102 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Убийца 79 белорусов, сжег пять деревень. Вспоминаем о Буром — в память о нем в Польше проводятся марши
  2. Экс-президента Франции Саркози признали виновным в коррупции и приговорили к тюремному заключению
  3. Суды над журналистами, морозы и снег. Февраль-2021 — в фотографиях TUT.BY
  4. Чиновники обновили базу тунеядцев. С мая с иждивенцев будут брать по полным тарифам за отопление и газ
  5. В Новогрудке кто-то расстрелял из пневматики собаку. Пес умер, волонтеры обратились в милицию
  6. «Желающих помочь белорусам в их „хлопотном дельце“ много». Чем заняты «Народные посольства» за границей
  7. Наказание за зарплаты «в конвертах», ответ Латушко жене Макея, звание сына Лукашенко — все за вчера
  8. Латушко ответил жене Макея: Глубина лицемерия и неспособность видеть правду и ложь просто зашкаливает
  9. «Подошел мужчина в одежде рыбака». Как судили пенсионерок, задержанных на выходе из электрички
  10. Читаете канал «Советская Белоруссия»? Говорим с его автором (нет, это не то же самое, что газета)
  11. «Думал, что это простуда. Оказалось, нужна пересадка сердца». История Вячеслава, пережившего трансплантацию
  12. Получающих зарплату «в конвертах» планируют привлекать по «административке»
  13. Виктор Лукашенко получил звание генерал-майора запаса. Предыдущее его известное звание — капитан
  14. Лукашенко — главе КГК: Необходимо ввести ответственность и для тех, кто берет в конвертах деньги
  15. Водители жаловались, что после поездки по М-10 не могут отмыть машины. Вот что рассказали дорожники
  16. «Жесточайшим образом останавливать». Чиновники взялись за аптеки, которые подняли цены из-за НДС
  17. В Беларуси ввели очередные пенсионные изменения. Что это означает для трудящихся
  18. Беларусбанк вводит лимиты по некоторым операциям с банковскими карточками
  19. С 2 марта снова дорожает автомобильное топливо
  20. «Первый водитель приехал в 5.20 утра». Слухи о «письмах счастья» за техосмотр привели к безумным очередям
  21. С 1 марта заработал обновленный КоАП. Новшества затронут почти всех белорусов
  22. «Меня потом знатно полили шампанским!» Первая белоруска с COVID-19 — о том, как прожила «коронавирусный год»
  23. Витеблянину с онкозаболеванием за насилие над милиционерами дали 3,5 года колонии
  24. «Личная инфляция»: лекарства и отдельные продукты в феврале подешевели, но в целом цены растут
  25. Приход весны, борьба с частниками и акции солидарности. Что происходило в Беларуси 1 марта
  26. Горбачев: Я не раз говорил, что Союз можно было сохранить
  27. «Проверяли даже на близнецах». В метро запустили оплату проезда по лицу. Как это работает
  28. «Будет готов за три-четыре месяца». Частные дома с «завода» — сколько они стоят и как выглядят
  29. «Тут мы ощущаем жизнь». Как семья горожан обрела счастье в глухой деревне и открыла там бизнес
  30. Минчанка из списка Forbes отсидела 20 суток и рассказала о «консервативном патриархате» в Жодино


Внучка Наума Эйтингона Татьяна Козлова не любит, когда о ее дедушке говорят «легенда разведки» или называют «карающим мечом Сталина». Недавно она написала книгу, в которой не только развенчала многие мифы о генерале, но и опубликовала его очень личные письма близким из Владимир­ской тюрьмы, пишут «Аргументы и факты в Беларуси».

Фото: analitic.livejournal.com
Наум Эйтингон. Фото: analitic.livejournal.com

Дважды арестованный

Про разведчика Наума Эйтин­гона снимали докфильмы и издавали книги на разных языках. Многие знают генерал-майора госбезопасности лишь по одному эпизоду биографии — Эйтингон был в числе организаторов устранения Льва Троцкого в Мексике в 1940 г. «У дедушки два ордена Ленина и орден Суворова, который он получил отнюдь не за Троцкого. Сейчас только и говорят — „убийца Троцкого“. Но он много ещё чего сделал для Родины», — настаивает Татьяна Козлова.

В госбезопасность Эйтингон пришел в 1920-м. Молодой опер, который родился в 1899 году в Шклове, проявил себя в борьбе с заговорщиками и бандитами в Беларуси и Башкирии, был ранен. Толкового сотрудника отправили учиться на Восточный факультет Военной академии РККА. Потом были командировки в Западную Европу, Скандинавию, на Ближний и Дальний Восток, в Америку. В Маньчжурии Эйтингон проводил блестящие операции против китайских националистов. Во время войны в Испании работал с резидентурой.

Когда началась Великая Отечественная, он оперативно организовал движение Сопротивления в тылу войск вермахта: широкая сеть подполья, диверсионные группы. Эйтингон был одним из создателей знаменитой Отдельной мотострелковой бригады особого назначения (­ОМСБОН). Уже после войны вел борьбу с «лесными братьями» в Литве и Западной Беларуси.

Друзья называли Эйтингона Леонидом Александровичем. Леонидом Наумовым он стал в 1920-е, когда многие евреи-чекисты брали русские имена из-за антисемитских настроений. Но к концу 1940-х антисемит­скую кампанию благословил сам Сталин. По сфабрикованному делу о сионистском заговоре в МГБ ­Эйтингон был арестован в октябре 1951 г. Его выпустили сразу после смерти вождя, но через полгода опять посадили. После ареста Берии в июле 1953-го Эйтингон был объявлен членом его банды. Генерала приговорили к 12 годам, реабилитировали только в 1992 г., через 11 лет после смерти. Генерал Эйтингон, даже пройдя тюремные застенки, никогда не обвинял партию и советский строй.

«Мой дедушка Лёня»

Книга "Письма из Владимирской тюрьмы". Фото: wikipedia.org
Книга «Письма из Владимирской тюрьмы». Фото: wikipedia.org

Но официальная биография о многом умалчивает. Например, о том, что Эйтингон — эрудит со знанием 6 иностранных языков — был весьма неприхотливым в быту человеком, а еще любимцем женщин. Татьяна Козлова в своей книге «Леонид Эйтингон. Письма из Владимирской тюрьмы» вспоминает деда и публикует почти 50 писем-исповедей. «Я долго колебалась, стоит ли предавать огласке сугубо личные письма, но в последние годы было столько написано и сказано о нем, появилось столько вымыслов и фантазий. Из всех ныне здравст­вующих я единственная, кто прожил рядом с этим незаурядным, замечательным человеком много лет», — признаётся внучка Э­йтингона.

Ее мать Зоя Зарубина была приемной дочерью разведчика. «Все мое счастливое детство прошло с дедушкой Лёней и бабушкой Олей. Мама представлялась мне какой-то недосягаемой кино­звездой, — вспоминает Т. Козлова. — Ее я видела не столь часто, хотя жили мы все вместе. Помимо работы в органах гос­безопасности, мама обучалась на вечернем отделении Института иностранных языков. Несмотря на молодость, ей доверили работу на знаменитых конференциях глав трех великих держав — СССР, США и Велико­британии — в Тегеране, Ялте и Потсдаме. За участие в конференции в Тегеране она была награждена орденом Красной Звезды». Зарубина известна не только тем, что переводила Сталину. Достаточно сказать, что в 21 год она была бойцом ОМСБОН, ее забрасывали в глубокий тыл врага. После ареста Эйтингона ей пришлось уволиться из органов. Зарубина всегда писала в анкете, что она из семьи репрессированного, и не соглашалась забыть об отчиме в пользу родного отца — генерал-майора Василия Зарубина, тоже ветерана внешней разведки.

«Когда деда Леню арестовали в первый раз в 1951 г., обстановка в доме резко изменилась. „Друзья“ и многочисленные гости словно испарились», — вспоминает Татьяна В­асильевна. Перестали лебезить и передавать деду приветы соседи по дому. Хотя были и те, кто не бросил семью Эйтингона. Когда в 1953 г. дед вернулся, в доме опять появились знакомые и малознакомые люди. Но через полгода его снова забрали. «Во время обыска понятые — жильцы нашего дома — были несказанно удивлены „убогой“, на их взгляд, обстановкой: ни картин, ни ковров, ни полированной мебели».

Три с лишним года Эйтингон провел в СИЗО, и только потом его этапировали во Владимир­скую тюрьму. Татьяна Васильевна вспоминает, как непросто было тогда всем близким. «С изумлением прочла, что бывший губернатор Кировской области [России] Никита Белых, молодой еще человек, недоволен объемом ежемесячных посылок в СИЗО — всего 30 кг. А как насчет 5 кг и изнурительного, унизительного торга бабушки с приемщицей за каждую лишнюю котлетку для больного, немолодого уже человека?! И посылки, и передачи б­ыли отнюдь не ежемесячные». В тюрьме у Эйтингона не только обострились старые болезни, но и появились новые — в том числе рак. Его сестра Соня, врач по профессии, и дочь Зоя, которая обратилась за помощью к высокопоставленным генералам, совершили чудо: в тюрьму привезли лучшего хирурга — профессора Минца. Благодаря этому разведчик прожил 81 год.

После освобождения Эйтингона одним из первых и постоянных гостей в доме стал Рамон Меркадер, который к тому времени уже отсидел 20 лет в мексиканской тюрьме за убий­ство Троцкого. «Деда связывали с ним не только деловые, но и теплые, доверительные отношения. Многие праздники — Новый год, 7 ноября — мы отмечали с семьей Рамона. Он никак не мог приспособиться к советской действительности. Помню, Рамон удивлённо говорил деду, что какие-то общественники пытаются уплотнить его семью. Дед посоветовал к следующему визиту надеть пиджак со звездой Героя. К изумлению Рамона, сработало», — рассказывает Т. Козлова.

После тюрьмы Эйтингону полагалась минимальная пенсия — 12 руб. Для получения нормальной надо было отработать не менее 3 месяцев. 64-летний, не очень здоровый человек, бывший политзэк, практически не имел шансов. Зоя Зарубина на тот момент работала директором курсов переводчиков ООН и имела связи. Она договорилась, чтобы его взяли в издательство «Международные отношения». Там он проработал более 2 лет, занимался переводами с француз­ского и испанского.

Женщины Эйтингона

Могила Наума Эйтингтона и его супруги. Фото: wikipedia.org
Могила Наума Эйтингона и его супруги. Фото: wikipedia.org

«Недавно в нескольких книгах прочла, что дед был бабником, — возмущается Татьяна Васильевна. — Пока была жива моя мама, все помалкивали. Только она умерла, началось: на той женат был и на этой. Но в то время, в начале советской власти, почти никто не был официально расписан. Э­йтингон не был официально женат, с бумажкой, ни на ком! За исключением последней жены — Евгении Пузыревой, с которой он расписался, уже когда был в реанимации, чтобы её из квартиры не выписали. Сейчас начинают рассказывать родственники о какой-то „неземной“ любви деда с другой персоной. Я родилась за 20 дней до начала войны, вся после­военная жизнь деда и бабушки Оли была на моих глазах. Для всех этих род­ственников Эйтингон был как свадебный генерал, а мы жили вместе. По всем квартирам, где мы жили — Эйтингон, бабушка Ольга Наумова, мама, я, — есть жировки. Да, в заграничных командировках были „временные“, „полевые жены“: в Испании — Александра Кочергина, а во второй командировке в Турцию — Муза Малиновская. Но возвращался он всегда домой, к своей единственной и любимой Оленьке».

Зимой 1966 г. Ольга Наумова умерла после тяжелой болезни. «Деда смерть Ольги совершенно выбила из колеи. Через несколько лет дедушка переехал к Евгении Арефьевне Пузыревой. Это ей он читал по телефону по ночам стихи, для нее же просил у мамы привезти из-за границы французские духи. Она скрасила его последние годы и поддержала во время тяжёлой болезни. Но всю жизнь он любил только бабушку. Они и похоронены вместе. В конце концов, неважно, у кого в жизни сколько было любовей, но, судя по тем письмам, что я опубликовала в книге, Ольга была любовью всей его жизни. При этом он, правда, никогда не забывал о своих детях от других женщин».

Читайте также:

Создатель «Моссада» и поклонник Якуба Коласа. Пять самых известных белорусских разведчиков

-15%
-20%
-20%
-10%
-15%
-10%
-30%
-5%
-23%
-20%
-30%
-5%
-60%