/

Алексей Толстов добивается, чтобы Национальный центр современных искусств (НЦСИ) огласил, какие произведения находятся в его фондах и сколько на их покупку было потрачено бюджетных средств.

Фото: ncsm.by
Национальный центр современных искусств. Фото: ncsm.by

Алексей Толстов — современный художник и писатель, который живет и работает в Минске. В комментарии TUT.BY Алексей рассказал, что в январе этого года побывал в хранилище НЦСИ. Там художник увидел базу по коллекциям, которые находятся в фондах Центра. Но ознакомиться с ней Толстову не разрешили. Также художник не смог узнать, сколько денег было потрачено на приобретение этих произведений и кто входил в экспертную комиссию Министерства культуры, которая занималась их отбором.

«Я напісаў першы запыт у Цэнтр і атрымаў адпіску, — рассказывает Алексей. — Адказ быў няпоўным. Мне часткова паведамілі пра механізм адбору. А вось інфармацыя пра закупкі, якія здзяйснялася цягам апошніх трох гадоў, адсутнічала». После этого Алексей подал жалобу в Министерство культуры, затем — в Совет министров. Поскольку ответы его не удовлетворили, Толстов подал в суд жалобу на действия должных лиц НЦСИ.

Андрей Шилович, юрист Национального центра современных искусств, объяснил TUT.BY, что НЦСИ руководствуется в своей работе положением, утвержденным Советом министров. «Согласно десятому пункту этого положения, список музейных предметов, их стоимость и конкретное месторасположение в музее являются служебной тайной, доступ к которой ограничен», — объяснил Шилович. По словам юриста, до начала 2016 года действовала норма, согласно которой информация о закупках размещалась в публичном доступе только в том случае, когда стоимость закупки превышала 3 тысячи базовых величин. С начала 2016 года эту норму убрали.

Спрашиваю у Толстова: не получается ли, что он требует информацию за то время, когда действовало другое законодательство. «Мяркую, што гэта павінен вырашыць суд», — комментирует это обстоятельство Алексей.

«Главный вопрос — зачем ему нужна эта информация? — недоумевает Андрей Шилович. — Алексей Толстов говорит, что она является общественно значимой. Но простите, в чем заключается эта общественная значимость? На него ни Алексей Сергеевич, ни его адвокат конкретного ответа не дали».

Алексей Толстов называет две причины — общественный и профессиональный интерес. «Я з'яўляюся грамадзянінам Беларусі, але не магу атрымаць інфармацыю пра закупленыя творы, не ведаю, колькі на гэта было выдаткавана бюджэтных сродкаў, не маю права ведаць, хто гэтую экспертызу ажыццяўляў, — объясняет свою позицию Алексей. — З гэтага вынікае, што просты грамадзянін не мае ніякай магчымасці даведацца пра сітуацыю ў фондах Нацыяльнага цэнтра сучасных мастацтваў. Магчыма, той жа стан рэчаў назіраецца і ў іншых адпаведных установах». Вторую причину Толстов объясняет через призму своей профессии: «Гэта яшчэ і цікавасць мастака і куратара. Мне цікава, якія творы набываюцца ў калекцыю асноўнай інстытуцыі краіны, якая займаецца сучасным мастацтвам. У мяне ёсць і камерцыйны інтарэс: хачу быць абазнаным у тых працэсах, якія адбываюцца на рынку».

Попытка договориться на досудебном заседании закончились безрезультатно. По словам Алексея Толстова, «прадстаўнік цэнтру прапанаваў даць інфармацыю толькі па спісу твораў і адклікаць скаргу. Але ён адмовіўся прадаставіць інфармацыю па коштах, выдаткаваных на закупку гэтых твораў, а таксама — што ўжо тычыцца Міністэрства культуры — агучыць склад экспертнай камісіі, якая ажыццяўляе адбор гэтых твораў. Я бы хацеў, каб мае правы былі ўзноўлены цалкам».

В разговоре представитель НЦСИ отметил, что обращение Толстова в суд можно воспринимать как «некую художественную акцию». Но художник, не зная об этом высказывании, написал в социальных сетях, что «гэта не перформанс, ня нейкая там акцыя-інтэрвенцыя. Гэта сур’ёзныя рэчы!».

Рассмотрение дела в суде Центрального района города Минска назначено на 5 декабря.

{banner_819}{banner_825}
-10%
-55%
-10%
-10%
-10%
-10%
-10%
-10%
-10%
0063108