Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Кругозор


Алексей Вайткун,

Группа "Детидетей" была основана в 2006 году актерами Анной Хитрик (вокал, гармошка, бубен), Дмитрием Есеневичем (гитара) и Михаилом Зуем (гитара, вокал). Артисты выпустили три альбома. "Рух" – третий студийный альбом коллектива и первая работа на белорусском языке. Диск, который музыкальные эксперты недавно признали лучшим в истории группы, вышел в начале мая, а уже через месяц стало известно, что коллектив приостановил свою деятельность. На днях было объявлено, что в начале октября часть "Детидетей" во главе с Анной Хитрик представит свой новый проект S*unduk, а Есеневич и Зуй основали новую группу "Или-Или".



Продолжительное время солистка коллектива Аня Хитрик не давала никаких комментариев по поводу распада "Детидетей". Информация по этому поводу приходила весьма противоречивая, а журналисты в большинстве своих материалов высказывали лишь версии, которые, по утверждению Ани, не имели и не имеют ничего общего с реальностью.

Что же произошло внутри популярного и любимого многими белорусами музыкального коллектива, актриса Аня Хитрик рассказала в эксклюзивном интервью Алексею Вайткуну в рамках авторского проекта журналиста "Личное дело".

Внимание! У вас отключен JavaScript, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player. Загрузите последнюю версию флэш-проигрывателя.




Скачать видео

Аня, скажи, а актеры рано просыпаются?

Я не знаю, как все, но лично я – нет. Я поздно ложусь – могу и в три часа ночи сидеть и чем-нибудь заниматься или что-нибудь выдумывать. Но вот встать…

Сегодня я совершила очередной для себя подвиг – мало того, что рано встала, так я еще и голову помыла!

А утро, даже несмотря на то, что тяжело – может стать временем для творчества?

Я не знаю. Для меня очень сложно в это время заставить свой речевой аппарат что-то говорить и свой мозг что-то думать. Но, наверное, для многих это вполне и может быть. Я помню, когда начинались какие-то тренинги в девять утра – это было что-то… Особенно, когда мы ложились на пол и начинали упражнение типа: "Ми, мэ, ма". И ровно полкурса делали это самое "ми, мэ, ма", а вторая половина курса только и успевали, что сказать "ми…" и …все! (смеется) И я была в их числе!

Твое творческое время наступает когда?

Репетировать и петь я люблю днем, когда репетицию ставят на час, два или три дня. А можно и вечером. К тому времени и голос, и мозг просыпаются, и можешь уже что-то эдакое и предложить, а можешь и не предложить. В 11 часов у нас обычно начинается репетиция в театре. Но я что-то более-менее начинаю понимать к полудню. До этого я просто сижу и умно киваю.

Тебе не говорят "Хитрик, просыпаемся!"?

Говорят! И не одной мне говорят.

От каких факторов зависит твоя плодотворность?

Ой… я не знаю… Наверное, от всего-всего. Бывает, что прочитаешь где-нибудь что-нибудь о себе или о ком-то еще и, возможно, какая-то дурь, какая-то одна фраза, которая никого бы не зацепила, а вот тебя почему-то так вдруг взволнует, что ты сразу начинаешь что-то писать или думать о какой-то теме, которая для тебя становится глобальной.

Либо сегодня утром, когда я уже проснулась, но не совсем, - будильник выключила на ощупь и думаю: "Хитрик, ты молодец! У тебя все получится, потому что ты рано просыпаешься!" Я открыла один глаз, а солнце в него своим огромным лучом – бах! Прямо, как в американских фильмах. Я сразу поняла, что это какой-то знак и когда меня везли сюда в машине, то я начала уже там что-то себе придумывать, сочинять, что это своего рода толчок к творчеству.

Ты актриса многогранная – театр, кино, реклама, музыка. Не устаешь?

Меня истощает не столько работа, сколько восприятие каких-то мнений и взглядов. Я человек со своим мнением и я сам себе судья – самый большой, потому что можно себя обманывать и слушать сколько угодно хороших или плохих о себе отзывов, но все равно сам себе ты скажешь – прав ты или нет. И вот это почему-то постоянно меня выводит, меня "худеет", почему то всегда нервирует. Уже 30 лет – а я никак не могу научиться не обращать на это внимания. Мне часто говорят: "Хитрик, не обращай внимание на это или на то, на се…." А потом я прихожу к такому мнению, что если я перестану, научусь, то тогда все – меня, как Хитрик, потеряют. Я буду уже такой рассудительной Хитрик, которая будет говорить: "Ну и плевать! Пожалуйста, принесите жалобную книгу!"

Я переживаю из-за всего. Не так давно мне так захотелось салата. И когда мы с друзьями пришли в кафе, я сказала: "Мне, пожалуйста, салат "по-гречески"!" И мне приносят салат – пересоленный настолько, что даже я, любитель соленого, не смогла его есть. В итоге я его ковыряла, ковыряла, а потом поняла, что ну, не могу, и почему-то я начала извиняться перед официантками – "…Потому что я вправду не могу это съесть. Но вы попробуйте – он очень пересолен". А другая бы на моем месте просто сказала бы: "Девушка, я это есть не буду!" И все! Она бы и себе нервы не портила, и официантка бы не так переживала.

А ты не расстраиваешься из-за того, что была настроена на одни эмоции, но из-за какой-то детали все получается иначе, и ты-то тут абсолютно не причем?

Да, расстраиваюсь ужасно.

И что делать?

Расстраиваться. (смеется) Но мне все также быстро настроение и поднимает. Для кого-то, возможно, это сложный процесс, а для меня – нет. Вполне достаточно того, чтобы кто-то сказал: "О, Хитрик, привет! Ты хорошая!"

В твоем списке – кино, реклама, музыка, театр, - музыка занимает какое-то особое место?

Да. Что касается рекламы, то я уже не помню, когда в последний раз в ней снималась. Поэтому это уже стало своего рода мифом.

Меня еще можно назвать этаким автором сказок, которые я только один раз написала и никогда их больше писать не буду.

Но есть же театр в конце концов?

Театр есть и он также занимает у меня особое место. Театр – это любимая работа, к которой я шла, о которой мечтала и которую до сих пор люблю. Недавно со своим барабанщиком мы обсуждали такую штуку, когда все говорят, и я – в том числе: "Да, театр – это прекрасно. Но я бы не пожелала такого своему ребенку – это так ужасно, так сложно…" Так уходи! Или ведущий может сказать: "Да, я очень люблю свою работу, но ко мне приходят эти капризные звезды, мне надо вставать в девять утра, а еще и слушать критику про себя…" Иди в другую профессию!
Вся фишка заключается в том, что я не могу этого не делать! Я не могу не играть в театре. Я могу сидеть и капризничать: "как мне плохо, как у меня все болит…" Но я люблю эту работу, люблю ее такой, какая она есть. Я уже девять лет работаю в театре плюс четыре года Академии. Получается – большая часть моей жизни.

А петь-то почему начала?

Петь я начала, не претендуя на то, что у нас будет зритель. Когда мы с ребятами собрались, то нам просто хотелось собраться и сделать это для своих. Сначала просто хотелось, а потом, когда набралось 14 песен, мы сказали – "давайте споем это для своих?" Для своих не получилось – пришлось и для своих, и для чужих, и "дяденька, купи билетик!", и "Пожалуйста, придите!".

Но я думала, что на этом, возможно, все и закончится. Потому что я оптимист, но… и пессимист – все время думаю, что "все, конечно, будет хорошо, но на меня сегодня никто не придет!"

А потом появилась отдача и я продолжила. Но у меня нет каких-то мыслей из серии "Я так пою, прямо – соловей!" Когда я пою на репетиции, то мне кажется, что вроде как и не плохо. А потом запись услышу и все… "Ой, детка…"

Но ты же видишь, что люди, реагируют – поклонников прибавляется, и множество групп в интернете…

Это все друзья… Это все соседи и родственники… (смеется)

Не выдумывай!

Я не знаю, почему. Я же не знаю, что они меня любят… И слава Богу, потому что если бы знала, то, возможно, пользовалась бы.

Сайт experty.by буквально на днях обнародовал список лучших белорусских дисков за первое полугодие 2010 года. Первое место в рейтинге заняла группа "Дети детей" с альбомом "Рух". Новость приятная?

Я не скажу, что она неприятная. Я, возможно, ставлю крест на своей карьере, но она не есть для меня самая главная новость.

Например, есть Земфира. Вчера я и моя подруга Юля, виолончелистка, ходили на ее концерт. Юля, вообще, фанатка Земфиры, а я нет. У меня нет такого, и я иногда переживаю – почему у меня нет любимого артиста или актрисы, на которых я бы хотела походить. Единственное, что я заметила, что на Земфиру я была согласна отдать столько денег за билет, потому что до этого все мое жидовство во мне так и кричало: "Нет, Хитрик!".

Я знаю одно – если бы к Юле подошла Земфира и сказала "Глушицкая, какая ты гениальная виолончелистка…" То, скорее всего, Юля уже была бы на каком-то там облаке и для нее это была бы сверхпохвала. И не потому, что Земфира сверхмузыкант и лучше не бывает, а потому что для Юли она – авторитет и кумир! А также и человек для подражания.

Для меня ее мнение также было очень важным. Но я знаю, что Земфире не понравится ни моя музыка, ни мой голос и вообще ничего. И она не стала бы слушать ни "Рух", ни что-то еще.

А мнение экспертов, без сомнения, конечно же, льстит. Но не более того. Не знаю, почему, но это так.

Поскольку ты у нас сегодня в гостях, то у меня есть возможность узнать все из первых уст. Скажи, группа "Детидетей"… есть или ее больше нет?

Я бы сказала, что ее нет. Есть песни и диски группы "Дети детей", и люди, слава богу, все живы-здоровы, но так, чтобы мы существовали, работали вместе и продолжали строить планы – этого нет.

То есть творческий проект "Детидетей" закрыт?

Не знаю, возможно, Сеня и Миша или кто-нибудь захочет назвать группу "Дети детей", но творческий проект "Детидетей" как совместный проект всех нас шестерых, закрыт.

Что произошло?

Что произошло – говорить не буду и объясню, почему. Как-то я смотрела какую-то передачу – такие сегодня стали модными по всем каналам, - когда звездные российские пары, которые прожили в браке по 5-10 лет и у них есть совместные дети, разводятся и начинают с какой-то жадностью, кто кого быстрей, поливать друг друга грязью. И когда я все это вижу и слышу, то мне становится так гадко. И мне этого человека совсем не жалко, даже если это женщина, которая кричит, что ее бил муж. Это неприятно и гадко.

Почему это происходит? Это все прекрасно понимают – и журналисты, и та же самая звезда, которая строит из себя жертву на данный момент, и понимает что она будет жертвой и ей требуется жалость. А журналист понимает, что это будет как раз тот самый желтый материальчик, который "съестся" и который будет хорошо просмотрен и прочитан. Я же спрашиваю сейчас, скорее, не ради пиара, а скорее, как поклонник и мне важны не столько подробности – кто там гад, а кто не гад – это ваше личное дело. Я хочу понять, какие процессы произошли. Ты можешь ответить абстрактно. Но я хочу понять, в какой момент сотворчество перестало быть оным и дорожки разошлись…

Какие-то проблемы уже начались еще до трехлетия. А этим летом нам было бы уже четыре года. Что-то мы пытались делать. И ругались, и делали вид, что ничего не происходит.

Вообще, все это начиналось как проект трех человек, которые очень сильно и плотно сдружились между собой. Для меня отношения людей всегда находились выше творчества. Наверное, это нехорошо, но это так. И музыка группы "Дети детей" - это не работа, в отличие от театра, где я могу выйти с лицом, как будто мне все нравится, с человеком, который мне вовсе и не друг, или который обидел меня пять минут назад. А "Дети детей" была искренней и чистой группой. Мне не нужно было ничего из себя жать, мне не нужно никого из себя изображать, я могла быть и грустной, и веселой – сама собой. Я знала, что вот – стоят мои друзья, и друзья знали, что перед ними стоит их друг. Просто сейчас мы не друзья, но мы и не враги.

Получается, что песня – это твоя история, у тебя что-то случилось и ты ее написал. И ты – либо хочешь поделиться со своими друзьями, либо не хочешь. Но ты можешь сказать: "Ребята, я придумала новую песню, давайте я ее вам спою".

Это очень болючий процесс, когда ты приходишь к друзьям и говоришь: "Сейчас я спою вам свою песню…" Закрываешь глаза, сжимаешь кулаки, то же самое делают и они. И боясь, что они скажут что-то вроде "Нууу, эта песня что-нибудь…" А для тебя это - кусок жизни. И начинаешь петь, понимая, что тебя слушают друзья, которые могут сказать: "Аня! Не волнуйся! Хорошо, давай делать так, как ты хочешь. Что ты видишь? Какие картинки? Как ты мыслишь?"

Точно так же все мы относились к песням Сени и Миши, точно так же волновались и они. Потом этот процесс не волнения, а желания друг другу что-то открыть – для меня закрылся. С ребятами об этом мы очень много разговаривали – почему и как это произошло. И как ты можешь сидеть с человеком, с которым ты не близок, и говорить: "Как же вернуть все и сделать так, чтобы мы были близки?" И ты можешь придумать, но ничего не получится.

Аня, я не спрашиваю о ребятах и мы не можем говорить за них, у них есть, безусловно, свое мнение и свое объяснение происходящему. Мне интересно, что и когда закрылось у тебя?

Я считала, что проблема у меня в голове и только у меня одной из шести человек. Я понимала, что что-то происходит на репетициях, а точнее – их не было вообще. Не было репетиций для меня, настоящих репетиций.

А что значит – настоящая репетиция?

Никто из нас не приносил на репетиции по партии и мы ничего не прописывали. Музыка из альбома "Рух" заняла первое место не потому, что ее придумали Аня, Миша или Сеня, а потому что изначально это была наша идея, но ребята сделали эту музыку вместе с нами. И мое мнение – в последнее время перед распадом у нас не было взаимопонимания, мы просто лабали. А для меня лабать – очень не интересное занятие. Мало того, - для меня это губительное занятие, потому что мне кажется, что я остановилась и никак не могу прорваться.

Также я осознаю, что у меня есть наброски каких-то песен, но я не хочу их показывать ребятам. И не потому, что я жадная. А с другой стороны, когда меня спрашивали: "Хитрик, ты хочешь, чтобы твои песни звучали?", я отвечала: "Конечно, хочу". "А почему же тогда ты не можешь показать?" В какой-то момент мы перестали собираться втроем и стали собираться только на репетициях, вшестером. Хотя раньше перед репетициями вшестером, мы всегда собирались нашим трио.

Когда мне звонят журналисты и интересуются, то я отказываюсь комментировать, потому что понимаю, что если люди захотят за что-то зацепиться, то они возьмут любую твою фразу, немножечко ее вывернут и это будет то, что ты сказал, но совершенно с другим смыслом. Именно поэтому я и решила прийти к вам, потому что это уже все видят, слышат и читают. И никто ничего уже не может переврать – из песни слов не выкинешь.

Когда я сюда шла, то всю дорогу говорила себе: "Хитрик, только не эмоции, только не эмоции!". Получается или нет, но, по крайней мере, я скажу то, что я хочу сказать. Я очень хорошо отношусь к Сеньке, ко всей его семье. Также хорошо я отношусь и к Мишиной семье, к его маме. Хорошо отношусь к Даше, жене Сени. Я… я просто очень хочу, чтобы люди, с которыми мы были близки три года, при желании могли сказать друг другу и обидные, и не обидные слова, чтобы мы могли встретиться и сказать друг другу эти слова, накричать или попросить прощения. А не заниматься вот этим пинг-понгом и просто говорить по фразочке друг на друга из серии "Обидели", "Унизили" или еще что-то. У меня есть жизнь и я хочу жить, хочу дышать. Я не хочу брать телефон и говорить: "Не комментирую!" Я не хочу играть в какую-то открытую или закрытую звезду. Я вообще не хочу играть в звезду. Я создала новую группу, у меня сейчас дико тяжелый момент. И мне очень обидно, что люди (ни в коем случае это не касается ни Сени, ни Миши!) не звонят и не говорят – "Хитрик! У тебя новый проект? Удачи тебе! Может быть, потом мы тебя разгромим, но сначала мы посмотрим, что ты сделала", а делают это заранее – "Ну, давай! Все равно у тебя ничего не получится!". Большинству интересна грязь…

Кстати, TUT.BY позвонил тебе и первым был вопрос по поводу нового проекта и приглашения на онлайн-концерт, а не просьба прокомментировать распад…

Да, я поэтому и пришла. Мне звонил человек с одной радиостанции, а я стояла с трубкой в руке и у меня было очень плохое настроение, именно потому, что я услышала: "Радио такое-то. Готовы говорить?" Отвечаю: "Готова", а сама думаю: "Ну сейчас и скажу – без комментариев". И слышу в трубке: "Мы не будем вас спрашивать, что произошло. Мы просто пожелаем вам удачи!" В ответ я просто заорала, как идиотка: "Спасибо!" Потому что я также желаю ребятам удачи. У них сейчас также сольный концерт, не знаю, правда – после нас или перед нами. И это будет уже не первый сольный концерт со своей группой. Их никто не бросил, никто не обидел. Это все такая глупость! Я – взрослая тетенька, а они – взрослые дяденьки, у нас у всех есть мозги и есть либо желание, либо нежелание общаться.

Но у вас желание с ребятами общаться есть?

Мы не виделись с мая. Увиделись на общем сборе в театре, сказали друг другу "Здравствуй!" и, собственно, на этом и разошлись со словами "Увидимся завтра в Бресте, на гастролях!"

И именно поэтому для меня очень важно, чтобы мы могли все-таки друг другу что-то еще сказать, кроме "Привет!", а потом по телефону кому-то что-то рассказывать…

Думаю, что у каждого была такая ситуация, поскольку у каждого, дай бог, была первая любовь, с которой он по жизни и прошел. Например, среди моих знакомых, пока таких "сценариев" нет. И все люди ошибаются, и делают вторую, третью попытку личной жизни, очередную попытку личной жизни. Очень обидно, когда ты с человеком прожил рука об руку несколько лет, а потом в какой-то момент понимаешь – а общего-то больше и нет ничего. Что у тебя внутри происходит в такие моменты?

Я вообще плакса-вакса. И я такая рева. Когда начались проблемы, то я их ощущала и, возможно, не могла сказать, в чем эти проблемы. Ведь когда ты не понимаешь, в чем проблемы, то ты говоришь просто "Есть проблемы!"

Или еще так говорят: "Я не могу объяснить, что, но что-то не то"…

А мне говорят: "А ты скажи, что!" Я отвечаю: "Это же неважно! Главное – есть проблема, давай, пока не поздно, будем ее решать".

И такие разговоры у нас были неоднократно. И я плакала. Кто не мог выдержать, тот говорил: "Аня, ну… Я не знаю, что тебе сказать…", а кто не мог выдержать, то говорил: "Хватит! Что ты тут все плачешь? Что-то там себе придумала…" и так далее.

А потом вдруг в отношениях с людьми ты как будто просыпаешься - спокойная, неистеричная - и понимаешь, что – все, совсем ничего. И абсолютно честно себе об этом говоришь. Неужели люди думают, что мне так приятно сидеть и оставаться совершенно без всего? Неужели люди думают, что мне наплевать на Юлю, на Сапона, на Пашу, которые три года работали с нами, которые уже взрослые люди, у которых уже есть дети и которые очень многое побросали и пожертвовали ради группы "Детидетей". Им тоже очень плохо. Им тоже очень грустно. И когда отношения заканчиваются, то грустно всем. Не то, что я проснулась счастливая и сказала: "Все! Я придумала новый проект, давайте сегодня на репетицию…" Я тоже повыла нормально месяцок-другой.

Но ты также чего-то ждала? Этот месяц?

Я ждала. И у нас были попытки с ребятами…

Чего ты ждала?

Я все ждала, что что-то произойдет. Когда мы собирались с ребятами в пятый, седьмой, девятый раз в попытке что-то сделать с этим, то в итоге никто не знал, что сделать. А Сережа, теперь уже мой муж, говорил: "А чего ты ждешь? Ты едешь. Опять ночь не спала. Ты же никакущая! Чего ты туда прешься? Их двое, а ты одна. Чего ты туда идешь?" На что я ответила: "А вдруг там что-то незначительно будет сказано или как-то посмотрено… Или подарят мне ветку сирени (она тогда как раз цвела) и скажут – Хитрик, какая же ты дура! И мне этого будет достаточно, чтобы понять, что это так".

Передо мной никто не виноват…

А ты?

Я думаю, что странно повели себя в этой истории мы все, абсолютно в равной степени. Кто-то обидел меня чем-то, кого-то обидела чем-то я. Мы же еще, оказывается, девочки-мальчики! Были моменты, когда доходило до смешного – "А ты на меня не так посмотрела!" или "Ты так посмотрела, что так смотреть нельзя!", "А ты мне такое сказал!", "А когда я тебе такое сказал?"
Когда все это разбирается у людей на ранней степени каких-то обид, то это спасает. Вообще я – человек, который любит разговоры. Я не буду в себе все носить, носить, носить и ничего не говорить. Я дойду до того, что я буду кричать, топать ногами, говорить "Неправда все это! Неправда!" И либо помирюсь, либо рассорюсь дальше.

Мне никогда не сложно попросить прощения. И не потому, что мне наплевать на это слово, оно для меня очень важно. Но если я понимаю, что я виновата, или даже если я не виновата, - мне проще попросить прощения. У меня такие отношения с сестрой сложились. И Юля у меня такая же, даже круче, чем я.

Просто все так зашло и так дошло – не виноваты пацаны.

Бывает так - люди расстались, а спустя две недели он узнает, что она уже замуж выходит. А она выходит замуж, потому что решила показать ему, какой он мерзавец, мол "Вот, видишь? А я уже замуж выхожу! А ты меня недооценил, так жалей теперь и кусай локти всю жизнь!" Твой новый проект – "Сундук"… Это не тот вариант?

Нет. Когда мы поговорили, все забыли и перестали видеться, то где-то в июне у меня был такой позыв. Прошло три дня, я сдулась и собралась в отпуск. Меня спасло то, что у меня была свадьба, были какие-то приготовления. Потом мы съездили в отпуск. Начали репетировать только с июля.

Ты прекрасно понимала, что новый проект – это все, точка. Окончательно и бесповоротно относительно "Дети детей"? Ты себе уже дала в этом отчет? Что для тебя начинается новый период. В момент подвешенного состояния ты еще понимаешь, и думаешь – а вдруг? А как? А что? Но когда уже объявляешь о новом проекте, объявляешь о том, что уже 2 октября во Дворце культуры ветеранов состоится презентация, то ты понимаешь, что все – страницу перевернула и книгу закрыла...

Я понимаю. Кроме того, что я понимаю, это должны были понимать и ребята. И мы – Юля, Паша, Сапун, с ними много говорили. Они оказались между двух огней. Я бы не сделала этот проект, если бы я вообще не почувствовала какую-то поддержку.

Для меня были важны первая пара репетиций. Они были дико нервными, потому что было сложно. Те же музыканты… "Дети детей" уже дошли до определенного чего-то, а здесь – все с нуля, какие-то новые песни. А как их делать? Обычно мы приходили втроем и приносили что-то, а тут я прихожу с клавишами и что-то там двумя пальцами тыркаю… Я просто боялась, что ребята не поймут моих картинок и моих трех нот. Но, судя по тому, как пошла работа, судя по их интересу, я поняла, что все нормально. Теперь боимся интереса зала. А для ребят… Думаю им уже не так страшно.

Расскажи о своем новом проекте… Чем он будет отличаться от "Дети детей"? И вообще – стоит ли их сравнивать? Расскажи, в чем нова будешь ты, кроме того, что это будет новый проект?

Ни в чем. Я считаю, что если я буду новой, то это будет неправильным. Это как раз будет тем самым "Я всем докажу! Я выйду совершенно другая! Буду петь совершенно другие песни!" Да, мы решили, что честнее будет, раз уж мы начинаем новый проект, начать его с новых песен полностью. Это будут только новые песни. Отличие от "Детидетей" в том, что там не будет Миши с Сеней. И соответственно, не будет каких-то их песен и придумок. В "Детидетей" весь состав, оставшийся с "Детидетей", и плюс один гитарист, которого никто из зрителей пока не знает.

А по творчеству?

Мне очень тяжело судить. Я знаю, что будут писать приблизительно. Я знаю, что я все равно не обойдусь без каких-то подарочков, которые я люблю. Я люблю, чтобы зрителю было интересно смотреть. Я люблю, чтобы они, как дети, приходили и что-то получали, ходили и рассматривали это. Я любила это всегда. Если бы меня в театре попросили скреативить что-нибудь, то я бы сделала абсолютно то же самое. Не потому, что это штамп, а потому что это доставляет мне большую радость. Я обязательно придумаю какой-нибудь розыгрыш или сюрприз, без этого я никак.

А песни… Грузники. Все как всегда – из 17 песен только 5 веселых.

Объяви нам еще раз дату презентации.

2 октября во Дворце культуры ветеранов, в 19.00, состоится презентация проекта Анны Хитрик "Сундук".

Чему тебя научила работа в коллективе группы "Детидетей"? Какие сделала выводы? Ведь наверняка же ты анализировала весь период сотворчества? Какие выводы сделала и несешь в голове, вступая в новый коллектив и новый проект?

Нужно быть осторожнее во взглядах, словах, поступках. Актеры – эмоциональные люди. Все эмоциональные, но мы немного "хворенькие" и мы, наверное, обижаем друг друга, специально или не специально, но намного больше. Точнее – обижаемся друг на друга.

Научила меня, как и в театре, и даже больше – партнерской работе, потому что песни нужно не просто сделать, а нужно услышать, понять, прожить... Допустим, Миша приносит текст, что-то поет – я не понимаю, что он поет, но текст понимаю. И ты начинаешь очень бережно с этим текстом придумывать какую-то мелодию – совсем другую, свою, но пытаясь понять, о чем же пел Миша и пытаясь одеть на себя эту историю. Не для того, чтобы зритель не заметил, кто это написал, а просто для того, чтобы получилась песня, такая, чтобы ты мог ее от себя петь. Это очень сложный и интересный процесс.

Я поняла, что все это чушь – что есть три актера в коллективе и они берут на себя внимание, а музыканты – это просто музыканты. Я прекрасно помню, с каким удовольствием и Сапон бегал с микрофоном и пел песни, а я сидела за установкой. Я прекрасно понимаю, что при желании все люди могут подурачиться, подыграть. Та же Юля… Почему я ее собакой называю? Потому что это такой партнер по глазам. В любой момент – сфальшивлю ли я или, наоборот, красиво и правильно возьму ноту, достаточно этого взгляда, чтобы понять, что мы счастливы, или нет.

Работа в "Детидетей" научила многому, в том числе привела к сегодняшнему разговору, и я очень рада, что я могу сказать – я не обижена, следовательно, меня прощать не за что.

Я могу сказать самой себе: "Хитрик, все закончилось. Найди в себе силы поставить точку".
И сильнее я стала. Может быть, грубее чуть-чуть, но сильнее.

Сегодня я закончила свой рассказ про "Детидетей". Наверное, это будет как реклама TUT.BY, но каждый раз люди, когда вы меня будете спрашивать, то я буду говорить: "Почитайте мое интервью на TUT.BY. Я рассказала обо всем…"

Хватит! Забудем и начнем все сначала!

P.S. TUT.BY желает Ане удачи и приглашает ее представить коллектив S*unduk на онлайн-концерте, который еженедельно проводится на нашем портале.

TUT.BY – нам доверяют личное…