81 год назад, 1 марта 1937 года, в Витебске нашли убитым художника Юделя Пэна — учителя Марка Шагала. Прошло много времени, но в деле остается немало вопросов. Историк Инна Абрамова, посвятившая громкому преступлению главу «Тайна убийства на улице Гоголевской» в своей книге «Витебская милиция», и ведущий архивист Государственного архива области Светлана Мясоедова помогли собрать малоизвестные факты об убийстве известного живописца.

Справа дом, в котором жил Юдель Пэн. Фото: evitebsk.com

Неблагополучный дом

Квартира № 4, в которой жил Юдель Пэн, находилась в доме на углу улиц Гоголевской и Замковой (до нашего времени не сохранился). Здание было каменным, с жилым полуподвалом. Часть дома была двухэтажной, а часть — трехэтажной.

В хлебопекарне на первом этаже круглосуточно топили печи, поэтому в подъезде всегда было тепло. Это привлекало нищих и попрошаек. Чердак и вовсе был притоном: здесь по ночам собирались воры и беспризорники. Они разводили огонь, используя в качестве дров оконные рамы, и готовили еду. Еще делили награбленное, ссорились, иногда умирали.

Квартира Пэна как проходной двор

В квартире Пэна был минимум мебели и одежды, зато много картин: они занимали все пространство от пола до потолка. Всюду царил беспорядок, полы подолгу не мыли. В помещении было холодно, поэтому Юдель Моисеевич почти никогда не снимал пальто.

Квартира художника напоминала своеобразный музей. Сюда постоянно приходили люди, бывало, и по сотне человек в день. По признанию уборщицы, Пэн был слишком добр, и всех пускал к себе. Посетители в его квартире испытывали смешанные чувства: с одной стороны — везде прекрасные работы, с другой — грязь и нищета.

В квартире Пэна. Фото из фондов Государственного архива Витебской области

Без следов взлома

Инна Абрамова изучила дело об убийстве Пэна в архиве УВД. К сожалению, некоторые документы из него пропали — возможно, в войну в эвакуации.

Сохранились показания Маши Самсоновой, которая 1 марта пришла к художнику к 9 часам утра, чтобы приготовить завтрак. Когда девушка поднялась на площадку, то увидела приоткрытую дверь в квартиру и ключ на полу. Маша испугалась: Пэн на ночь всегда запирал дверь, в том числе и на цепочку.

— Думаю, что, несмотря на осторожность художника, кто-то мог воспользоваться его старостью, — считает Инна Абрамова. — Многие ученики к нему заходили, некоторые даже что-то из вещей забирали себе.

Например, в своих свидетельских показаниях Бася Златкина указала, что Пэн рассказывал ей, как его ученик Давид Кравчинский в 1931 или в 1932 годах украл у него 20 тысяч рублей, которые хранились в жестяной банке на печке.

Могила Юделя Пэна на Старосеменовском кладбище. Фото: Саша Май

А были ли деньги?

В городе говорили, что Пэн, несмотря на скромный образ жизни, был человеком небедным. Он получал вознаграждения за написание портретов и участие в выставках, у художника была и пенсия в 350 рублей.

После убийства в квартире обнаружили документы на перевод из Шанхая 9-ти долларов США, две сберегательные книжки на сумму 1300 и 5 рублей. По показаниям свидетелей, у Пэна могли быть и другие сбережения, которые он хранил дома.

Труп Пэна. Фото из следственного дела. 1937 год. Снимок предоставила Инна Абрамова

Нож — не орудие убийства?

Преступников, вероятно, было двое: один оглушил жертву топориком для разделки мяса, а второй — добил. Художник сопротивлялся: об этом свидетельствуют прижизненные порезы на щеке и скуле. Смертельной оказалась рана на шее.

Рядом с телом нашли кухонный нож. Но вероятно, в качестве орудия убийства использовали острую заточку, а в роли убийц выступили профессионалы, считают исследователи.

— Направление раны справа налево и сверху вниз свидетельствует о том, что ее мог нанести левша. Потом подложили обычный кухонный нож, который и фигурировал в суде. То есть сам способ убийства говорил о том, что такая жестокость не могла быть присуща ни племянникам художника, ни его ученикам, которых обвинили в преступлении. По-моему, это самое определяющее во всей этой истории, — утверждает Инна Абрамова.

Предполагаемые орудия убийства. Из материалов дела. Фото предоставила Инна Абрамова

А что же Файнштейны?

После того, как об убийстве Пэна написала «Правда», республиканский ЦК партии 9 марта 1937 года обязал прокуратуру и НКВД Витебска в течение пяти дней отыскать убийц и доложить о результатах.

Уложиться в срок можно было, только разработав линию бытового ограбления и убийства близкими родственниками. Главными фигурантами по делу стали члены семьи Файнштейн — родственники Пэна. Вскоре они «признались» в убийстве.

— В виновность обвиняемых никто в городе и не поверил. Подростки-племянники оказались заложниками политической обстановки. Конечно же, после всех событий никто этой темы и не касался, — говорит Инна Александровна. — Думаю, витебская милиция раскрыла бы дело по-другому, если бы не попытка придания убийству политического характера.

Осужденные по делу — племянники художника, брат и сестра Файнштейны, и их мать. Фото предоставила Инна Абрамова

Несмотря на явную путаницу в показаниях, отсутствие прямых улик и то, что в суде подсудимые отказались от своих слов, семью Файнштейн признали виновными. Они получили от 2 до 10 лет лишения свободы.

В сентябре 1939 года одна из осужденных, Неха Файнштейн, обратилась с жалобой к прокурору Витебска, где написала, что следователь запугал ее и вынудил подписать признание.