Общество


Белорусские дети из Витебска, Толочина и Друцка, которые занимаются в белорусских православных патриотических клубах, побывали в лагере под Москвой. Занятия с белорусскими школьниками проводил в том числе командир так называемой диверсионной группы «Русич», которая воевала на Донбассе на стороне сепаратистов, — неонацист Алексей Мильчаков. Учения проходили с 6 по 9 мая в Подмосковье.

Министр внутренних дел Игорь Шуневич заявил, что ситуация с участием белорусских школьников в военных учениях в России проверяется. Этим же занимается и Комитет госбезопасности. Подробностей проверок пока нет. Зато в конце мая Алексей Мильчаков приехал в Беларусь. Что он делал в Городокском районе Витебской области — неизвестно.

TUT.BY попробовал разобраться, что за клубы работают в Беларуси и зачем туда отдают наших детей. «Это просто игра», — уверяют в Гродненской епархии.

Фото: pokrovgrodno.org
Воспитанники клубов на соревнованиях «Юный воин».

Военно-патриотические клубы стали появляться в Беларуси в начале 2000-х годов, действуют в Витебске, Минске, Бресте, Турове, Березино, Могилеве, Гомеле, Полоцке, Бобруйске. Больше всего — при Гродненской епархии. По данным сайта Международной волонтерской службы InformNapalm, в Гродненской области насчитывается восемь военно-патриотических клубов, во всей Беларуси — чуть больше двадцати.

Фото: informnapalm.org
Лагерь около Щучина, 2015 год

— Непосредственно при Гродненской православной епархии созданы шесть клубов, четыре из них — в самом Гродно. Наряду с религиозной и идеологической работой инструкторы из числа сотрудников силовых ведомств Беларуси проводят с детьми занятия по военно-прикладной тематике. Так, для них, например, организуются полевые выходы с целью практического овладения методами ведения общевойскового боя. Также детям объясняется устройство мостов и переправ, организация их охраны и обороны, способы подрыва, а также отрабатывается скрытное передвижение диверсионно-разведывательной группы в лесу с целью определения системы охраны мостов и ее уничтожения, — рассказывает редактор белорусского отдела международной волонтерской службы InformNapalm Денис Ивашин.

Подобное обучение, говорят представители церкви, чем-то напоминает популярную и широко распространенную в Советском Союзе игру «Зарница». Вот, мол, и православные военно-патриотические клубы — это своеобразная игра для детей. И, уж конечно, будущих боевиков тут не готовят. У клубов есть свои духовные наставники из числа священников, а также инструкторы — представители силовых структур: «Военные и милиционеры — как действующие, так и вышедшие на пенсию», — говорит Ивашин.

О том, как проходит обучение в этих клубах и для чего они существуют, а также ездят ли гродненские дети на сборы в Россию, TUT.BY рассказал начальник отдела Гродненской епархии по взаимодействию с Вооруженными силами Евгений Павельчук, который является одним из создателей клубов в Гродно.

Фото: pokrovgrodno.org

—  Сразу хочу сказать, что нам не за что оправдываться и мы не будем это делать. И нет никакой тайны, как функционируют наши клубы. Любой желающий может прийти посмотреть на то, чем занимаются дети. Клубы работают при школах. Клуб «Славяне» — при школе № 39 Гродно, «Братство» — при школе № 38. Клуб «Дружина» — в Щучине. И у нас есть еще новый клуб при школе № 19 — «Воевода». Есть еще один — «Витязь» — при Владимирской церкви, но тренировки проходят в школе.

— Почему столько внимания уделяется военной составляющей?

— Это очень хорошая форма работы для воспитания мальчишек. Это то, что их привлекает и закаляет характер. Много детей сидят около компьютеров, идея возникла, чтобы оторвать ребят от виртуальной реальности. Изначально клубы создавались для мальчиков, но сейчас у нас есть и девочки. Правда, их совсем немного. Военная форма всегда дисциплинирует и привлекает внимание, она делает парня более ответственным.

 — Чем дети занимаются в клубах?

—  Во-первых, военное дело. Мы учим теорию, историю государства и всех войн — от самых древних до сегодняшних дней. Учимся строевому шагу, сборке-разборке оружия — как это делали раньше в школах на занятиях по начальной военной подготовке. Сейчас, к сожалению, даже макетов оружия в школах нет. В клубе — воинская дисциплина и подчинение. Для детей это все серьезно и по-настоящему, но мы-то знаем, что это игра. Хотя дети в эту игру играют с полной отдачей. Наша форма обучения способствует сплачиванию коллектива. Сейчас очень многие дети, да и взрослые, разобщены. В клубах мальчики начинают общаться, узнают друг друга, а потом появляется так называемое клубное братство. Неожиданным эффектом для нас стало то, что дети начали дружить друг с другом, несмотря на разницу в возрасте. Одному может быть 10 лет, а второму 16, но они общаются на равных. Есть у нас и наставничество старших над младшими.

Мы контактируем с классными руководителями, учителями и психологами наших подопечных. Если ребенок что-то натворил, мы это сразу знаем и совместно со школой можем как-то решить проблему. В клубе создается такой микроклимат, что ребенок, подставляя своих братьев и друзей неудовлетворительными поведением или отметками, знает, что это плохо. Мы контролируем учебу — в конце четвертей ребята несут нам свои дневнички.

Фото: pokrovgrodno.org

— А военная подготовка насколько серьезна для детей?

— Самая элементарная — на уровне начальной. У нас есть полевые выходы, есть общефизическая подготовка и основы рукопашного боя. Тут нам помогают как действующие офицеры, так и военнослужащие в отставке. Обязательная часть — основы православной веры. Даже не православной — общехристианской. Мы работаем при школах и не разделяем детей — берем всех, но правила для всех одинаковы. У нас не совсем программа воскресной школы, она несколько облегченная. Мы участвуем в воскресных богослужениях, помогаем на церковных праздниках. Главное, чтобы дети чувствовали, что они нужны обществу и церкви. Центральная составляющая — патриотическое воспитание. В нем можно исполнить слова Иисуса: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Евангелие от Иоанна). Это выражение высшей любви к ближнему и к Родине. Поэтому церковь занимается военно-патриотическим воспитанием. Патриотизм близок к верности, а верность — к вере. При этом мы ничего не насаждаем силой, а только предлагаем.

— Хотят ли быть ваши воспитанники дальше военными?

—  Далеко не все. У нас нет задачи, чтобы все пошли в военные учебные заведения. Это желательно, но не обязательно. У кого-то здоровья нет, у кого-то другой интерес. Не всех можно поставить в строй. Я бы хотел отметить: церковь не создает какие-то военизированные структуры. Она готовит граждан и к службе в армии в качестве офицера или солдата, и к службе в других отраслях. Главное — мы хотим заложить морально-нравственный фундамент.

Фото: informnapalm.org

Фото: informnapalm.org

Фото: orthos.org

Фото: orthos.org

Фото: orthos.org

Фото: orthos.org

Фото: orthos.org

— А не случится ли так, что ваши воспитанники будут участвовать в конфликтах, подобных тому, что происходит сейчас на юго-востоке Украины?

—  Когда нас обвиняют в поддержке сепаратизма, мы всегда говорим о том, что прививаем патриотизм на основе любви к родине, а не ненависти к другим. Мы никогда не будем учить вражде детей. Для нас ни Россия не враг, ни Польша.

— Ни Украина…

 — Тоже. Это наша братская страна. Пусть там сейчас серьезный конфликт, но в нем нельзя стать на какую-то сторону. Церковь молится о том, чтобы там все успокоилось и настал мир. Мы не против России, Польши или Украины. Мы воспитываем детей в любви к Родине.

Что касается участия детей в лагерях в России, то гродненские ребята, по словам Евгения Павельчука, в них не ездят.

Правда, наши дети принимают участие в первенствах России «по русскому рукопашному бою» среди православных военно-патриотических лагерей. Их организует учебный центр «Пересвет» при Свято-Троицкой Сергиевой Лавре при содействии службы по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом ФСБ и Центра специального назначения ФСБ РФ (ЦСН ФСБ).

Фото: informnapalm.orgНа Гродненщине каждое лето устраивается собственный полевой лагерь, где мальчики и девочки живут в военных палатках и на практике постигают военную науку выживания. Лагерь полностью автономный, тут устраиваются засады, блокпосты, действует собственная охрана и отдельный распорядок дня.

Попасть в этот лагерь могут только воспитанники клубов. Для них это своеобразная летняя практика. Здесь некоторые сдают определенные нормативы на «черный берет» (своеобразный аналог крапового берета). Ребята преодолевают достаточно серьезную полосу препятствий — 10 километров по пересеченной местности.

Что касается финансирования, то, по словам представителя церкви, клубы существуют исключительно на добровольные пожертвования и благотворительные взносы родителей детей.

«Это серьезное дело для подготовленных»

Мы решили узнать, легко ли попасть в военно-патриотический клуб, и отправились в качестве интересующихся родителей в Свято-Владимирскую церковь, где базируется клуб «Витязь».

Легенда такова: надо пристроить 12-летнего подростка. Представитель церкви охотно делится информацией:

— В конце августа — начале сентября мы будем объявлять очередной набор. Набираем желающих, готовим их в течение года — и уже после этой подготовки дети могут поехать в наш лагерь. Мы выезжаем на «голое место», сами организуем блокпосты, дежурства, «ночные нападения», есть даже «диверсанты». Участие принимают примерно 150 человек. Это серьезное дело для подготовленных.

Фото: orthos.org

Фото: orthos.org

Фото: orthos.org

Фото: orthos.org

—  А нам нужно платить какие-то деньги?

— Участие в клубе бесплатное, но у нас есть благотворительный взнос — просим по 100 тысяч в месяц. Деньги уходят на материально-техническую базу нашего отряда. У нас есть противогазы, учебные автоматы, «воздушки», пистолеты…

Практическая подготовка включает в себя, например, штурм дома, определение ширины реки, основы подрыва мостов, преодоление различных препятствий. <…> Три раза в неделю у нас рукопашный бой — не танцы какие-нибудь, а практические занятия. Их ведут два спецназовца — все коротко и ясно.

Уставной возраст в этом клубе — 12 лет. Правда, говорит представитель церкви, в отряде есть и дети помладше — несколько девятилетних парней. И рассказывает «заинтересованным родителям»: военные специалисты, посмотрев видео одного из полевых выходов детей, сказали, что взрослые бойцы у них так не тренируются.