Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Новость дня


После перерыва областной суд продолжил рассматривать дело о порче 170 тонн мяса на Гомельском мясокомбинате. Допрошены почти все обвиняемые, за исключением бывшего гендиректора предприятия Ричарда Стефановича и бывшего замминистра сельского хозяйства Василия Пивовара. Их показания решено заслушать после допроса свидетелей.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

В числе первых свидетелей, которых вызвали в суд 17 октября, — бывший первый вице-губернатор Александр Максименко. И вот что он пояснил.

Осенью 2015 года Максименко вызвал председатель облисполкома Владимир Дворник и показал ему черно-белые фотографии, распечатанные на бумаге, с изображением тухлого мяса, которое якобы хранилось на складах мясокомбината. По словам бывшего зампреда, фото в облисполком предоставили оперативники.

— Владимир Андреевич поручил мне разобраться в данной ситуации. Я в тот же день направился на мясокомбинат.

Александр Максименко, гендиректор «ГМК» Стефанович и директор холдинга «Гомельская мясо-молочная компания» Шейко встретились на предприятии, после чего пошли в холодильный цех, к четырем конкретным камерам.

— Но это была не проверка, а посещение. Для того, чтобы убедиться в правдоподобности полученных фотографий. В первой камере я увидел снеговую «шубу» — потребовал убрать и наказать виновного. Во второй пропал свет — там было темно, и я ничего не видел. Тогда я попросил открыть соседнюю камеру — она была полной, и глубоко вовнутрь мы не смогли зайти. Еще две камеры оказались пустой и полупустой. На тех тушах, которые я выборочно осмотрел, плесени не было.

Все посещение заняло около получаса. Результаты Максименко доложил Дворнику.

— Я сказал, что если у правоохранителей есть информация, что на комбинате хранится плохое мясо, тогда там должны работать ветеринарные и санитарные службы. Потому что я плохого мяса там не увидел. Дворник ответил, что он сам направит на предприятие комиссию.

Уже после в кабинет к первому зампреду зашла и. о. начальника управления ветеринарии Алла Лазовская (женщина проходит по делу как обвиняемая. — TUT.BY) и доложила о посещении предприятия.

— Я помню, что мне говорили лишь о том, что были выявлены нарушения в санитарном состоянии камер. Больше ничего.

— А могли ли Лазовскую привлечь к дисциплинарной ответственности, если бы она или ее сотрудники выявили недоброкачественное мясо на мясокомбинате? — поинтересовался адвокат.

— Нет. Это же ее работа.

Один из адвокатов обвиняемых спросил Максименко, кто определял план убоя, который оказался завышенным и повлек за собой большие остатки мяса на складах предприятия.

— План определяет мясо-молочная компания.

— Этот план мог корректироваться? Мог ли мясокомбинат отказаться от приема скота на убой?

— Я затрудняюсь ответить. Во время моей работы ко мне с такими просьбами не обращались. Если бы такое обращение имело место, то в мясо-молочную компанию было бы направлено поручение решить этот вопрос: могут или не могут на мясокомбинате прекратить прием скота.

В заключение судья поинтересовался у Максименко: озвучивал ли тот Стефановичу во время посещения предприятия информацию, что на комбинате хранится испорченное мясо.

— Да, озвучивал. Но гендиректор заверил меня, что этого не может быть.

— И вы поверили?

— У меня не было повода сомневаться в его словах. На тот момент это был один из лучших мясокомбинатов в области.

Суд продолжается. TUT.BY следит за процессом.

Напомним, в декабре 2015 года были задержаны первый зампредседателя облисполкома Александр Максименко и директор Гомельского мясокомбината Ричард Стефанович, а также несколько сотрудников предприятия, ответственных за качество продукции. Дело в отношении чиновника за злоупотребление властью или служебными полномочиями было прекращено в октябре 2016 года из-за «отсутствия состава преступления».

Позже следствие установило, что необеспечение надлежащих условий хранения мясной продукции с мая по декабрь 2015 года привело к ее порче. Мясо не утилизировали, а перерабатывали и продавали.