Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Кругозор


Анастасия Шрубова,

Звездных участников Первой международной научной конференции "Сутинские чтения" на неделе привезли на родину художников Хаима Сутина и Шраги Царфина. Чтобы увидеть этот небольшой городок под Минском, гости оставили свои дела и руководящие посты уважаемых культурных институций во Франции, Германии, Литве.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Автор идеи "Сутинских чтений" искусствовед Татьяна Бембель, член оргкомитета конференции, поделилась переживаниями:

– Директор Парижской Пинакотеки Марк Рестеллини – перфекционист. Мы переживали за то, что городок Смиловичи только начинает оформляться не без нашей помощи в арт-пригород белорусской столицы. По сравнению с роскошным музеем Марка на площади Сен-Мадлен, в самом престижном районе Парижа, смиловичские домики выглядят очень скромно. Но мы успокоились, когда господин Рестеллини пришел в восторг от одного из них – аутентичного деревянного дома конца XIX – начала XX века по улице Медведева.

Мимо него ходил Сутин! Он жил в похожем! Это настоящая достопримечательность! Такого рода восклицания раздавались среди группы экскурсантов от конференции. Реально ценным в один голос представители французского арт-бомонда назвали этот дом – не испорченный ни краской, ни пристройками памятник времени.

К сожалению, хозяева дома не позволили заглянуть во двор, чего так хотелось французским гостям: ведь такие стены бревенчатой кладки, покрытые гонтом так называемые свейские ворота, покосившиеся заборы они видели только на картинах художников Парижской школы в музеях Франции! Но частное владение неприкосновенно – как и в Европе.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

В утешение в качестве местной аутентики гостям показали старинный валяльный промысел, которым издавна славны Смиловичи. Кожевенное производство, традиционно существовавшее в местечке, к сожалению, было недавно закрыто.

Зарубежные участники конференции не скрывали, что этой поездки они ждали с особым нетерпением. У каждого была своя причина стремиться в Смиловичи.

Госпожа Маите Валлес-Блед в 1989 году организовала первую крупную выставку Сутина во Франции и считается одним из самых уважаемых в мире исследователей творчества художника.

– Когда я приглашал Маите на конференцию, она согласилась в тот момент, когда я сказал, что поедем в Смиловичи, – признался председатель оргкомитета конференции "Сутинские чтения", директор фонда "Наследие и время" Юрий Абдурахманов.

Мишель Лебрен-Франзароли
Мишель Лебрен-Франзароли

Мишель Лебрен-Франзароли десять лет жизни отдал изучению биографии Хаима Сутина. Мюрьель Абитбол-Леви – автор лучшего документального фильма о Сутине. Но во время работы над ним никакой информации о Смиловичах во Франции она найти не смогла, поэтому о поездке на родину художника мечтала много лет.

– Для французских исследователей Смиловичи – магическое название, – говорит Юрий. – Там никто не знает Минск, но все знают Смиловичи.

Но самой трогательной и щемящей эта поездка оказалась для представителей семьи Шраги Царфина. Еще один представитель Парижской школы родом из Беларуси, Царфин стал открытием для белорусской публики после того, как "Белгазпромбанк" выставил свою коллекцию Парижской школы в 2012 году. Именно о работах Царфина тогда говорили едва ли не больше, чем о полотнах Марка Шагала и Хаима Сутина.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Три года назад в Минск из Франции приезжал внук художника, детский кардиолог Ив Дюлак, и подарил Национальному художественному музею Беларуси две работы деда. Был тогда он и в Смиловичах. Но и в этот раз родина предка подарила ему настоящее открытие. А для его родственников – потомков двух братьев Шраги Царфина, приехавших в Беларусь из России и Израиля, это было первое посещение Смиловичей.

Главным пунктом поездки для них было даже не открытие зала Царфина в музее "Пространство Хаима Сутина", на которое только на один день "Белгазпромбанк" привез в Смиловичи одну работу Сутина и несколько полотен Царфина. Главным для них стало посещение кладбища. Сегодня еврейское кладбище в Смиловичах, существующее с восемнадцатого века, заброшено, евреев в поселке не осталось, за могилами ухаживать некому. Многие надгробия почти полностью вросли в землю.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

– Два года назад к нам приезжали еврейские студенты-волонтеры, которые проделали огромную работу и попытались прочитать те надгробия, на которых сохранились хоть какие-то надписи, – рассказала директор музея "Пространство Хаима Сутина" Светлана Хасеневич. – Благодаря их работе нашли могилу отца Хаима Сутина и деда Шраги Царфина.

– Это могила моего прадеда, – сказал Авдим Царфин, склонившись над рухнувшим постаментом, на котором из-за наросшего мха невозможно различить почти ничего. В этот момент Ив Дюлак наверняка пожалел, что из-за почтенного возраста не смогла приехать в Смиловичи его мать Лилиан. Ведь это могила и ее прадеда.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Могил родителей Шраги Царфина, который покинул Смиловичи еще до революции, не существует. Они погибли в Смиловичском гетто 14 октября 1941 года. Тогда за один день фашисты расстреляли две тысячи человек. На месте той расправы слезы не могли сдержать ни родственники художника, ни французские искусствоведы – слишком тяжелая аура до сих пор сохраняется там. 

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Долгие годы считалось, что в гетто погибли и родители Хаима Сутина. Но на могильном камне, который нашли волонтеры, значится дата смерти Залмана Сутина – 1932 год. Рядом с ним – еще два памятника. Прочесть надписи на них энтузиасты так и не смогли. Но вероятно, что именно здесь похоронены мать Хаима, умершая в 1938 году, и его младшая сестра, которой не стало в 1936-м. Остальные Сутины спаслись от фашистов, многие сегодня разбросаны по всему миру.


Сутин – белорусский художник?

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Загадка, которую до сих пор пытаются разгадать многие ученые: как два мальчика из Смиловичей, для которых даже карандаши и бумага были роскошью, стали всемирно известными художниками?

– Когда я писал биографию Сутина, это было единственное место, которое я не посетил, – рассказал Мишель Лебрен-Франзароли. – На самом деле во многих трудах Смиловичи упоминаются как маленькое грязное местечко, Богом забытое. Но я никогда так не писал.

– Но вам теперь понятно, почему он никогда не вернулся в Смиловичи?

– Об этом существует несколько легенд. Одна говорит, что он сжег все мосты и порвал с семьей. Но благодаря воспоминаниям Царфина мы знаем, что это не так. Я думаю, что единственная причина, почему он не вернулся, заключается в том, что в то время, в начале ХХ века, любому художнику нужно было оказаться в Париже и жить в Париже. Многие другие художники Парижской школы тоже никогда не вернулись – и Кикоин, и Кремень. Пожалуй, только Шагал приезжал в 1914 году на свадьбу сестры. Но я считаю, что причина не в том, что Сутин не любил свою родину, хотя он иногда высказывался очень неприятно о Смиловичах. Просто туризм, к сожалению, еще не был модным.

– А вы не разочаровались в Смиловичах?

– Наоборот. Для меня более важно быть здесь, а не в Минске. Сегодня столица Смиловичи, а не Минск.

То, что магические Смиловичи находятся в Беларуси, европейские исследователи открыли для себя не так давно. Долгое время считалось, что Сутин – литовский художник. И все потому, что сам Хаим, который вначале плохо говорил по-французски, говорил, что он литвак. Так называли себя евреи, жившие на территориях ВКЛ. Так все решили, что он литовский художник. Именно французские ученые стали писать о том, что Сутина нужно считать художником белорусского происхождения.

– Беларусь прошла путь от полного отрицания Шагала (про Сутина здесь знали меньше) в советские времена до того, что их стали называть белорусскими художниками. Но ведь ни первое, ни второе не является правдой.

– Мне кажется, вы имеете абсолютное право говорить, что Сутин белорусский художник, – убежден Мишель. – Конечно, он французский художник, потому что всю 30-летнюю карьеру он прожил во Франции. Но он все время оставался русским, приехавшим из царской России. Он не был натурализован, как, к примеру, Кикоин, который попросил французское гражданство. И несмотря на то, что творил он во Франции, в нем есть черты того славянского, о котором говорят "слишком", "чересчур". Это черты его характера, но унаследовал он их отсюда.

Во Франции Мишеля с нетерпением ждут супруга и друзья, которые потребуют подробного рассказа во всех деталях.

– Это будет большой фоторепортаж, – заявил исследователь, сделавший за один день в Смиловичах несколько сотен кадров. – С фотографиями сохраняется больше впечатлений.

Обезьяны с родины Сутина

Крупнейший искусствовед Маите Валлес-Блед увезла из Смиловичей… две большие плюшевые обезьяны. В поселке, где ребенком начинал рисовать Хаим Сутин, дети продолжают заниматься творчеством. Экскурсия по центру детского творчества впечатлила французских гостей. Детские рисунки в стиле Сутина и Царфина, их портреты, нарисованные 8-9-летними ребятами, поразили искушенных французов.
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Мишель Лебрен-Франзароли и Мюрьель Абитбол-Леви
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Маите Валлес-Блед

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Родственники Царфина фотографируются на фоне детских работ.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

– Это прекрасно, что и власти, и государство, и родители думают о том, как приобщить детей к искусству, – заявила Маите, обнимая игрушки. – Это для моих внучек. Здесь есть своя история, и я знаю, что они очень любят обезьян и для них будет важно, что они приехали с родины Сутина.

– А для человека, который всю жизнь занимается Сутиным, что значит побывать в Смиловичах?

– Я глубоко взволнована. Всю жизнь, когда мы работаем с Сутиным, мы говорим о Смиловичах. Кроме того, здесь сталкиваешься с историей. То, что мы посетили кладбище, на котором найдена могила отца Сутина, потом жуткое впечатление от того места, где были расстреляны 2 тысячи жителей, это непосредственный контакт с историей. Пусть местечко сильно изменилось, но даже те уголки Смиловичей, которые мы увидели, производят впечатление. Это своеобразный исторический документ.

– Вам теперь понятнее Сутин?

– Не могу сказать, что стала лучше его понимать. Но меня взволновал непосредственный контакт с этим местом. К сожалению, удручающее впечатление на меня произвело состояние еврейского кладбища. Это, конечно, придает особый дух. Но его нужно привести в порядок.

Перед возвращением в Минск французский бомонд отправился на то место, где, по воспоминаниям Шраги Царфина, стоял дом Сутиных. Все еврейские дома во время войны сгорели. Но по описаниям его расположение можно определить достаточно точно. Дом, в который он никогда не вернулся. Но в котором понял, что не быть художником не сможет. Дизайнер Надежда Кухаренко еще в 2007 году создала пространственную концепцию музея "Пространство Хаима Сутина". В этот раз она презентовала новый, третий зал музея, где предложила расширить концепцию, выведя в пространство города. Две таблички с названиями не существующих пока улиц имени Хаима Сутина и Шраги Царфина были торжественно подарены председателю Смиловичского исполкома Валентине Пивовар.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY