Кругозор


Елена Руденко

Елена Руденко — профессор БГУ, доктор филологических наук, а с некоторых пор еще и пенсионерка. Недавно ей предложили почитать лекции в двух университетах на западе США. Елена отправилась за океан, а позже самостоятельно путешествовала по стране на арендованной машине. В конце декабря 2017 года она начала рассказывать о своих американских впечатлениях и неожиданных встречах. Ранее выходили первая и вторая части ее путевых заметок. Вашему вниманию — третья, заключительная, часть.

Елена Руденко – профессор БГУ, доктор филологических наук, автор (и соавтор) 25 книг и учебников, пенсионерка.
Елена Руденко — профессор БГУ, доктор филологических наук, автор (и соавтор) 25 книг и учебников, пенсионерка.

Ковбойские ранчо и Super 8

В Европу я вылетала из Лос-Анджелеса, а перед этим хотела побывать в штате Юта. Исходя из этого я и прокладывала свой маршрут. Намерение было простое: по 90-му хайвею спуститься до 15-го и за два-три дня добраться до Солт-Лейк-Сити (750 миль, или 1200 километров).

Простившись со Споканскими водопадами, проехала долину Кёр-д-Ален с ее прекрасным озером, пересекла Айдахо (штат США на тихоокеанском Северо-Западе в группе горных штатов. — Прим. TUT.BY), где на горах все еще лежал снег, а на трассе ледяной дождь сменялся градом, и въехала в заснеженную Монтану (штат на северо-западе США. — Прим. TUT.BY).

На снимке ниже вы можете увидеть, как зачастую путешествуют американцы. К трейлеру прицеплен любимый американцами вместительный автомобиль-грузовик, на котором стоит лодка и к которому крепится велосипед. Нас врасплох не застанешь!

По 90-му шоссе я пересекла кусочек бескрайней Монтаны и вернулась в Айдахо.

Именно тут мне и повстречался юноша (везет мне на романтических юношей!), который сказал: «Нет-нет, вы не должны ехать дальше по фривею! Вам нужно по 93-й. Так вы увидите весь Айдахо, всю его красоту. Я сам из Айдахо, я знаю!»

И я послушалась! Ну и пошло-поехало! Недаром говорят, что если распрямить складки Айдахо, то получатся все Соединенные Штаты Америки. Двадцать миль в час, вверх-вниз-вправо-влево — где-то мы это уже проходили.

Это Лоло — национальный заповедник — лес, а дальше Биттеррут — тоже национальный заповедник — лес. Всюду горный серпантин, лес, снег, и никого. Одно утешает: Льюис и Кларк тоже здесь были! (Экспедиция Льюиса и Кларка — первая сухопутная экспедиция через территорию США из Сент-Луиса к тихоокеанскому побережью и обратно. Проходила в 1804—1806 годах. — Прим. TUT.BY).

Красота сказочная! Река Salmon, кажется, так и кишит лососями. Она сопровождала меня почти все время вдоль 93-й дороги.

Юноша оказался прав: я таки повидала весь Айдахо — горы, предгорье, степь. Бесконечные поля картофельного штата сменялись настоящими ковбойскими ранчо. Прямо у дороги лихие ковбои гарцевали на своих лошадях небывалой бело-коричневой масти, картинно взвивая лассо над мясистыми бычками. Это было неописуемо! Я чуть в кювет не свалилась, наблюдая такой спектакль. Потом не выдержала — вышла посмотреть. Что тут началось! Ковбой загарцевал еще пуще, конь под ним бешено заплясал, становясь на дыбы, бычки заметались, псы залаяли, овцы заблеяли! «Наши конные прогулки и наши мраморные стейки к вашим услугам, мэм!»

Это была самая действенная реклама в моей жизни, честное слово! Первое, что я сделала, приехав к месту назначения, — съела настоящий стейк, огромный, свежайший, мраморный, сочный и мягкий — последнее за нашей говядиной отродясь не водилось. Объелась вусмерть, так что до сих пор мясо не могу видеть!

Нереально настоящие ковбои встречались мне на заправках — в этих своих сапогах, клетчатых рубашках, шейных платках и, конечно, шляпах. Их жены, такие же высокие, сильные, стройные, так же одетые, с одинаковой уверенностью укрощали мустангов и здоровенные американские внедорожники. Недаром в Айдахо не хватает женщин: далеко не каждая согласится управляться с лошадьми, бычками, фермой, мужем, детьми и финансами — и совсем уж редкая с этим действительно справится.

Отмахав за день 550 миль по очень пересеченной местности, я уже ночью рухнула в сетевом мотеле «Супер-8» в Айдахо Фоллз. В Штатах много сетевых мотелей, но Motel 6 и Super 8 — это что-то особенное. Motel 6 — просто невоспетая легенда, но Super 8 — это специальный бренд. "Супер-8" есть всегда и везде. Куда бы вы ни попали в Соединенных Штатах, вы можете рассчитывать на "Супер-8". Бронированная дверь, удобная чистая кровать, стерильная ванная комната — и это все. Ни холодильника, ни микроволновки, ни кофеварки, ни бесплатного интернета — ничего из того, что вы можете найти в других мотелях за те же деньги. Но другие мотели — это лотерея, а "Супер-8" неизменен и незыблем, как американская демократия.

«Земля, которая никому не нужна»

Утром я съела огромный и очень вкусный завтрак в сетевой закусочной и пошла прогуляться пешком. Городок Idacho Falls потому так и называется, что там есть водопады. Эти водопады искусственные, но их много и они очень украшают город. На Змеиной реке (Snake River) немало водопадов и вообще диких живописных мест, и на ней же находится самый глубокий в США Адский каньон (Hells Canyon).

Hells Canyon расположен на границе штатов Вашингтон, Орегон и Айдахо. Он глубже Большого Каньона (почти 2,5 км), но менее известен и доступен. Вблизи него нет автомобильных дорог, это огромный национальный парк, в центре которого — национальная зона отдыха Hells Canyon Wilderness. Здесь очень много пешеходных троп — trails, где американцы так любят испытывать себя. Недаром именно они изобрели понятие challenge, которое приблизительно переводится как «вызов», но вызов и близко не передает неистребимое желание преодолевать и побеждать. Огромные пространства и хорошо продуманная инфраструктура, со своей стороны, весьма способствуют популярности hiking.

В Айдахо Фоллз мне встретилась первая на моем пути мормонская церковь — Церковь Иисуса Христа Святых Последних Дней. В полной мере я познакомилась с мормонской культурой и историей мормонства позже, в штате Юта.

В Юте я, конечно, хотела в первую очередь увидеть Great Salt Lake — Большое Соленое озеро. Salt Lake огромно, его средняя глубина — 5 м, в силу мелкости и солености оно имеет весьма специфический запах и местами окружено обширными соляными пустошами, напоминающими арктические. Для более близкого знакомства я решила посетить заповедник на острове Антилоп (Antelope Island). Остров в районе городка Сиракузы соединяется с берегом узкой 10-километровой дамбой — туда я и отправилась.

На однополосной дороге через дамбу меня захватил внезапный ураган. Другие автомобили куда-то исчезли, и я осталась один на один с ужасным ветром и ливнем.

Я попыталась выйти из машины, но не смогла открыть дверь. Мой «хундай» страшно раскачивался на узенькой полоске земли, и я боялась улететь вместе с ним неизвестно куда, как Элли из Канзаса в своем домике. Ветер свистел, перекати-поле неслись, туча накрыла машину полностью… Я сидела и паниковала изо всех сил, но скоро поняла, что это только хуже, включила зажигание и… потихоньку поехала.

Остров Антилоп красив суровой пустынной красотой. Здесь на рекламном билборде я прочитала, наверное, самый впечатляющий текст об истории штата Юта. Приведу сокращенный перевод:

Долина Великого Соленого озера — земля, которая никому не нужна

В 1846 г. тысячи мормонов мигрировали на Запад, чтобы избежать религиозных гонений, которым они подвергались в Иллинойсе, Огайо, Нью-Йорке и Миссури. Переселение завершилось в Юте. Переселенцы надеялись, что здесь они будут избавлены от противостояния с не-мормонами. Бригаму Янгу, лидеру мормонов, доказывали, что он не сможет вырастить здесь и бушеля зерна. Но Бригам Янг рассчитывал на то, что весь мир именно так и воспринимает долину Великого Соленого озера — как место, где никто не захотел бы жить.

Прагматик Бригам Янг понимал, что в силу своего стратегического местоположения Солт-Лейк-Сити недолго будет оставаться в изоляции. Расположенная на перекрестке Орегонского и Старого Испанского трактов, территория Юты была лакомой добычей в войне с Мексикой. Бригам Янг осознавал, что присоединение к Соединенным Штатам новых земель будет оценено должным образом. Противникам мормонства было сказано: оставьте нас в покое на 10 лет — мы не попросим у вас помощи.

По иронии судьбы место, где никто не хотел жить, — сегодня наиболее быстро развивающийся регион Соединенных Штатов. Задача будущего — справиться с ростом населения и популярностью штата в борьбе за качество жизни в Юте.

В Юте есть Каньон Эмигрантов, через который Бригам Янг и его спутники протащили на себе свои повозки. На выходе из каньона Бригам Янг сказал свои крылатые слова: «Вот это место!»

Сегодня трудно себе представить, что пережили переселенцы и как они выжили. Но мормоны превратили Юту в цветущий, плодородный сад. Им есть чем гордиться.

Кстати, там же, возле памятника Бригаму Янгу и его соратникам, установлен и памятник первым американским почтальонам. В Штатах есть поговорка: «Надежный, как почта», и это тоже своего рода памятник.

Первопоселенцы штата зарабатывали деньги на всем: уголь, крупные металлургические заводы и фермерство всюду, где это возможно. В Юте мало пресной воды — в основном она поступает из специальных хранилищ, где ее собирают при таянии горных снегов, а без полива, само собой, ничего не растет.

Солт-Лейк-Сити стал крупным банковским и промышленным центром. Сегодня это обширная урбанистическая зона, где стремятся открыть свои филиалы многие компании, ориентированные на высокие технологии: университеты Солт-Лейк-Сити и Прово имеют отличный рейтинг и готовят востребованных специалистов.

Сейчас Юта переживает то же, что в полной мере познала Калифорния: наплыв эмигрантов, быстрый рост населения и связанные с этим социальные проблемы. Жители штата в разговоре о проблемах говорят: «Мы пока справляемся», — и в этих ответах слышна все та же неприкрытая гордость первопроходцев.

Во время трехдневной передышки в Прово я много беседовала с людьми, особенно со студентами. Мне очень понравились эти студенты. Юноши в костюмах. Девушки в юбках. Юноша в костюме помог мне найти дорогу в университет и по пути рассказал свою историю. Он оканчивает магистратуру и уже принят в аспирантуру в Филадельфии. Его специальность — Computer Science. По его же словам, он специализируется на классических языках типа С++. Я сказала, что для меня классические языки — это что-то иное, и была приятно удивлена тем, что молодой человек немало знает об античности и древних языках. Университет Прово имени Бригама Янга (Brigham Young University) тесно связан с мормонской церковью и поддерживается ею. Плату за обучение студентам также помогает вносить церковь. Университет в Солт-Лейк-Сити (Univerity of Utah) более светский, но оба университета котируются очень высоко, и в каждом более 30 тысяч студентов.

Заповедники Юты

Там, где невозможно фермерство (а таких мест в Юте немало), были организованы заповедники. Здесь пять парков только общенационального значения, а уж парков штата не счесть. Для жителей Юты их посещение бесплатно, все остальные должны платить. Неплохой источник дохода хотя бы на поддержание самих парков.

Мой путь из Юты в Лос-Анджелес лежал через Брайс-каньон (Bryce Canyon) и Зайон- парк (Zion Park). Я, конечно, поехала не по хайвею (привычка) и не прогадала: сразу начались цветные горы.

Брайс-каньон — это на самом деле три каньона (а может, и больше). Начинается неописуемая красота с Красного каньона.

А это уже сам Брайс Каньон.

Фотографиями Bryce Canyon, знаменитого Rainbow Point и всех близлежащих красот, пешеходных троп и амфитеатров интернет переполнен. Это невозможная красота, и она бесконечна. Недаром это все называется Bryce Canyon Country — Страна «Брайс Каньон», и маршруты по нему могут длиться неделями, была бы охота и возможность.

В США есть понятие scenic byway. Это когда ты едешь, а вокруг такие места и пейзажи, что хочется плакать от красоты. Ну, едешь и плачешь.

Так я в Зайон-парк и въехала.

На выезде из Зайон видела какие-то изумительные плоские горы. Но далековато. Было написано: Mesa Road, а потом Sand Trails. Не хватило у меня времени осмотреть это как следует. В следующий раз!

Переночевала в мотеле городка Сент-Джордж невдалеке от Большого Каньона. Мотель стоял у такой же плоской красной горы, да еще и с пальмами. Приближался юг.

По дороге в Лас-Вегас начались неописуемо прекрасные горы Аризоны. Они называются Горы Большого Каньона.

А дальше пошли плоские песчаные холмы Невады.

Картонный Лас-Вегас

До своего отеля в Лас-Вегасе я доехала быстро и без приключений. Вот он, этот монстр. Заблудиться невозможно: он виден отовсюду.

Историю с этим отелем знают все. Когда я гордо сказала сыну, что заказала в Лас-Вегасе отель за 22 доллара, он вскричал: «Мама, это для проституток!». Я резонно возразила, что вряд ли буду востребована в этом качестве. Но он потребовал поменять. Я поменяла на отель за 29 долларов. Правда, там была скидка 70%. Ясно, почему в Лас-Вегасе отели такие дешевые: казино нужны клиенты.

Отель оказался небывалой роскошью: из машины меня с чемоданом вынесли на руках, а саму ее угнали мыть, чистить и облизывать. В номере можно было кататься на роликах, все сверкало золотом, зеркалами и приятными сюрпризами типа вазы с конфетами и фруктами или террасы с видом на город с 20-го этажа. Я даже засомневалась, идти ли мне в тот город или лучше осмотреть его прямо отсюда.

Но таки спустилась. В нескончаемом фойе шла игра — в автоматах, на зеленом сукне и чисто в карты. Игра шла круглосуточно, и от тамошних типов просто оторопь брала.

Игорная лихорадка не захватила меня, я легко миновала этот соблазн, но не смогла пройти мимо буфета: было время ланча. Система такая: платишь 25 долларов и ешь хоть до шести вечера все, что есть, а есть очень много, очень красиво и очень вкусно. Тут же, прошу прощения, уборные, чтобы не покидать зону, и огромные экраны-табло, на которых видно, как работают твои ставки.

Я налегла на рыбу, морепродукты и сладости.

Объевшись, двинулась к знаменитой Las Vegas Strip пешком, благо было недалеко. Мой желудок был полон вкусностями, а глаза и сердце — природными красотами, поэтому картонные прелести Лас-Вегаса меня не впечатлили. Но я старательно осмотрела все, что полагалось, сделала парочку селфи и с чистой совестью вернулась в отель.

В фойе ничего не изменилось: те же отрешенные лица были сосредоточены за теми же столами, экранами, картами. Поднялась в номер и всласть налюбовалась на ночной Вегас со своей чудесной террасы. С меня отелю не было никакого проку — одни убытки: играть не играет, только роскошно ест и ночует задешево.

С утра я отправилась в Лос-Анджелес, заранее переживая, как проеду через одну из самых загруженных транспортных зон США в Инглвуд для последней ночевки в Штатах. Красоты пустыни отвлекли меня от страхов. Я проезжала Мохаве.

На подступах к Лос-Анджелесу камешек из-под грузовика угодил в лобовое стекло, и оно дало трещину. Не слишком заметная, в левом нижнем уголке, но она была.

Мне удалось доехать живой до моего сиротского мотеля в Инглвуде, несмотря на то, что в самой горячей точке, на четвертом или пятом этаже многоэтажной развязки, Google- навигатор перегрелся и отключился. Стоя в пробке, успела переключиться на офлайн-карту и, гордая собой, добралась до места. Заселилась, помыла и пропылесосила машину, поела японской еды и легла спать.

Утром пришло время сдавать верный «хундай». Я привязалась к нему: он ни разу меня не подвел, и, в конце концов, моими главными собеседниками в этом путешествии были именно «хундай» и тетка-навигатор, которая таки часто вела себя непредсказуемо.

Да, ободранный бампер и трещина в лобовом стекле имели место, но я утешала себя тем, что у меня есть карта (хоть и дебетная) и чему быть, того не миновать. Я расправила плечи, гордо подняла голову и задумалась, какое выражение лица лучше сработает: престарелой идиотки или неприступной аристократки. Пока пребывала в задумчивости, огромный афроамерканец, служитель прокатной фирмы, открыл мою дверцу и сказал: «Пожалуйста, мэм, возьмите свои вещи и выйдите из машины». Я забыла о лице и поспешно вылезла, поджав хвост.

Служащий не моргнув глазом проигнорировал и бампер, и лобовое стекло, на портативном кассовом аппарате вывел мне чек, простился и перешел к следующему клиенту. Я вздохнула с облегчением и радостно воспользовалась шаттлом прокатной фирмы (а то долго мучилась, перерывая интернет: как оттуда до аэропорта добираются?).

У меня был план сдать багаж и съездить попрощаться с океаном. Но в аэропорту Лос- Анджелеса (LAX), как и много где в Европе, нет камеры хранения — по соображениям безопасности. К счастью, сознательные авиаперевозчики, зная об этом, забирают багаж раньше. Некоторое время спустя мне удалось избавиться от чемодана, и я стала названивать в Uber.

Индейские и китайские лотки знаменитой Venice Beach ничего, кроме отвращения, у меня не вызвали. Грязь, антисанитария и сомнительные личности раньше со Штатами у меня тоже не ассоциировались. Кроме того, абсолютно непривычной была манера общаться. На севере и в Юте меня слушали и слышали; понимая, что я иностранка, давали себе труд говорить медленнее и выбирать слова ближе к стандартному английскому, а не к сленгу. Причем это относилось к разным слоям населения. Здесь никто не напрягался: пулеметные очереди невнятной речи из-под вечно жующей челюсти будили во мне зверя училки словесности. Поэтому имевшуюся в моем распоряжении пару часов я с удовольствием провела, бредя вдоль кромки воды в сторону Санта-Моники и назад.

Океан на побережье Лос-Анджелеса совсем не такой, как в Северной Калифорнии, — гораздо спокойнее и лазурнее.

Пять тысяч километров по земле были позади, а впереди — десять тысяч по воздуху. До свидания, океан!

0060872