили пробную серию российской вакцины от коронавируса
  23. Рынок лекарств штормит. Посмотрели, как изменились цены на одни и те же препараты с конца 2020-го
  24. «Любой поставщик должен закладывать в цену риск принятия судом такого решения». Кредиторы БМЗ в печали
  25. Экс-директору отделения Белгазпромбанка в Могилеве Сергею Кармызову вынесли приговор
  26. «Куплен новым в 1981 году в Германии». История 40-летнего Opel Rekord с пробегом 40 тысяч, который продается в Минске
  27. Под угрозой даже универсам «Центральный». Что происходит в магазинах «Домашний» из-за проблем сети
  28. Виктора Лукашенко уволят с должности помощника президента
  29. Требования дать «план победы» — это вообще несерьезно. Ответ Чалого разочарованным
  30. «Когда Володя готовит, в доме все замирает». Макей и Полякова — о секретах брака, быте, Латушко и политике


/

В Могилеве за акцию протеста против насилия и соответствующее обращение к начальнику культуры облисполкома уволен замдиректора областного художественного музея им. Масленикова. Александр Балберов говорит, что коллектив музея сейчас подавлен «из-за невозможности выразить свое мнение». А директор музея — бывшая чиновница облисполкома — говорит, что «власть сейчас имеет право на все».

Фото предоставлено читателями

Сотрудники Могилевского областного музея им. Масленикова написали обращение на имя начальника управления культуры Могилевского облисполкома Олега Стельмашка 13 августа. Они выразили свой протест в связи с насилием и задержаниями, происходящими в Беларуси.

Музейщики показали свою солидарность с сотрудниками Могилевского облдрамтеатра и Купаловского театра, а также попросили «рассмотреть со всей объективностью обстоятельство заключения под стражу Владимира Алексеевича Петровича, актера и режиссера Могилевского театра драмы». Петровича, напомним, задержали во время экскурсии и после осудили на трое суток.

Ко всему этому, говорит Александр Балберов, привело то, что директор музея Елена Боброва — бывшая замначальника управления культуры Могилевского облисполкома, которая занимает нынешний пост с января 2019 года, в тот день вызвала его на беседу.

— Суть беседы была в том, что проходило закрытое совещание Министерства культуры, на котором было дано указание вскрывать в коллективе протестные настроения, доносить информацию о сотрудниках, которые участвуют в уличных акциях, вызывать милицию на сотрудников, которые замечены в подстрекательстве к протестным действиям, — говорит Балберов. — Я сказал директору прямо, что это не соответствует моим моральным и гражданским принципам и что я этого делать не буду. И сказал, что она должна выступить с заявлением перед коллективом и не скрывать от людей ситуацию. Мне на это ответили, что «власть сейчас имеет право на все».

Тогда, по словам Балберова, он выступил перед коллективом и все им рассказал, так как «не захотел быть соучастником этой лжи, насилия над правом людей иметь полярные взгляды». И после того они с половиной сотрудников написали то обращение на имя начальника управления культуры Могилевского облисполкома.

 

— В итоге меня объявили зачинщиком. Сказали, что я настроил коллектив против директора, что я подстрекаю людей к забастовке и дискредитировал учреждение, преследуя собственные политические цели, — говорит Александр. — Меня отстранили от должности замдиректора и из делопроизводства изъяли бумаги — мое заявление, приказ о назначении, относящиеся к моему назначению на должность заместителя директора по науке. До июля я числился как и.о. замдиректора, а также как начальник отдела научно-издательской деятельности и маркетинга. Замдиректора меня назначили приказом в начале августа, а теперь получается, что до 21 июля я был и. о., а после, вплоть до 21 августа, все, что я подписывал как замдиректора, стало неправомерным?

Балберова отстранили от проектов, которые он курировал — например, создание экспозиции для строящегося ко Дню белорусской письменности художественного музея в Белыничах.

— Директор среди прочего отметила, что «работать со мной больше не хочет, так как я рассказываю все трудовому коллективу. Что ко мне больше нет доверия ни у нее, ни у начальника управления культуры, которого я дискредитировал своим демаршем во время собрания трудового коллектива». Главным аргументом стало то, что, по мнению директора и начальника управления, в бюджетной организации не может работать человек, критикующий власть, имеющий противоположную точку зрения. В том числе меня обвиняли в том, что из-за моего обращения на провластный митинг в Могилеве пошло только 4 из 35 сотрудников музея. Было сказано, что этим всем можно заниматься, положив заявление на стол.

24 августа был последним рабочим днем Александра. Говорит, заявление он написал сам, но сделано это было «из-за давления».

— Я посчитал нужным написать заявление на увольнение, так как не хочу иметь ничего общего с системой, которая превратила культуру и искусство в обслугу власти и идеологии, чиновников от облисполкомов. Быть наушником и стукачом я тоже не хочу, потому что считаю, что именно в многообразии мнений и позиций есть движение вперед, есть прогресс. То, что мне предлагали, не укладывается ни в какие нормы морали и права и тянет на сценарий фильма о ГДР времен «Штази». Очень тяжело осознавать, что сейчас в этой стране иные взгляды, солидарность с коллегами по цеху могут стать инструментом давления в командно-административной системе, а в перспективе — материалами к уголовному делу.

Александр Балберов говорит, что коллектив музея подавлен, потому что суть встреч с начальником управления культуры облисполкома такая: «Государство платит вам зарплату — так чего же вам не хватает?»

— Позиция чиновников такая: если ты работник бюджетной сферы, право на инакомыслие исключено по умолчанию. И здесь вопрос: как же тогда можно что-то построить и развить, если допускается только одна точка зрения? Как в этой ситуации может быть конструктивный диалог, если все сводится к одному: если кого-то не устраивает заведенный порядок вещей — кладите на стол заявление.

Александр видит, что многие люди боятся, потому что «руководство в госструктурах намеренно порождает в людях атмосферу недоверия, страх за родных и близких, неуверенность в завтрашнем дне».

— Это такое ползучее психологическое насилие, медленное нагнетание ситуации. Людьми манипулируют, утверждая, будто все проплачено и срежиссировано. Но ведь это неправда.

Куда идти работать дальше, Балберов пока не знает. Он учитель-историк, окончил магистратуру по специальности «археология», стипендиат президентского фонда по поддержке талантливой молодежи, формировал выставочные проекты, зарекомендовал себя как экскурсовод, автор публикаций различных научных конференций.

— Я не пропаду в любом случае, — говорит Александр Балберов. — Знаете, может показаться, что вот сделали заявление — и уволился человек, что это все ничего не дало и ничего не стоило. Но это не так. Не было до этого такого единения людей, взаимовыручки, сопереживания людям, порой даже незнакомым. Это человечность, это готовность говорить и быть услышанным — и это настоящее. А то, что держится лишь только на командах, приказах, протоколах поручений, физическом и психологическом насилии, рано или поздно развалится. Потому что жизнь победит. Я верю, что решить вопросы можно только в ситуации диалога, уважительного отношения к личности, а не во лжи, издевках и командно-распорядительном тоне. Культура и искусство никогда не будут инструментом насилия. Культура и искусство не могут обслуживать идеологию.

-24%
-20%
-25%
-11%
0072356