Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Авто


Андрей Коровайко,

Автомобильный журналист Татьяна Цырфа заявляет, что писала для всех автомобильных изданий, которые есть у нас в стране. Исключение до сих пор составлял только ET CETERA.Авто. Мы обещаем нашим подписчикам, что исправим положение вещей, и где-нибудь через месяц у нас появится новая авторская рубрика, которую будет вести Татьяна Цырфа. А сегодня мы решили познакомить вас с нашим новым автором.

– Как такое случилось, что ты не только сама ездишь за рулем, но и пишешь об этом в разных изданиях, рассказываешь по телевизору?

– Все началось с того, что однажды меня мама чуть не родила в машине. Была зима, папа на военном УАЗике вез маму в роддом и все уговаривал, чтобы она не родила. К счастью, этого не произошло, но "автомобильные гены" у меня с тех пор появились.

– Расскажи, в каких изданиях ты работала и чем там занималась?

– Первой для меня была газета "Автодайджест". Там я работала корреспондентом и освещала все, что только можно. Потом была "Автогазета". На самом деле, я прошлась по всем автомобильным изданиям нашей страны. Был еще такой журнальчик "Автомир", но у них что-то не заладилось. Потом Дмитрий Новицкий пригласил меня в "Автобизнес-Weekly", где я работала очень долго и продуктивно. Параллельно работала на СТВ в программе "Автопанорама", а теперь тружусь в журнале "Автосалон" и веду свою рубрику "Тест на шпильках". Я тестирую автомобили с позиции женщин, потому что у нас взгляды на машины существенно отличаются от мужских.

– И какой же он – женский взгляд на автомобили?

– Самый главный стереотип – это то, что девушка выбирает машину под цвет своих туфелек. Я не знаю ни одну девушку, которая купила бы машину, выбрав ее по этому признаку. Нам гораздо важнее эстетическое восприятие, чтобы машина была красивая снаружи и внутри. Женщины намного тоньше воспринимают окружающую действительность.

– Ты же любишь полноприводные здоровенные машины. Что в них красивого?

– Они очень красиво проезжают там, где не может проехать никто!

– Но ты скорее исключение. А какие машины в основном выбирают девушки?

– Если у девушек не очень большой стаж вождения, то они предпочитают машины поменьше, потому что не уверены, что справятся с габаритами, боятся кого-нибудь зацепить на дороге, им сложно парковаться. Они стараются выбрать машину с маленьким двигателем, потому что боятся скорости, неадекватных маневров. Я начинаю замечать, что чем дольше девушка ездит на автомобиле, тем больше она начинает хотеть машину с большим объемом двигателя, больше лошадиных сил под капотом.

– Очень смешно смотрятся маленькие девушки за рулем огромной машины. Становится как-то страшно, когда видишь такую картину.

– Маленькие девушки часто компенсируют свой маленький рост величиной автомобиля. Вот она маленькая, а машина у нее такая большая! Возможно, мы тоже так самоутверждаемся. Почему девушку за рулем часто боятся? Если она хорошо водит и может управлять таким огромным монстром, зачем ее бояться?

– Откуда такой спрос у редакторов всех этих автомобильных изданий на твое журналистское творчество?

– Это скорее вопрос к редакторам. Думаю, здесь дело в эксклюзивности, потому что в стране фактически только три девушки пишут на автомобильную тематику в подобных изданиях. Марина Ажгирей, которая работает в "Автобизнесе", – но, к сожалению, у нее нет прав на вождение. Она у нас самый главный автомобильный новостник, однако она не пишет тест-драйвы. Зато их пишет прекрасная барышня Анна Трубачева, которая водит замечательный автомобиль Mercedes 123 "лохматого" года выпуска.

– Может быть, дело не в редакторах? Может, это у тебя есть желание донести всеми средствами массовой информации свои знания, опыт и отношение к автомобилям? О чем ты вообще любишь писать?

– На самом деле, я просто люблю писать. Я очень люблю машины и так же сильно люблю о них писать. И да, есть у меня такая черта: я считаю, что если я не объясню, то, наверное, никто не объяснит. Когда я работала в "Автобизнесе", мне очень нравился проект, который мы придумали с Димой Гладким, моя авторская рубрика "Проверочка". Мы очень любили там провоцировать всех, кого можно.

– Я помню материал, в котором ты рассказывала, как вы проводили алкотест. Скажи честно, сильно тогда напились?

– Да, было дело. В автопарк, где мы проходили этот электронный алкотест, потом пришел их главный механик, и мы с ним пели под гармошку.

– Какой у тебя водительский стаж, насколько можно доверять твоему мнению?

– Уже скоро будет семь лет, а доверять или не доверять – дело каждого.

– Какие машины были лично у тебя?

– Ой, я уже и не вспомню! Самой первой, на которой я проехала свои первые сто метров, был Opel Record, а потом была "шестерка", на которой я училась водить. Дальше Rover 214 зеленого цвета, без обогрева. На нем я честно отъездила свой первый год. Потом их было столько, что я их всех и не вспомню.

– Давай тогда попробуем посчитать машины в обратном порядке. Какая у тебя сейчас машина?

– Сбылась мечта долгих лет: я себе наконец-то купила Toyota Land Cruiser, семидесятую модель. Очень хорошая модель: это такой огромный танк, старенький, квадратненький, 1985 года выпуска. О нем я мечтала очень-очень давно! Даст Бог, буду на нем принимать участие в соревнованиях.

– Давай вот на этом месте поподробнее. Что значит "даст Бог"?

– Буду принимать участие в соревнованиях, если вовремя успеют приехать все мои запчасти и машину к этому мероприятию подготовят. Бездорожье будет очень серьезное, и без специальной подготовки машине придется очень тяжело, как и мне.

– Что это будут за соревнования?

– Это будут трофи-рейды. Поедем по белорусской грязи и болотам.

– Собираешься участвовать в соревнованиях наравне с мужиками?

– Да, конечно! Я участвовала в триале и могу вам сказать, что там был целый экипаж девушек. Пока еще не побеждала, но собираюсь!

– Вернемся к твоим машинам. Что было до этой "Тойоты"?

– До "Тойоты" была волшебная и замечательная машина, которая подарила мне полгода счастья, – заднеприводный родстер Mazda MХ-5 ярко красного цвета. Очень мощная и красивая машинка. У нас с ней было все хорошо. Сейчас она вернулась в Москву, и я очень по ней скучаю. Еще у меня был Civic, на который я планирую скоро снова пересесть. Люблю я японцев!

– Какую коробку передач предпочитаешь: "автомат" или ручную?

– На самом деле, я в неделю меняю по несколько автомобилей в силу специфики работы – поэтому мне абсолютно все равно, на чем ездить. Сама для себя я больше люблю "механику", потому что это дает иллюзию, что ты сама управляешь автомобилем, а не он тобой.

– Какую машину ты бы хотела иметь, но пока что не можешь себе позволить?

– Ой, их так много! Хотела бы иметь целый парк. В первую очередь, Porsche 911 Carrera 4S Targa. Я просто на ней недавно покаталась, и у меня осталась бездна впечатлений! Очень сильно хотела бы иметь в гараже BMW-"тройку" в сорок шестом кузове в купе и желательно темно-зеленого цвета. "Тойоту" я себе уже купила, так что мечты начинают сбываться.

– Как ты выбираешь машину: тоже по внешнему виду, как и любая девушка?

– Для меня это немаловажный фактор, но прежде всего выбираю ее по ходовым качествам, по надежности, ремонтопригодности и по способности ездить по белорусским дорогам. И опять же – по харизме и ауре, которую машина дарит водителю.

– Что из новинок, которые привозят в Беларусь (из того, что ты успела сама опробовать), ты можешь посоветовать?

– Начнем с того, что некоторые новинки в нашу страну приходят с опозданием по сравнению с европейским и американским рынком. А бывает и наоборот. Например, к нам сейчас привезли новую Mazda 3. Так вот, Беларусь оказалась первой страной, в которой появилась эта обновленная "тройка". Новинок на самом деле очень много. В Беларусь они поставляются, белорусами покупаются. А посоветовать что-то сложно, потому что машина для каждого индивидуальна, как одежда.

Если посмотреть какие-то бюджетные варианты, то сейчас очень хорошо взялись за DAEWOO корейцы. Kia c’eed сейчас бьет все рекорды по продажам, и это действительно очень хороший автомобиль с идеальным сочетанием цены и качества. Всегда был, есть и будет народный автомобиль Volkswagen, его в нашей стране очень любят. Недавно привезли новый Peugeot 4007, но это полный клон Mitsubishi Outlander, этакий паркетник. Каждая марка, представленная у нас, может похвастаться какими-то новинками.

– Ты как-то призналась, что сама ты новинки не очень любишь. А почему?

– Не то чтобы я не любила новинки. Просто я приверженец того мнения, что новые автомобили потеряли свою душу. Идет всеобщая унификация: одинаковые платформы для всех моделей всех марок, одни и те же двигатели, кузова с немного перелицованной внешностью – все это убивает в машине индивидуальность. В новых автомобилях нет той харизмы, которая была у старых моделей. Они все были очень разные, все со своим характером, каждую марку можно было охарактеризовать какими-то только ей свойственными словами. Старая машина дарила хозяину ощущение, что она у него такая одна.

– А как же всякие технические "навороты", которые появляются в новых автомобилях?

– Это плюс для тех, кто любит в машине комфорт. Я же отношусь к таким вещам с позиции потребителя: все это, конечно, очень хорошо – до тех пор, пока не ломается. Электроника не так надежна, как механика, а на ремонт уходит гораздо больше денег. Нет ничего лучше старой доброй механики. Там синхронизаторы починил, что-то подкрутил – заработало.

– Ты сама ремонтируешь свои автомобили?!

– Нет, к счастью, до этого я еще не дошла. Максимум, что я могу сделать в машине сама, – это проверить контакты на аккумуляторе, целостность каких-то узлов и агрегатов. Я знаю, где что находится. Я знаю, как это все называется. Я знаю, какую функциональную нагрузку несет та или иная деталь. Но сама, слава Богу, с ключом по пояс в мазут не погружаюсь.

– И желания такого не возникает?

– Бывает, но я себя сдерживаю.

– Мы уже выяснили, что ты любишь полноприводных монстров. Какие еще машины тебе нравятся?

– Я люблю все машины. Нет такого класса машин, про который я бы сказала что-то плохое. Люблю быстрые, спортивные машины. Люблю быстро ездить. Многие работники Госавтоинспекции Минска меня уже узнают в лицо, мне от этого стыдно. Я быстро езжу, это мой единственный недостаток.