/

105 лет назад, 21 ноября 1914 года, родился Михаил Зимянин, один из самых успешных белорусских чиновников советской эпохи. Рассказываем его удивительную биографию, делимся фотографиями из архива кинофотофонодокументов и объясняем, почему провалилась белорусизация, которую должен был реализовывать Зимянин.

Группа руководящих комсомольских работников ЦК ЛКСМБ, среди которых Кирилл Мазуров, М.И. Барашков, Михаил Зимянин в тылу врага. Фото: БГАКФФД
Группа руководящих комсомольских работников ЦК ЛКСМБ, среди которых Кирилл Мазуров, М.И. Барашков, Михаил Зимянин в тылу врага.

Михаил Зимянин родился в Витебске в семье рабочего. До войны он несколько лет работал в школе учителем, служил в Красной Армии и начал карьеру лишь в 1938-м. Но репрессии создали кадровые пустоты, которыми воспользовался Зимянин: уже через два года он возглавил белорусский комсомол (1940−1946).

Михаил Зимянин (во 2-м ряду в центре) среди работников ЦК ЛКСМБ перед отправкой на боевое задание в тыл врага. Июль 1941 года, Москва. Фото: Н.Латышевский, БГАКФФД
Михаил Зимянин (во 2-м ряду в центре) среди работников ЦК ЛКСМБ перед отправкой на боевое задание в тыл врага. Июль 1941 года, Москва. Фото: Н. Латышевский

В этой должности он активно участвовал в создании комсомольского подполья и партизанского движения. После войны это оценили: бывших «партизан» начали активно продвигать по карьерной лестнице. Этому способствовал и Пантелеймон Пономаренко, который во время войны не только являлся главой белорусской компартии, но и руководил Центральным штабом партизанского движения. Уже в 1947-м Зимянин становится секретарем, а затем вторым секретарем ЦК КП (б) Беларуси.

1-й секретарь ЦК ЛКСМБ Михаил Зимянин и секретарь ЦК ЛКСМБ Кирилл Мазуров во время беседы с комсомольскими работниками партизанских соединений Минской области. 1942 год. Фото: БГАКФФД
1-й секретарь ЦК ЛКСМБ Михаил Зимянин и секретарь ЦК ЛКСМБ Кирилл Мазуров во время беседы с комсомольскими работниками партизанских соединений Минской области. 1942 год.

1953 год Зимянин встретил на работе в советском МИДе, где его всячески поддерживал Вячеслав Молотов.

После смерти Сталина в руководстве СССР началась борьба за лидерство. Одним из фаворитов в этом противостоянии был Лаврентий Берия. Чтобы закрепить свое положение, он решил сделать ставку на национальные кадры и республиканские элиты. Берия решил снять руководителей Беларуси и Украины, обвинив их в числе прочего в игнорировании национальных кадров и неиспользовании в аппарате национального языка.

«В Белорусской ССР совершенно неудовлетворительно обстоит дело с выдвижением белорусских кадров на работу в центральные, областные, городские и районные партийные и советские органы. При этом особенно неблагополучным является привлечение на руководящую работу в партийные и советские органы западных областей Белорусской ССР коренных белорусов — уроженцев этих областей, что является грубым извращением советской национальной политики», — утверждалось в партийном постановлении Президиума ЦК КПСС.

Парадокс в том, что Берия поднимал серьезные вопросы. Вот только делал это не искренне, а исходя из практической выгоды.

Михаил Зимянин и Кирилл Мазуров среди комсомольских работников в тылу врага. 1943 год. Фото: БГАКФФД
Михаил Зимянин и Кирилл Мазуров среди комсомольских работников в тылу врага. 1943 год

Первым секретарем белорусской компартии Берия решил избрать Зимянина. Тот вернулся из Москвы в Минск как победитель и в этом качестве делал доклад на пленуме ЦК КПБ — причем на белорусском. Разумеется, все присутствующие быстро перестроились. Оказалось, что большинство из них прекрасно владеют родным языком (на нем выступили 23 из 27 человек).

Зимянин предложил вести работу ЦК КПБ, Совета министров и местных партийных органов на белорусском языке, а также восстановить преподавание на белорусском в вузах и школах.

Это предложение не вызвало протестов.

«А ў нас жа на беларускай мове выступалі толькі на сесіях Вярхоўнага Савета БССР і на пасяджэннях Саюза пісьменнікаў пры абмеркаванні твораў беларускіх пісьменнікаў, — говорил на пленуме Тихон Киселев, первый секретарь брестского обкома партии (в 1980—1983 годах — руководитель республики). Далей, калі б дзеці кіруючых работнікаў-беларусаў вучыліся ў беларускіх школах, то трэба меркаваць, што рабочыя і служачыя беларусы не ставілі б так пытанне — „прымайце маіх дзяцей у рускую школу“. Вядома, што такое становішча спраў ведалі. Я памятаю, калі ў 1948−1949 гадах (Киселев возглавлял отдел школ ЦК КПБ) дакладвалі Бюро ЦК аб тым, што ў сталіцы Беларусі амаль няма беларускіх школ, быў атрыманы такі адказ: „Мы не можам прымушаць бацькоў пасылаць сваіх дзяцей у беларускія школы, у якія хочуць, у такія няхай пасылаюць“. А гэта прывяло на практыцы да цяперашняга становішча.

Прычым з беларускімі школамі такое становішча не толькі ў Мінску, а і ў абласных цэнтрах. У Брэсце з 14 школ беларускай лічыцца толькі адна. Можна не сумнявацца, што чарговыя пленумы абкамаў партыі, таксама, як і гэты пленум ЦК, будуць праходзіць на беларускай мове, і таксама, як і ў ЦК, будзе весціся і справаводства на беларускай мове. І калі мы пачнем практычна карыстацца беларускай мовай, будзем пісаць і размаўляць па-беларуску, і ў школах памяняецца адносіны да беларускай мовы і гэты недахоп, або правільней, памылкі ў гэтых пытаннях, будуць ліквідаваныя».

Но при этом ораторы никак не критиковали Патоличева (Николай Патоличев, первый секретарь ЦК КПБ в 1950—1956 гг., уроженец России) и не выражали особых восторгов от возвращения категоричного Зимянина.

Генерал-майор Герой Советского Союза Василий Корж, секретарь ЦК ЛКСМБ Михаил Зимянин и генерал-майор Ф.Ф. Капуста с группой партизан. 1944 год, Минская область. Фото: БГАКФФД
Генерал-майор Герой Советского Союза Василий Корж, секретарь ЦК ЛКСМБ Михаил Зимянин и генерал-майор Ф.Ф. Капуста с группой партизан. 1944 год, Минская область

Впрочем, если бы не вмешательство сверху, все пошло бы по плану. Но белорусизация закончилась, даже не начавшись. Пленум проходил 25−27 июня 1953 года. Но соратники и одновременно конкуренты Берии в борьбе за власть организовали заговор и 26 июня арестовали его.

В итоге Зимянину позвонили из Москвы и дали команду «отбой». Разумеется, тому пришлось внести на пленуме предложение: оставить Патоличева на своей должности. Самого Михаила Васильевича присутствующие предложили назначить премьером (точнее, руководителем Совета министров).

Но было понятно, что двум медведям в одной берлоге не ужиться. Зимянин вернулся в Москву — и вскоре был вынужден писать покаянное письмо Никите Хрущеву.

«Теперь, после разоблачения Берии Президиумом ЦК КПСС, я сознаю, что шаги, предпринятые Берией по отношению ко мне, были провокационными от начала до конца, а ознакомление с его запиской — попыткой подкупа или шантажа, разобраться в которой я вовремя не сумел. Глубоко сожалею, что оказался в таком положении. Но Берию я раньше не знал — никогда не был у него, не знал подлых повадок этого предателя, относился к нему как к видному государственному деятелю. Только узнав, что Берия является злейшим врагом партии и народа, я понял, насколько подлым является этот иезуит, насколько подлым было и его отношение ко мне лично, раз и меня он пытался запятнать.

Заявляю Центральному комитету КПСС, что никогда ничего общего с врагом партии и народа Берией не имел, честно боролся и буду бороться за дело нашей великой коммунистической партии до последнего дыхания».

Разумеется, после такого поворота о белорусизации никто не вспомнил. Тот же Тихон Киселев, став первым секретарем ЦК КПБ, продолжил вести все заседания по-русски (хотя прекрасно владел белорусским). В следующий раз о судьбе родного языка с высоких трибун стали говорить лишь в конце 1980-х.

Но вернемся к Зимянину. Следующие три года Михаил Васильевич работал в структуре МИДа, но в 1956-м он еще раз не угодил Хрущеву, после чего тот отправил его в политическую ссылку — послом во Вьетнам. Оттуда Зимянин прислал шифровку, в которой утверждал, что страна находится на грани гражданской войны. Этот факт удивителен, ведь в целом большинство послов продолжали оставаться партийными чиновниками: они проводили общую линию КПСС и не позволяли себе вольностей.

Группа работников аппарата ЦК ЛКСМБ: 1-й ряд (слева направо): 1-й секретарь ЦК ЛКСМБ Михаил Зимянин, секретари ЦК ЛКСМБ Т. Ершова и Герой Советского Союза Виктор Ливенцев; во 2-м ряду в центре – 1-й секретарь Молодечненского обкома ЛКСМБ Петр Машеров. Фот
Группа работников аппарата ЦК ЛКСМБ: 1-й ряд (слева направо): 1-й секретарь ЦК ЛКСМБ Михаил Зимянин, секретари ЦК ЛКСМБ Т. Ершова и Герой Советского Союза Виктор Ливенцев; во 2-м ряду в центре — 1-й секретарь Молодечненского обкома ЛКСМБ Петр Машеров

Глава СССР рассвирепел, но согласился отправить в эту страну своего соратника Анастаса Микояна, который находился с визитом в Китае. Белорус убедил того в своей правоте, что помогло Зимянину вернуться на политическую орбиту: он был послом в Чехословакии (1960−1965) и замминистра иностранных дел СССР (1965).

Со временем его работы в Праге связана любопытная история, о которой рассказал Сергей Хрущев, сын лидера СССР. В момент «дворцового переворота» 1964-го (когда страну возглавил Брежнев) Нина Петровна Хрущева находилась на отдыхе в Карловых Варах. Неожиданно ей позвонил Зимянин, поздравил с избранием ее супруга на пост первого секретаря ЦК КПСС и начал разносить хрущевскую политику. Его собеседница ничего не знала и была в шоке. В какой-то момент Зимянин с ужасом понял, что по привычке попросил соединить с женой Хрущева, а не его преемника, после чего быстро положил трубку.

Выступление секретаря ЦК КП(б)Б Михаила Зимянина на торжественном собрании, посвященном 31-й годовщине Октябрьской революции. 6 ноября 1948 года, Минск. Фото: БГАКФФД
Выступление секретаря ЦК КП (б)Б Михаила Зимянина на торжественном собрании, посвященном 31-й годовщине Октябрьской революции. 6 ноября 1948 года, Минск.

Время правления Брежнева стало звездным часом Зимянина. Он 10 лет возглавлял газету «Правда», затем являлся секретарем ЦК КПСС, где курировал идеологию, культуру и СМИ и стоял на консервативных позициях. Ходили слухи, что его прочили на пост руководителя БССР после гибели Машерова, но эту должность Зимянину так и не удалось занять.

2-й секретарь ЦК КП(б)Б Михаил Зимянин и 1-й секретарь ЦК ЛКСМБ Петр Машеров в президиуме ХХ съезда КП(б)Б. 1952 г., Минск. Фото: БГАКФФД
2-й секретарь ЦК КП (б)Б Михаил Зимянин и 1-й секретарь ЦК ЛКСМБ Петр Машеров в президиуме ХХ съезда КП (б)Б. 1952 г., Минск

«Михвас» (как его называли в аппарате, в том числе — за очень быструю манеру говорить) страстно любил шахматы. Но играл слабовато, обижался на проигрыши и успокаивался лишь тогда, когда выигрывал. Новичков, которые приходили на работу в «Правду», предупреждали, чтобы они не признавались в своем умении играть: мол, Михвас вас «шахматами замучает».

Праздничная трибуна в честь празднования 1 Мая (слева направо): секретарь ЦК КП(б)Б Петр Абрасимов, 2-й секретарь ЦК КП(б)Б Михаил Зимянин, председатель Президиума Верховного Совета БССР Василий Козлов, 1-й секретарь ЦК КП(б)Б Николай Патоличев, председат
Праздничная трибуна в честь празднования 1 Мая (слева направо): секретарь ЦК КП (б)Б Петр Абрасимов, 2-й секретарь ЦК КП (б)Б Михаил Зимянин, председатель Президиума Верховного Совета БССР Василий Козлов, 1-й секретарь ЦК КП (б)Б Николай Патоличев, председатель Совета Министров БССР Алексей Клещев, маршал Советского Союза Семен Тимошенко, секретари ЦК КП (б)Б Иван Ганенко и Тимофей Горбунов, 1-й секретарь Минского обкома КПБ Кирилл Мазуров, поэт Якуб Колас, зам. председателя Совета Министров БССР Петр Калинин и 1-й зам. председателя Совета Министров БССР В.Г. Кудряев. 1952 год, Минск

Зимянин ушел на пенсию в 1987-м, уже при Горбачеве. В последние годы обратился к Богу.

Михаил Зимянин. 1953 год, Минск. Фото: БГАКФФД
Михаил Зимянин. 1953 год, Минск

Скончался в Москве в 1995-м.

Фотоматериал подготовила ведущий архивист отдела использования документов и информации БГАКФФД Елена Полещук.

-40%
-10%
-30%
-30%
-20%
-30%
-10%
-55%
-20%
-40%