Пять книг Светланы Алексиевич из цикла «Голоса Утопии» («У войны не женское лицо», «Последние свидетели», «Цинковые мальчики», «Чернобыльская молитва» и «Время секонд-хэнд») впервые вышли на белорусском языке в едином оформлении и без цензурных правок, сделанных в разные годы. Их презентация прошла в арт-пространстве «ОК 16».

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY
Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Идея перевести книги писательницы на белорусский возникла сразу после того, как она получила Нобелевскую премию по литературе (хотя ранее на мове выходили ее отдельные книги).

Над тем, чтобы тексты зазвучали по-белорусски, работали философ Валентин Акудович, поэт Андрей Ходанович, писатели Владимир Орлов, Сергей Дубовец и Борис Петрович. Чтобы их труд увидел свет, издательство „Логвінаў“ и платформа „Улей“ запустили в поддержку издания краудфандинговую кампанию.

Для выхода пятитомника требовалось собрать 40 тысяч белорусских рублей. Но итоговая сумма составила 231 тысячу 942 рубля (оставлено 660 заявок на книги). Значительную часть этой суммы внес Белгазпромбанк. Его руководство приняло решение: после печати тиража банк бесплатно передал часть тиража в библиотеки страны.

Среди гостей презентации были представители библиотек, которым банк в торжественной обстановке передал издания, частные лица, пожертвовавшие деньги на выход книги, представители творческой интеллигенции и бизнеса.

Как сообщает БелаПАН, Алексиевич, комментируя число жертвователей, напомнила о высказывании Александра Лукашенко. 22 июня президент Беларуси заявил, что „мы на фронте“ и, если „не выдержим эти годы, провалимся, значит, надо будет или в состав какого-то государства идти, или о нас просто будут вытирать ноги“.

— Вас столько! Это говорит о том, что в состав никакого государства мы не войдем. Надо спокойно делать свое дело, — сказала литератор.

Также Алексиевич прокомментировала мнение некоторых белорусскоязычных писателей, которые раньше считали, что она „недостаточно белорусская“.

— Трудно мне было объяснить, что русский мой язык — это язык, на котором говорит империя. И я должна была написать на этом языке, — цитирует Алексиевич БелаПАН. — Потому что, когда я была в Таджикистане, там говорили на русском, я была на Украине — там говорили на русском, то есть, где бы я ни была, еще были [люди] из того времени».

— На белорусском языке если бы я написала, я бы не схватила вот эту правду чувств. Я должна была это сделать, и, к сожалению, я стала и заложником, и жертвой этого. Потому что за 40 лет, пока я делаю эту работу, я сложилась именно в этой языковой среде. И мне очень сложно как-то сейчас взять и перейти на белорусский язык. Но творческий путь — это всегда какая-то жертва, — добавила нобелевский лауреат.

Читайте также:

«Я бы пошла на встречу с Лукашенко». Алексиевич о молодом поколении, ненависти и компромиссе с властью

-20%
-10%
-15%
-25%
-50%
-85%