Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Общество


Фото с сайта babyblog.ru
Фото с сайта babyblog.ru
Случай в Бресте, когда 20-летняя мать избила своего 5-месячного ребенка, взволновал многих. Конец истории, за которой следила вся страна, оказался ужасным: малыш скончался в реанимации. Люди обсуждают, что убило мальчика: алкоголизм матери, ее послеродовая депрессия, психоз или приступ агрессии? TUT.BY узнал, как часто близкие срываются на детях.

Правильнее всего было бы узнать это у самих детей, часто ли их бьют родители. Но этот вопрос задавать по меньшей мере некорректно. Поэтому мы отправились в место, где каждый день слушают о детских бедах и страданиях.

Телефон доверия для детей и подростков (8017) 246-03-03 работает круглосуточно. Дежуранты трудятся посменно с 8.00 до 20.00 и с 20.00 до 8.00. Нам разрешили пообщаться с психологом ранним утром, когда звонков мало и есть возможность уделить время журналисту.

Всего на линии работает 25 психологов. Каждый дежурит на телефоне примерно раз в неделю.



По правилам, чтобы сохранить конфиденциальность, нам нельзя выдавать читателям учреждение, где работает горячая линия, и указывать имя специалиста, принимающего звонки. Нельзя фотографировать психолога. "У меня здесь есть псевдоним. Я Наталья", – говорит собеседница.

Но было бы странным не указать, что консультант, с которым мы общаемся, – один из лучших психологов в Беларуси. На вид ей примерно 29. Рабочая одежда – джинсы, удобный пуловер. Женщина ведет нас в небольшую комнатку с диваном, двумя креслами, столом с компьютером и стулом. У входа разувается: "Сидеть целый день в обуви тяжело", – объясняет она. Мы разуваемся тоже.

Нам строго-настрого наказывают выключать диктофон, если поступит звонок. Подробности истории, которую будет излагать абонент, писать и рассказывать нельзя. "Мы гарантируем, что не будем разглашать тайну звонка. Представьте, человек в тяжелом состоянии рассказывает свою историю, а потом читает о себе в интернете", – рисует ситуацию Наталья.

Звонивший может не называть свое имя, возраст, любые личные данные. Это гарантирует абонентам свободу. "Ребенок имеет право ничего о себе не сообщать, и ему ничего за это не будет – мы все равно будем ему друзьями", – говорит психолог.

Фото с сайта zdorovieinfo.ru
Фото с сайта zdorovieinfo.ru.

Вечером всегда пик звонков, отмечает Наталья. Хотя во время каникул обращений хватает и в течение дня. Интересно, что количество звонивших зависит от общей обстановки в экономике, политике и даже от фазы луны. "Мы позиционируем себя как телефон доверия для детей, но принимаем звонки и от родителей. Мы не отказываем им в помощи, правда, ограничиваем по времени: все же мы специализированная служба".

Телефон доверия – это кризисная линия. "Но к счастью, ситуаций, когда человек находится на грани жизни и смерти, не очень много".

Самый маленький звонивший на памяти психолога – 5-летний мальчик. Говорил, что боится папы. Но чаще всего по поводу насилия звонят младшие школьники. Дети постарше адаптируются и перестают воспринимать тумаки как что-то ненормальное.

Распространенная ситуация: малыш говорит, что получил двойку и боится идти домой. Почти всегда дети тут же оправдывают родителей: вообще он хороший, не только бьет, но и конфеты приносит.

У психолога есть алгоритм действий в случае, когда ребенок рассказывает о страхе наказания или избиения.

"Если ребенок сильно боится, то узнаем, может ли он прямо сейчас пойти к бабушке", – рассказывает Наталья. Консультант иногда с согласия малыша может сам связаться с родственником, который может помочь.

Были случаи, когда звонили дети и говорили: бушующий папа вот-вот ворвется в комнату. Ребенок прячет младшего братика под столом и спрашивает, что делать. В такой ситуации ему советуют закрыться, выйти в другую комнату или на балкон, чтобы позвать на помощь. Психолог выясняет, может ли ребенок набрать номер еще кого-нибудь, кто поможет, или просит назвать адрес, чтобы вызвать милицию.

"Мы всегда просим его перезвонить и рассказать, чем закончилась ситуация".

В крайних случаях, когда детка дает согласие, психологи привлекают соцслужбы. И сразу же рассказывают малышу, что придет работник, возможно, заберет его из семьи, поместит в приют. "Далеко не каждый ребенок выдает о себе информацию, – отмечает психолог. – Дети боятся еще большего насилия".

Но все же посторонних людей психологи привлекают редко. "Пытаемся найти помощника внутри семьи – взрослого, который выступил бы на стороне малыша. Спрашиваем, кому ребенок доверяет, кто может поговорить с папой. Довольно часто находится какая-нибудь бабушка или двоюродная сестра". Посреднику рассказывают, как можно поговорить с родителем, мотивировать на работу с психологом. "Помощник попытается объяснить папе или маме, что наверняка у него благие намерения, но способы достижения целей не очень хорошие, с ребенком они не работают". Родителям могут рассказать про анонимный телефон доверия, где помогут научиться решать проблемы по-другому. "Но в жизни как в сказке не бывает. Чаще всего родитель остается при своем мнении, боится осуждения и скрывает проблему. Да и речь, скорее, - о тех, кто не особенно думает о психике ребенка".

Основное в работе с маленьким абонентом – психологическая поддержка. "Обсуждаем с ребенком, чем можно ему помочь. Вооружаем его психологическими методами защиты: как дать отпор, почувствовать настроение человека, который угрожает, и не попадаться ему на глаза. Даже советуем договариваться с учителем, чтобы тот не ставил двойку в дневник и папа не видел плохую оценку".

Фото с сайта izvestia29.ru

Протяженное общение детей и психологов – не редкость. Ребята иногда даже помнят день и время дежурства конкретных консультантов. Правда, им объясняют, что обращаться можно в любой момент – ответит другая тетя. Психологи передают информацию между собой, потому что экстренный случай может произойти когда угодно, и специалист должен сказать: "Привет, Таня. Мы о тебе знаем, готовы слушать и помогать".


Какой родитель бьет?

В кризисном состоянии почти всегда звонят дети пьющих и говорят, что отец сейчас пьяный и бьется. Мол, а трезвый он хороший, добрый.

Бывает, дети описывают далеко не асоциальных пап-мам. Отец пьет и бьет, а мать делает вид, что все в порядке – такая картина самая распространенная. На работе бьющий родитель может быть вполне уважаемым человеком, держать марку, а дома оказывается не способным разруливать конфликты и использует весь арсенал жестоких средств. Может бить мать на глазах у ребенка, что, кстати, приравнивается к жестокому обращению с детьми.

"Есть очень успешные папы. Занимают высокие посты". Дети таких родителей говорят о плохом настроении, отсутствии радости в жизни. "Начинаешь общаться с ребенком, и выясняется, что он живет в идеальной семье, но папа иногда поколачивает или постоянно шлепает. С бытовой точки зрения это не считается страшным".

Во многих семьях дети живут в ситуации постоянного психологического насилия с эпизодическим физическим насилием в случаях крайнего недовольства со стороны родителя. "Обычно родной человек просто обзывает, запугивает ("сдам в детдом") и раздает тумаки-шлепки. А когда ребенок сильно провинился, может избить. Если взрослый применяет эмоциональное насилие, то легко может перейти к физическому", – психолог описывает распространенную картину.

Фото с сайта susanin.udm.ru
Фото с сайта susanin.udm.ru

Чем все заканчивается?

Звонки от самих насильников бывают крайне редко и почти всегда такие: "Черт побери, что еще сделать? Уже дубашу как могу, а все равно ничего не получается".

"Сделать из насильника ненасильника невозможно без его желания. Дать трубку телефона родителю консультант просит только в крайне редкой ситуации. Никогда не знаешь, как на это отреагируют на другой стороне провода".

Порой только психолог становится единственным другом и помощником ребенка, и насилие продолжает циркулировать в семье.

Как вы думаете, какими станут дети жестоких родителей?