Фото, текст: Дарья Сапранецкая /

В Минске живет около двух миллионов человек. Каждый день мы встречаем часть из них — на улицах, в метро, магазинах, торговых центрах и подземных переходах. Иногда мы на мгновение соприкасаемся взглядами, а потом идем дальше. Каждый по своим делам. Humans of Minsk — это проект о случайных прохожих. Их рассказы — о себе и своей жизни в нашем городе.

В 2010 году фотограф Брэндон Стэнтон создал проект Humans of New York, в котором собирал портреты жителей Нью-Йорка и их короткие монологи. Сегодня у Humans of New York почти 18 млн подписчиков на фейсбуке и более 7 млн в инстаграме. Помимо Нью-Йорка, фотограф создал серии, посвященные другим странам и городам: Ирану, Ираку, Пакистану, Украине, Иордании, Индии, Иерусалиму. Проект и идея оказались настолько популярны и близки настроениям людей, что в интернете появились аналогичные проекты других авторов, посвященные Вильнюсу, Варшаве, Москве и т.д.

Девятый выпуск фотограф Дарья Сапранецкая посвящает жителям нашей столицы, которые рассказывают свои истории и становятся нам ближе.

Вадим, 25 лет. Студент художественного факультета Академии искусств

Фото: Дарья Сапранецкая, TUT.BY

«Дедушка с бабушкой забрали меня в Америку, когда мне было полгода. Я — американец и жил в Техасе. Там я учился журналистике, занимался немного стрит-артом, рисовал картины при помощи трафаретов и баллончика, подрабатывал в „Старбаксе“, снимался в массовке кино. Однажды я играл зомби и ел человеческие кишки. Кроме прочего, год посещал студию художника из бывшего Советского Союза. Он говорил, что мне нужна „старая школа“, и посоветовал приехать учиться в Беларусь. Дедушка тоже сказал, что будет мной гордиться, если я сюда приеду. Он симпатизирует Беларуси и хочет сюда переехать в будущем. Сейчас он преподает иммунологию в университете Далласа.

Первое, что бросилось в глаза при переезде, — то, что тут все говорят на русском. Это тот язык, на котором мы в семье разговариваем дома, только среди близких людей. Поэтому мне все казались родными. У меня создалось ощущение, что я со своими людьми. Второе, что впечатлило, — многоэтажки. Как люди живут в этих огромных многоквартирных домах? В Америке дома не делаются так, чтобы впихнуть туда побольше людей. Все выглядит по-другому. Я до сих пор замечаю много удивительных деталей. Но я отказываюсь привыкать к туалетам в полу на вокзале. Не понимаю, как люди могут не спрашивать при трудоустройстве, сколько они будут получать денег за работу. Здесь все размыто, мало четкости. Тебе могут дать зарплату, а могут не дать, могут вместо нее дать колбасу или премию. Как так? В Америке в вопросах денег все устроено четко, и это правильно, есть ответственность перед законом.

Четыре года в Беларуси сильно на меня повлияли. Я стал меньше улыбаться (смеется). Хочешь не хочешь, но ты зеркалишь чужое поведение, сложно все время улыбаться, когда тут принято быть хмурым. Белорусская среда меня очень мотивирует, потому что я не хочу быть похожим на тех людей, которые сидят здесь и ноют, что ничего нельзя сделать. Моя задача — показать им, что все может получиться, если использовать те же ресурсы, которые всегда были у них под руками.

Кино дает бесконечные возможности для выражения. Это совокупность труда многих людей, без взаимодействия которых ничего не получится. Процесс создания кино меня заворожил, как только я случайно попал в массовку. Сейчас мы собрали деньги на кино на краудфандинге, а мне говорили, что это нельзя сделать. Говорят, что здесь нельзя снимать хорошие фильмы, а мы попробуем. Через месяц мы приступаем к съемкам короткометражного хоррора про Беларусь.

Хоть я и родился в России, но я никогда не понимал, что такое русский фатализм и безысходность, пока не приехал сюда. Люди здесь видят перед глазами стену с надписью „у меня ничего не получится“. Я же вырос в Америке и знал, что все возможно, но не понимал, что конкретно мне нужно. Сейчас я хочу проложить мост в сфере кино между Америкой и Беларусью. Здесь много по-настоящему талантливых людей, которые могут снимать хорошее кино, но они плохо себя продают».

Валентина, 60 лет. Маркетолог. Таня, 34. Выпускница курсов Оксфордского колледжа

Фото: Дарья Сапранецкая, TUT.BY

Таня: Я люблю общаться с людьми, сейчас в основном переписываюсь в интернете. С мышкой я еще управляюсь, а вот тексты набираю носом и довольно быстро. Мне нравится, что сейчас можно получать знания онлайн, это расширяет кругозор. Еще люблю слушать джаз и читать электронные книги. Пока нет работы, этим и занимаюсь.

Я люблю учиться, после университета окончила несколько дистанционных курсов в интернете, в том числе курс по SEO в IT Academy. Все равно инвалидам очень сложно найти работу, почти все вакансии предполагают место в офисе. Мне это не подходит. Если я дохожу до собеседования, то всплывает проблема с речью и меня отказываются брать. Несмотря на то, что я имею опыт такой работы. Мне приходится работать фрилансером с заказчиками из России, а они не всегда расплачиваются за проделанную работу.

Мне важно не просто жить, а быть занятой, полезной. Мне хочется самореализоваться, свободы, хочется улучшить уровень своей жизни.

Валентина: У меня никогда не было сомнений, что Таня умная. Но чтобы она получила образование, мы постоянно проходили комиссии, из-за проблем с речью ей не всегда ставили нормальный IQ. Я за нее боролась. Конечно, на время учебы дочки в школе пришлось оставить работу. Я до сих пор как бы проживаю Танину жизнь. Мы вместе ее проживаем. Но и свои интересы у меня есть. Я получила два высших образования, работала инженером-конструктором в роботостроении. Хотя самой главной в моей жизни остается дочка.

Таня обучалась на дому и с золотой медалью окончила школу. У нее был замечательный класс, они каждый четверг приходили к Танюше в гости. Ребята до сих пор дружат. Конечно, сейчас у всех есть семьи, но два раза в год их компания собирается у нас дома. На Танин день рождения у нас всегда много гостей.

Несмотря на прекрасный аттестат, Тане не разрешали учиться в белорусском вузе — пришлось поступать в российский университет. Там ее инвалидность не считалась проблемой. В итоге Таня окончила заочно филиал Московского государственного университета экономики, статистики и информатики. Она могла бы получить красный диплом, но ленилась пересдать пару экзаменов.

Мне знакомая подсказала, что Таня может попробовать выиграть грант, чтобы учиться в бизнес-школе Оксфорда. Танька написала эссе, и оно так там всех впечатлило, что профессор из комиссии лично прилетел в Минск, чтобы вручить сертификат. На единственное Танино бесплатное место был конкурс в 250 человек. Дочка дистанционно училась и выполняла задания два года, и у нее теперь есть диплом Оксфордского колледжа, хотя она там никогда не была. Съездить туда — теперь наша главная мечта. Вот Таня устроится на работу, накопим денег и полетим в Англию. Да, Танюш?

Багдан, 27 гадоў. Аспірант і малодшы навуковы супрацоўнік Інстытута фізіка-арганічнай хіміі НАН Беларусі

Фото: Дарья Сапранецкая, TUT.BY

«У дзяцінстве я перабалеў менінгітам і пасля гэтага пачаў шукаць Бога. Перад алімпіядай па хіміі я маліўся, браў пост і Бог два разы дапамагаў мне займаць першае месца на республіканскай алімпіядзе і атрымаць залаты медаль на міжнароднай. Зараз я атрымліваю асалоду ад навуковай працы, бо адчуваю, што выконваю сваё наканаванне. Я рэалізую той талент, які ў мяне ёсць. Калісьці я хацеў пайсці на фізіку, бо яна падавалася мне больш папулярнай. Хоць у мяне здольнасці да яе меншыя, чым да хіміі. Па сваёй грахоўнай сутнасці людзі часта закопваюць свае здольнасці і робяць не тое, для чаго былі створаныя. З-за гэтага шмат хто пакутвае. Але ў выніку я зрабіў правільны выбар.

Я займаюся нанахіміяй, гэта перспектыўны накірунак. У маёй працы былі выпадкі, калі Бог даваў мне разуменне, куды трэба рухацца, даваў натхненне. Ёсць фактары, якія не залежаць ад чалавека. Шукаючы рашэнне, можна тыкаць пальцам у неба і губляць шмат часу на памылковыя накірункі. Але мне шчасціць знаходзіць верныя навуковыя рашэнні.

Канешне, у іншых сферах можна зарабіць большыя грошы. Але грошы не робяць чалавека шчаслівым. Шчасце ў тым, каб выконваць свае наканаванне і знаходзіцца на сваім месцы. Працуючы ў Акадэміі навук, я разумею, што маё жыцце мае сэнс. Без гэтага губляецца матывацыя нешта рабіць. Жывёлы могуць жыць без сэнса, а чалавек — не. Знайсці свой шлях можна праз адносіны з Богам. Калі ты размаўляеш з ім і молішся, то Бог паступова, крок за крокам адкрывае табе, для чаго ты жывеш.

Калі Бог стварыў народы і даў ім мовы, на гэта была нейкая нагода. Я веру, што Божае жаданне ў тым, каб беларусы размаўлялі па-беларуску. І перамены да гэтага паступова адбываюцца. Сваю дыпломную працу я пісаў яшчэ па-расейску, а магістарскую дысертацыю абараняў ужо на беларускай мове. Усе справаздачы зараз таксама афармляю па-беларуску, навуковае асяроддзе з большага пазітыўна на гэта рэагуе.

Я прыхільнік евангельскай веры і дакладнага мыслення. Шукаю ісціну ў аб’ектыўнай рэальнасці. Сутнасць навукі — вывучаць, як усё створана. І сапраўдная навука пачалася тады, калі людзі пачалі верыць ў аб’ектыўнага Бога, які ўсе стварыў. Той жа Ньютан і шмат хто яшчэ з выбітных навукоўцаў верылі ў Бога. Трэці закон Ньютона — сіла дзеяння раўна сіле супрацьдзеяння — ёсць і ў Бібліі. Ісус пра гэта кажа — якой мерай мераеш, такою табе адмераецца. У духоўным свеце працуюць тыя ж законы, што і ў матэрыальным».

Проект Humans of Minsk в инстаграм и фейсбук.

Предыдущие выпуски смотрите тут.