/

«Еще в советские времена, когда была единая страна, много было разговоров на самом высоком уровне о том, чтобы присоединить Калининградскую область к Беларуси», — заявил Александр Лукашенко. TUT.BY проверил эту информацию и выяснил, могла ли наша республика получить выход к морю.

Северо-восточный угол Кёнигсбергского замка и памятником герцогу Альбрехту. Фото: wikimedia.org
Северо-восточный угол Кёнигсбергского замка и памятник герцогу Альбрехту. Фото: wikimedia.org

«Я и Ельцину, и Владимиру Владимировичу (Путину. — Прим. TUT.BY) часто говорил, когда обсуждали какие-то проблемы: Калининград — это наша область, мы за нее отвечали и отвечаем прежде всего, а не Россия. Путин говорит: „Я не против“. А в этом большая история. Еще в советские времена, когда была единая страна, много было разговоров на самом высоком уровне о том, чтобы присоединить Калининградскую область к Беларуси. Тогда было все равно. Может, хорошо, что не сделали, потому что Крым присоединили к Украине — оказалось, что „неправильно“ сделали. Тем не менее таких разговоров было много, и фактически мы в Беларуси были по многим вопросам ответственны за Калининградскую область, потому что были самыми близкими», — сказал Александр Лукашенко.

Как возник вопрос с Калининградской областью? Вплоть до Второй мировой войны Восточная Пруссия являлась частью Германии. В соответствии с решениями Потсдамской конференции 1945 года северная часть Восточной Пруссии (около 1/3 ее территории) была передана СССР, 2/3 — Польше. В 1946 году была образована Кенигсбергская область в составе РСФСР, которая после переименования Кенигсберга стала называться Калининградской.

О том, что Калининградскую область попытались присоединить к БССР, рассказывал Виктор Николаев, бывший помощник Пономаренко. Его воспоминания были опубликованы в книге Владимира Доброва «Тайный преемник Сталина».

Как утверждает Николаев, руководитель белорусской компартии Пантелеймон Пономаренко отобрал десять человек — ученых и специалистов по разным областям. Их переодели в военную форму и отправили с секретным заданием в Калининград. На протяжении месяца они собирали материалы и искали аргументы в пользу того, чтобы обосновать присоединение региона к БССР. Сам Николаев занимался сведением материалов в один документ. На основании последнего была подготовлена докладная записка Сталину, которая обсуждалась на Политбюро.

Пономаренко так обосновал свою позицию. Мол, он выражает единую позицию партийного и хозяйственного руководства Беларуси.

— Белоруссия действительно стремится получить выход к Балтийскому морю, поскольку это даст ее экономическому развитию дополнительные стимулы. И белорусы, которые больше всех пострадали в войне, имеют право на это. Не меньше, чем Польша или тем более Литва, получившая существенные территориальные приращения, хотя ее вклад в победу не сравним с белорусским. Белоруссия, в отличие от своих прибалтийских соседей и Польши, в результате войны ничего не выиграла, что вряд ли справедливо.

Пантелеймон Пономаренко. Фото: wikimedia.org
Пантелеймон Пономаренко. Фото: wikimedia.org

Но главное, по мнению Пономаренко, было в другом.

— Калининградская область, которая в основном заселяется жителями России, Украины и Белоруссии, оказывается в окружении прибалтийских республик. Получается разрыв единого славянского пространства, что может обернуться негативными политическими последствиями. У Запада, у той же Германии, будет постоянный соблазн «отсечь», а затем и вернуть бывшую Восточную Пруссию в лоно капиталистического мира, учитывая ее «висячее» положение. Этот соблазн отпадет, когда Белоруссия, которую навечно связывает с Россией ее славянская общность и многовековая история, получит Калининградскую область, а с ней — и выход к Балтийскому морю.

Другие члены Политбюро дружно раскритиковали предложение Пономаренко. Маленков назвал проект «заоблачной чепухой», Берия — «преждевременным» и «нереалистичным». А вот Сталин посчитал, что предложение правильное, но пока его принять нельзя.

— Слишком сложное сейчас международное положение. Не стоит отягощать его еще одним конфликтным вопросом. Подождем более благоприятной обстановки.

Но к этому вопросу так и не вернулись.

Казалось бы, в этой истории все понятно, но при более детальном анализе возникает скепсис. Автор книги Владимир Добров — не историк, а писатель. Его книга — не историческое, а скорее публицистическое исследование, в котором нет никаких ссылок на источники информации. Действительно, ссылки часто усложняют восприятие. Но когда речь идет о сенсационной информации, без подтверждения не обойтись. Когда и при каких обстоятельства Добров общался с помощником Пономаренко Николаевым — неизвестно.

Кроме того, книга написана откровенно с просталинских позиций. В ней очень четко выделяются мудрый Сталин и его верный соратник Пономаренко, а также завистливые и жалкие члены Политбюро, которые завидовали Пантелеймону Кондратьевичу. То есть можно предположить, что некоторые факты откровенно подгонялись под концепцию.

Кроме того — даже при самом беглом знакомстве с книгой — бросаются в глаза несуразности. Когда читаешь фразы о том, что Пономаренко в роли министра культуры СССР (в 1953 году) «невольно становился фигурой, вокруг которой начинало концентрироваться (…) недовольство [против Хрущева и Маленкова]», трудно сдержать улыбку. Такое впечатление, что речь идет о смещенном Борисе Ельцине, который в 1987-м вызывал симпатии как борец с номенклатурой. А действие происходит не в хмурой постсталинской Москве, а во времена перестройки.

Возможно, планы присоединить Калининградскую область к Беларуси действительно существовали. Вдруг у Александра Лукашенко есть об этом более подробная информация? Ведь президент уже не в первый раз говорит об этом.

— Я часто говорю: отдайте нам Калининградскую область, — говорил Лукашенко в 2013 году. — Мы каждый гектар, каждую сотку земли там распашем и сделаем из нее цветущий край. Владимир Владимирович говорит: «Ты что?». Я говорю: «Ну в советские времена Калининград фактически был белорусским». — «Не может быть». Я говорю: «Точно, жена у тебя из Калининграда, и ты не знаешь, что мы всегда отвечали за Калининград?». Я не претендую на то, чтобы завтра забрать Калининград. Но если бы можно было, то с удовольствием.

Но пока в распоряжении историков нет архивных материалов, которые подтверждают проект Пономаренко, эта история остается лишь красивой легендой.

-10%
-10%
-10%
-50%
-50%
-10%
-12%
-30%
-50%