Новость дня

опубликовано: 
обновлено: 

Народный артист Беларуси Геннадий Гарбук скончался 7 февраля в Минске, сообщает сайт Купаловского театра.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Прощание с народным артистом Беларуси состоится 9 февраля на исторической сцене Купаловского театра. Церемония начнется в 10.00. Похоронят выдающегося актера на Восточном кладбище в Минске.

Геннадий Гарбук родился 24 июля 1934 года в деревне Глыбочка Ушачского района. В детстве он заболел малярией, которая в послевоенное время лечилась хинином. Одно из его побочных действий — близорукость. В итоге профессии, о которых мечтал Гарбук, оказались для него недостижимы, и он поступил в Белорусский театрально-художественный институт по специальности «актер драматического театра».

«Генадзь Міхайлавіч быў выпускніком легендарнага тэатральнага рэжысёра і педагога, народнага артыста БССР Дзмітрыя Арлова, які спрычыніўся да нараджэння сапраўдных беларускіх зорак сцэны, адной з якіх і стаў Генадзь Гарбук, — рассказывает театровед, кандидат искусствоведения Ксения Дубовская. — Пасля непрацяглага перыяду працы ў віцебскім Беларускім тэатры Якуба Коласа, дзе акцёр паспеў праявіць свой талент у востра сацыяльных ролях (1958−1962. — Прим. TUT.BY), у пачатку 1960-х гг. Генадзь Гарбук перайшоў у Нацыянальны акадэмічны тэатр імя Янкі Купалы. Гэта быў няпросты перыяд як для краіны, так і для тэатра. Змена грамадска-палітычнага жыцця, так званая адліга, падштурхоўвала да з’яўлення новага героя, далёкага ад той ідэальнай схематычнасці, нярэдка ўласцівай персанажам п’ес 1950-х гг. Гэта супала і са зменай акцёрскіх пакаленняў у Купалаўскім.

Генадзь Міхайлавіч адразу праявіўся як артыст, здольны стварыць партрэт сучасніка са шматгранным і супярэчлівым характарам. Вялікай увагай гледача і крытыкі была адзначана яго роля Васіля Дзятліка ў спектаклі „Людзі на балоце“ паводле Івана Мележа (1966). Пастаноўка ішла на сцэне больш за 15 гадоў, і ўвесь гэты час Генадзь Гарбук разам з калегамі раскрываў праз складаныя ўзаемаадносіны герояў няпросты перыяд у айчыннай гісторыі — калектывізацыю 1920−1930-х гадоў».

Фото: администрация Купаловского театра
В роли Василя в спектакле «Люди на болоте», 1966 год. Лилия Давидович в роли Ганны. Фото: архив Купаловского театра

Любопытно, что в разное время Гарбук сыграл несколько ролей в «Людях на болоте» Ивана Мележа. Кроме упомянутого спектакля, он сыграл Василя Дятлика в спектакле и телеспектакле Александра Гутковича, Апейку в телефильме «Дыхание грозы» и отца Ганны в картине Виктора Турова. За телеспектакль он был удостоен Госпремии БССР. За роль Чернушки в фильме Турова получил Госпремию СССР.

Фото: администрация Купаловского театра
Фото: архив Купаловского театра

«Не будзе перабольшаннем, калі сказаць, што Генадзь Міхайлавіч валодаў вельмі шырокім акцёрскім дыяпазонам. Яму падуладны былі і глыбока драматычныя, псіхалагічныя, і востра-характарныя, амаль гратэскныя вобразы, — рассказывает Ксения Дубовская. — Героі ў яго выкананні заўсёды атрымлівалі ў дар ад свайго стваральніка шмат яркіх сцэнічных дэталяў. Выдатна праяўляўся яго талент як у класічных, так і сучасных п’есах, аднолькава выразным артыст быў у ролях айчыннага і замежнага рэпертуара.

Буйнамаштабнасць прафесіяналізму Генадзя Гарбука бліскуча праявілася і на сцэне ХХІ стагоддзя. Узгадваецца яго Дзед Курыла ў „Сымоне-музыке“ паводле Якуба Коласа (2005). Незабыўны яго гратэскава-абаяльны Мікіта Гастрыт („Вечар“ Аляксея Дударава, 2007), змучанае сэрца якога ачарсцвела праз чаканне любові і ўвагі, змарнела ад адзіноты, але не ссохла, бо захавала ў сабе кроплю надзеі. Генадзь Міхайлавіч выконваў запамінальныя ролі не толькі на роднай сцэне. Напрыклад, яму давялося стварыць моцны вобраз класічнага героя Караля Ліра ў Рэспубліканскім тэатры беларускай драматургіі (2006)».

В кинематографе Геннадия Габрука прославила роль Петрока в знаменитом фильме «Знак беды», который Михаил Пташук снял по одноименному произведению Василя Быкова. На Международном кинофестивале в Загребе (Югославия) актер получил приз за лучшую мужскую роль в этой картине. Тогда фильм был отмечен множеством наград и обошел боевик «Взвод», получивший «Оскара» за спецэффекты. Кроме того, «Знак беды» вошел в список 10 самых лучших фильмов о войне Лондонского музея киноискусства.

В кино Гарбук также известен по ролям Андрея Ходаса в «Белых Росах» и Лопотухи в «Черном замке Ольшанском».

Фото: администрация Купаловского театра
В роли Степана Крыницкого. «Павлинка». 2000 год. Фото: архив Купаловского театра

В последние годы Гарбук продолжал выходить на сцену в текущем репертуаре Купаловского театра. Еще недавно зрители могли видеть его в ролях Никиты («Вечер» Алексея Дударева), Тихона Протосовицкого («Пинская шляхта» Дунина-Марцинкевича), Евдокима Захаровича Жигалова («Свадьба» Антона Чехова), Кучерена («Не мой» Алеся Адамовича), Чернушки («Люди на болоте» Ивана Мележа), Полковника («Листопад. Андерсен» Ивана Мележа), Андрея Степановича («Любовь как милитаризм» Петра Гладилина).

Видео: Сергей Шульга

Геннадий Гарбук с молодости занимался спортом, имел второй разряд по плаванию, более 20 лет занимался йогой.

«Когда в 2010 году Купаловский театр закрывался на реконструкцию, по окончании торжественного вечера и всех красиво-важных мероприятий на сцене стала свидетелем сцены, потрясшей меня до глубины души, — рассказывает театральный критик и журналист Татьяна Комонова. — Купаловские „старики“, выйдя один за другим из служебного входа, разбрелись по скверу, каждый из них как будто „выбрал“ себе дерево, с которым хотел срастись. Они молча смотрели на свой театр, как будто боялись упустить его из виду, как будто думали, что стоит им только на секунду закрыть глаза, всего лишь моргнуть, и все, чем они жили, в одно мгновение исчезнет, изменится до неузнаваемости. И в тот момент они, действительно, были теми самыми деревьями-хранителями, которые обступили родной театр, пытаясь закрыть его собой от мирских невзгод.

Фото: администрация Купаловского театра
Евдоким Захарович Жиголов. „Свадьба“. 2008 год. Фото: архив Купаловского театра

Когда видишь огромные поваленные деревья, вырванные с корнем то ли в силу урагана, то ли по каким-либо другим причинам, всегда чувствуешь сожаление и недоумение: как такое могло случиться? Вот и уход из жизни Геннадия Михайловича Гарбука вызывает схожее смятение. Не покидает ощущение того, что лично, конкретно ты, даже не будучи с ним в близких приятельских отношениях, все равно лишаешься какой-то глобальной защиты-„ауры“…

В силу журналистской профессии, не раз приходилось встречаться и брать интервью по самым различным поводам. И главное человеческое впечатление от общения с Геннадием Михайловичем — его удивительная, глубинная человеческая деликатность. Нет, не сдержанность или скромность, а именно — уважительная бережность к человеческим взаимоотношениям. Вне зависимости от того, в каком настроении и душевном состоянии находился он сам, как истощались или, наоборот, клокотали его эмоции, он никогда не позволял им выплескиваться на окружающих. Впрочем, и не скрывал. Казалось, ему не обязательно об этом говорить: стоило только перехватить его взгляд, вздох, и сразу становилось понятно: пан или пропал. Отсюда, вероятно, и произрастают корни того неоспоримого, не обремененного морализаторскими поучениями человеческого авторитета, магией которого Гарбук в полной мере обладал.

Фото: администрация Купаловского театра
Гастрит. Спектакль „Вечер“. 2006 год. Фото: архив Купаловского театра

Странный парадокс: не раз и не два как артист, который состоялся в театре благодаря персонажам „белорусского типа“, с тоскою говорил о внутреннем потенциале и желании сыграть героев Максима Горького. На вопросы, что же так манит его в этой драматургии, неизменно отвечал: „Там есть почва для творчества, которое может подняться от быта до разговора на уровне идей“. И чем больше видела на сцене Геннадия Михайловича в самых разных ролях, тем больше убеждалась: ему и впрямь был близок тезис про жизнь человеческого духа на сцене. А значит дорогие и важные для него идеи, в обликах созданных им персонажей, останутся в истории белорусского театра вечно живыми ангелами-хранителями. Что ж, этот его профессиональный творческий принцип дает нам веру».