Людмила МИНКЕВИЧ,

Гуляя по выставке, открывшейся на днях в Национальном художественном музее к 130-летию известного архитектора, заслуженного деятеля БССР Иосифа Лангбарда, испытала чувство, будто прошлась по Минску. Дом правительства, Дом офицеров, Театр оперы и балета, Академия наук... Все эти проекты созданы Иосифом Григорьевичем, который родился в местечке Бельск Гродненской губернии. Теперь оно находится на территории Польши.

Иосиф Лангбард жил в Ленинграде и всегда бесконечно любил Беларусь. Интересно сравнить чертежи зданий, представленных на выставке, с их реальным воплощением, увидеть на фотографиях, в каких условиях работал архитектор. Но еще любопытнее познакомиться с неизвестным Лангбардом. Оказывается, архитектор не только проектировал, но еще и рисовал, писал и даже собственными руками делал детские книжки.

“Дритятя” и приз из Парижа
Оглядел всего себя
и заплакал Дритятя:
“Не привык я мылом
мыться,
Не привык я утром
бриться”.
Плачет, бедный,
в три ручья —
Замочил всего себя.

Книжку с этим и другими забавными стишками и рисунками Лангбард подарил своей племяннице по линии жены Светлане Соколовой. Своих детей у Иосифа Григорьевича и Ольги Гавриловны не было, поэтому всю свою любовь они отдавали этой своей маленькой родственнице. Сегодня Светлана Сергеевна и ее сын Костя — единственные продолжатели рода Лангбарда и хранители того небольшого наследия вещей и материалов, которые некогда принадлежали известному архитектору. Во многом именно благодаря Соколовым и удалось организовать выставку в Национальном художественном музее. Рисунки Лангбарда, подарки друзей, портреты жены, другие вещи они специально привезли из Санкт-Петербурга в Минск, чтобы показать, каким удивительным и разносторонним человеком был Иосиф Григорьевич.

— Знаете, в чем главная сила Лангбарда? — рассуждал на открытии выставки заслуженный архитектор Беларуси Леонид Левин. — Даже не в том, сколько он сделал и сколько оставил, а в его бесконечной человечности. Он был и архитектором, и художником, и философом, и писателем. Мы с ним не соприкасались, мы его не видели. Но он всегда рядом с нами. Мои учителя, которым довелось знать Лангбарда, много рассказывали о нем. И больше всего мне запомнился его ответ членам совета, которые рассматривали проект Дома правительства. “Что это вы, уважаемый Лангбард, делаете кресты на окнах?”, — спросили его. А кресты там действительно есть, присмотритесь хорошенько. “А вы что, черти, что крестов боитесь?”, — решительно ответил архитектор.

К слову, Дом правительства был первым реализованным проектом Иосифа Григорьевича в Беларуси. В конкурсе, объявленном в 1929 году на строительство главного административного здания страны, вместе с Лангбардом, художником из Ленинграда, участвовали такие выдающиеся архитекторы, как Лев Руднев, Игорь Фомин, Ной Троцкий и другие. К осуществлению был рекомендован именно проект Лангбарда. Строительство здания завершилось в 1934 году. Тогда же зодчему было присвоено звание заслуженного деятеля искусств и архитектуры БССР. В 1930-е годы Иосиф Лангбард создает такие значительные белорусские проекты, как Дом Красной Армии, Театр оперы и балета, главный корпус Академии наук в Минске, Дом Советов в Могилеве. Известно, что именно за архитектуру Беларуси Иосифу Григорьевичу в 1937 году на Всемирной выставке науки и архитектуры в Париже был присужден Гран-при.

Зодчий из ванной

Светлана Сергеевна рассказывает, что Иосифу Григорьевичу особенно нравилось работать в Беларуси, он любил ее и считал себя белорусом. А вот сама она попала в нашу страну впервые, когда привезла экспонаты.

— Меня поразил Минск, его чистота, свежесть, простор, — рассказывает племянница известного архитектора. — Приятно было пройтись у зданий, которые проектировал Иосиф Григорьевич, попасть в Театр оперы и балета. Побыли с сыном на представлении, а потом я осмотрела фойе. Такое пышное, театральное. В детстве из всех проектов Лангбарда я запомнила именно это фойе театра, которое он зарисовывал. Меня еще тогда поразил цвет — такой насыщенный темно-красный бархат. Он как раз сейчас в театре.

Светлана Сергеевна одна из немногих, кто помнит Иосифа Григорьевича живым. Когда немцы стали бомбить Петергоф, где жила ее семья, мама Светланы вместе с малышкой бежали в Ленинград. И первое время жили у Лангбардов. Мама работала, девочка ходила в детсад.

— В феврале 42-го года дядя с женой сильно заболели, — вспоминает Светлана Сергеевна. — Город был в блокаде. Это было страшное время. Холод, ни еды, ни воды, — рассказывает Светлана Сергеевна. — Знаю, Лангбардам приходилось какое-то время даже в ванной ютиться. Из-за обстрелов в квартире были разбиты все окна. В ванной стояла колонка, которая отапливалась книгами, вешалками — дров ведь тоже не было. Их спасло то, что преподавателей и студентов Академии художеств, где работал Лангбард, эвакуировали на Волгу, в Карабиху, бывшее имение Некрасова.

Там, под Ярославлем, художники и преподаватели выполняли заказы — писали картины, разрисовывали диванные подушки. Работали в основном за продукты. Жили в очень сложных условиях. Даже бумаги с карандашами для работы было не достать. Но старались не унывать, отмечали с друзьями все праздники и ждали победы.

Свету в эвакуацию не взяли — побоялись, что не выживет в дороге: много грузовиков с людьми ушло тогда под лед. Ключи от квартиры оставили маме Светланы, которая бережно сохранила все имущество хозяев до их возвращения.

Дядя Лана

— После войны Лангбарды жили в большой прекрасной 4-комнатной квартире, — вспоминает Соколова. — Помню шикарную кожаную мебель, большой чертежный стол, планшет... Я была счастлива, когда приезжала погостить к ним. Мы с мамой жили в коммунальной квартире. А там — такой простор.

Иосиф Григорьевич, которого Света ласково называла Ланой, ее очень любил. Всегда привозил из поездок книги и платья в подарок. Лангбард вообще был очень добрым и общительным человеком. Любил приглашать в гости друзей, среди которых было много известных художников и архитекторов, отмечать праздники, особенно именины своей жены Ольги. Она у него была большая любительница цветов. Так на одни из именин он подарил ей свою картину “Букет роз”. Иосиф Григорьевич любил ее баловать. Часто покупал цветы, заказывал ее портреты у известных художников — Александра Лактионова, Исаака Бродского. Эти картины можно увидеть на выставке.

— Последнее, что успел отпраздновать Лана, был Новый 1951 год, — вспоминает Светлана Сергеевна. — 3 января 51-го он умер. Ольге Гавриловне пришлось очень трудно после смерти мужа. Положение было тяжелое, приходилось продавать вещи. Вот почему из наследия дяди осталось не так много. Тетю “уплотнили”, оставили только одну комнату.

Ольга Гавриловна пережила мужа на 27 лет. Умерла от инсульта на руках у Светланы Сергеевны в своей квартире, как и хотела. Перед своей смертью вдова Лангбарда передала архив мужа — более 400 единиц — в Музей истории Ленинграда. Предлагала позаботиться о творческом наследии известного художника Союзу архитекторов БССР, но за бумагами так никто и не приехал. В 2007 году в Петропавловской крепости даже прошла выставка, посвященная архитектору. Но оказалось, что Лангбарда, который и жил, и работал в Петербурге, там практически не знают. Выставка не вызвала большого интереса.

— И мы решили привезти экспонаты в Минск, — объясняет внучатый племянник архитектора Константин Соколов. — Кое-что показывали четыре года назад в Исторической мастерской на Сухой. Нынешняя выставка первая столь масштабная. В экспозиции Лангбард предстает не просто как архитектор. Но как человек, который любил, шутил, удивлял...

{banner_819}{banner_825}
-20%
-52%
-75%
-27%
-21%
-10%
-50%
-30%
-20%