Людмила РУБЛЕВСКАЯ, / Людмила РУБЛЕВСКАЯ

Мне было 19 лет, и я была одержима поэзией.

В редакцию журнала "Неман" пришла почти случайно, заранее готовясь схватить свои поэтические практикования и убежать… Ведь это — первое, написанное столь хрупко, столь сокровенно… Однако заведующий отделом поэзии, немолодой черноволосый мужчина с вышитым галстуком, оказался необычно доброжелателен. Меня удивило, сколько времени он мне уделил… Потом я узнаю, что интеллигентность и уважение к чужому таланту были в этом человеке естественны. Нет, далеко не со всеми замечаниями редактора я согласилась: где вы видели покорно принимающего правки молодого поэта? Да и видеться в редакторском кабинете как-то больше не пришлось. Я уехала учиться в Литературный институт имени Максима Горького… И спустя годы Бронислав Петрович Спрынчан перевел мои стихотворения на русский язык… Скольким белорусским поэтам он помог зазвучать на русском языке! А ведь в литературе, которая не терпит уравниловки, где творческая ревность иногда отравляет саму жизнь, трудно сохранить человеческую порядочность и готовность поддержать другого. В случае с Брониславом Спрынчаном получилось иначе: многие белорусские литераторы могут вспомнить его благодарным словом.
 
Бронислав Спрынчан родился в деревне Каниж Новомиргородского района Кировоградской области в Украине, окончил Кировоградский машиностроительный техникум, заочно — Литературный институт в Москве. В Белоруссию он попал в 1949 году мастером кузнечного цеха завода "Гомсельмаш". И всей душой полюбил нашу землю, освоил ее язык, ей, белорусской земле, и ее героям посвящая свои стихотворения. В белорусской литературной тусовке его так и звали "поэт-кузнец", иногда вкладывая в эти слова некий снисходительный оттенок. А у него был лирический дар, и даже по тому, как он отбирал стихи для перевода, виден поэтический вкус. "Поэт никогда не отличался конъюнктурным подходом в отображении действительности. У него всегда была определенно ясная гражданская позиция. Поэтому все его книги — поэтически-эмоциональная исповедь, пронизанная последовательностью и неподкупностью человека, для которого судьба его земли, его Державы всегда были и есть смыслом жизни", — отозвался об одном из сборников Бронислава Спрынчана поэт Геннадий Пашков.

В свою последнюю книгу — "Осенний вереск" — Бронислав Спрынчан включил только один раздел своих стихотворений, остальное — переводы. Максим Богданович, Павлюк Трус, Петрусь Бровка, Алексей Пысин, Петрусь Макаль, Василь Годулько, Владимир Марук, Микола Метлицкий, Алесь Письменков, Виктор Шнип, Валерия Кустова и другие — от классиков до сегодняшних молодых. Кроме десятков сборников своих стихов — "Над кручами Сожа", "В центральном пролете", "Ветер на откосах" и др., он стал переводчиком сборников произведений Петруся Макаля "Прикосновение к земле", Максима Богдановича "Венок", белорусских поэтов "Стожары". В отделе поэзии "Немана" он работал с 1966 года, практически четверть века. Можно только представить, сколько рукописей прошло через его руки! В 1962 — 1964 годах Бронислав Спрынчан работал литсотрудником и в газете "Советская Белоруссия". Он, кстати, всегда следил за литературным процессом, в отличие от многих пишущих, внимательно читал других, не скупился на добрые слова поддержки… Не зря стали поэтами его сын, Вадим Спрынчан, и внучка, Оксана Спрынчан. На обложку книги "Осенний вереск" вынесено стихотворение поэта:

Не каждый в чудо верит,

Но чудо — рядом — вот.

Стою, смотрю на вереск, —

Как ярко он цветет!

Цветет и будит мысли,

Цветет — горит в огне,

И эта жажда жизни

Передается мне.

16 августа Брониславу Петровичу исполнилось бы 80 лет. Зная его скромный нрав, можно предсказать, что вряд ли он добивался бы в честь юбилея каких-то наград и шумного признания… Но, конечно, отметили бы его юбилей многие. Однако случилось иначе. Почти в этот же день отмечаются сороковины со дня его трагической смерти. Гибель поэта под колесами пьяного водителя всколыхнула людей… На многих сайтах появилась скорбная новость, как-то сразу стало понятно, какого доброго и талантливого человека потеряла Беларусь… Так уж ведется: средства массовой информации охотнее тиражируют шокирующие, трагические известия, чем благополучные.

Поэта похоронили на Северном кладбище. Его книги остались. Еще одно стихотворение, вынесенное на обложку последнего сборника:

Вижу — урожай мой небогат:

Недород на нивах прошлых лет.

Повернуло солнце на закат,

И струится предосенний свет.

Стихли грозы. Ясен небосклон.

И земля еще не холодна.

В самый раз перепахать загон,

Отобрать для сева семена.

Важно, — путь пройдя свой

"от" и "до",

Видя: иссякает дней запас, —

До конца надеяться на то,

Что еще наступит звездный час.

Свет надежды… Может быть, и я,

Все изведав на своем веку,

Если повезет, — одну строку

Напишу для книги бытия.
 
0063385