Ольга Крученкова,

Десять лет назад в нашей стране была запатентована противораковая вакцина. Если верить информации на сайте разработчиков, препарат можно применять для профилактики как обычную прививку и для лечения рака в комплексной терапии, после удаления опухоли. Лекарство якобы обучает иммунитет находить и убивать именно те клетки, из которых состоит конкретная опухоль. Притом он нетоксичен и предотвращает рецидивы. Почему о вакцине ничего не слышно в Беларуси, выясняла "СБ Беларусь сегодня".

Картинка: veramed-clinic.ru
Картинка: veramed-clinic.ru

Сколько ни говорят онкологи, что рак — не смертный приговор, а диагноз, большинство из нас считает его самым страшным. Такие новости, даже о дальних знакомых, всегда звучат как гром среди ясного неба и заставляют искать исцеления любыми методами. Недавно мне пришлось в этом убедиться лично. Подруга юности, которая живет в российской глубинке, позвонила в надежде узнать что-нибудь о противораковой вакцине "Ресан", которую, оказывается, давным-давно производят в Витебске и, что самое интересное, применяют в странах Ближнего Востока. Ее сестра живет в Эмиратах и знает ливанку, которая лечилась белорусским препаратом, заплатив за курс вакцинации около 300 долларов.

Разработка принадлежит научно-исследовательскому предприятию "Ресан". Если верить информации на их сайте, препарат можно применять для профилактики как обычную прививку и для лечения рака в комплексной терапии, после удаления опухоли. Препарат якобы обучает иммунитет находить и убивать именно те клетки, из которых состоит конкретная опухоль. Притом он нетоксичен и предотвращает рецидивы. Подобный прорыв — мечта многих поколений ученых, между прочим. А наши местные Кулибины, выходит, все поняли двадцать лет назад и уже на этом зарабатывают?

Директор ОДО "НИКП Ресан" Андрей Янченко рассказал, что в 1997 году они доказали эффективность антираковой вакцины на мышах и крысах. Выздоравливали от 8 до 50 процентов животных. В 2003-м получили патент на изобретение, в 2005-м — разрешение Минздрава на первую фазу клинических испытаний. Дальше, говорит Андрей Вилиянинович, начались бюрократические игры:

— Нам выставили требование провести испытания на мухах-дрозофилах, чтобы убедиться, что в сороковом поколении нет никаких мутаций. На тот момент этим не занимались ни в одном НИИ, провести их можно было только в Америке, а это баснословно дорого. Со временем изменились правила, теперь зарегистрировать нашу вакцину в стране невозможно.

Довольно быстро к разработке проявили интерес иностранные компании, но, по словам Янченко, продать технологию они не имеют права, даже если бы хотели: препарат запатентован в стране, здесь и должен пройти регистрацию. Патент, к слову, выдан до 2017 года. Между тем на основе доклинических испытаний вакцины "Ресан" защищены четыре докторские диссертации за рубежом. Шесть лет назад разработчики подписали контракты на клинические испытания вакцины в Египте и Ливане, там препарат применяют в узко разрешенных рамках. Арабы собирались покупать "Ресан" в огромных количествах: до войны в Ливане разработали госпрограмму вакцинации от рака. По понятным причинам все развалилось.

В прошлом году предприятие "Ресан" зарегистрировало тест-системы для типирования клеток крови и оценки иммунного статуса. Андрей Янченко говорит, что это — логическое продолжение их исследований:

— С помощью тест-системы можно увидеть все слабые места иммунитета. Речь идет не только об онкологии, систем всего семь. Одна определяет общий иммунный статус плюс онкология и инфекционные заболевания, другая — аутоиммунные болезни и так далее. Теперь, когда есть контрольно-диагностическая база, можно будет предложить и решение проблем с иммунитетом — противоопухолевую вакцину.

Среди экспертов фармкомитета, которые в свое время дали положительный отзыв на результаты доклинических исследований вакцины "Ресан", был доктор медицинских наук, профессор Эдвард Жаврид, руководитель группы химиотерапии Республиканского научно-практического центра онкологии и медицинской радиологии им. Н.Н. Александрова. По его мнению, разработчики лукавят, когда говорят, что по существующим правилам регистрации лекарственных средств зарегистрировать вакцину невозможно:

— Требования к регистрации лекарств в нашей стране такие же, как в Евросоюзе, Америке и России. Вакцина должна пройти все три фазы клинических исследований, в которые включаются пациенты на добровольной основе. Мировой опыт показывает, что в ходе этих испытаний только у 20 процентов испытуемых препаратов подтверждаются достоверные лечебные свойства и эти препараты регистрируются. Пример — вакцина Provenge, несколько сотен таких препаратов находятся на I—III фазах клинических испытаний.

По версии журнала Science, иммунотерапия онкологических заболеваний возглавила рейтинг наиболее значительных научных достижений 2013 года, среди открытий 2014-го тоже есть антираковая вакцина. В обоих случаях речь идет о препаратах, которые сработали лишь для некоторых видов рака и в отношении узкого круга пациентов, поэтому издание делает вывод: "Не стоит ожидать их скорого широкого применения в клинической практике". А совсем недавно стало известно, что у мышей гены иммунной системы работают не так, как у людей. Вероятно, для экспериментов в области иммунотерапии ученым придется искать других подопытных.

Миф о супертаблетке, которая лечит рак, но не признана наукой и потому не применяется повсеместно, разбивается простой аналогией с антибиотиками. Как только появилось надежное средство для лечения простуды, от которой в свое время люди умирали куда чаще, чем от рака, его мгновенно стали производить и продавать все. А Флеминг получил за свое открытие Нобелевскую премию. Тот факт, что лекарство, не прошедшее даже первой фазы клинических испытаний, где-то продается и применяется, лежит исключительно на совести его авторов. А совесть, как известно, дорогая штука, которая не каждому по карману.

Компетентно

Дмитрий Пиневич, первый заместитель министра здравоохранения:

— Во всех странах мира, в том числе и у нас, после разрешения регуляторным органом проведения первой фазы клинических испытаний разработчик препарата готовит протокол клинического исследования, который представляется в Центр экспертиз при Министерстве здравоохранения. После тщательного изучения протокола экспертами в случае их положительного решения он выносится на обсуждение в комиссию по лекарственным средствам. Медицинские центры, в которых будет проводиться испытание, назначаются Минздравом только после утверждения протокола. Разработчик вакцины "Ресан" не представил протокола клинического исследования. На сегодня нет никаких оснований к использованию этой вакцины в стране.

Анжелика Томчина, главный врач Витебского областного онкологического диспансера:

— Мы живем в эпоху, когда медицинские технологии позволяют спасать жизни тех, кого еще 10—15 лет назад назвали бы неизлечимо больными. К сожалению, случаи, когда кто-то умер от рака, быстро становятся известными большому количеству людей, а факты, когда кто-то пролечился и выздоровел, остаются известными в лучшем случае близким больного. Поэтому рак для многих по-прежнему связан со смертью. На самом же деле излечивается половина всех больных, а на начальных стадиях — 95 процентов. С такой эффективностью побеждается немного болезней.
{banner_819}{banner_825}
-15%
-10%
-25%
-20%
-58%
-10%
-20%
-20%