/

На прошлой неделе стало известно, что белорусскую правозащитницу и гражданку России Елену Тонкачеву депортируют из нашей страны с запретом въезда сроком на три года. Мы отправились на кухню к человеку, который через пару недель покинет ставший ей родным город. Собеседница рассказала, за что она любит столицу, но почему за 23 года так и не получила белорусское гражданство.

Фото: Станислав Шаршуков, TUT.BY

"Квартира на проспекте была правильной семейной инвестицией"

Елена приехала в Беларусь в 1984 году еще школьницей: ее отец был военным, которого направили служить из Москвы в Быхов. Спустя три года она поступила учиться в колледж, потом на юрфак БГУ и осталась в столице. Сначала жила в общежитии, на съемной квартире, затем в своей на Кижеватова, а в 2011 переехала на проспект Независимости.

- Эту квартиру мы купили совместно с родителями, продав прежнюю. В 2011 году цены на недвижимость значительно упали, поэтому покупка оказалась достаточно выгодной. Это было правильной семейной инвестицией.

Ремонт на кухне происходил, по словам Елены, параллельно с другими комнатами. Интерьер, говорит собеседница, - результат совместной работы ее и архитектора.

- Но думаю, что я сменю здесь шкафчики, потому что уже это выглядит как-то скучновато. Тогда мы просто хотели, чтобы ремонт закончился скорее, и согласились именно на такой вариант.

Елена говорит, что уже не помнит стоимости своего кухонного гарнитура.
Елена говорит, что уже не помнит стоимости своего кухонного гарнитура.


"Почему-то половина посетителей "Лидо" думает, что они пришли в ресторан"

Собеседница рассказывает, что часто принимает на кухне гостей, но еще чаще готовит.

- Особенно в последнее время со мной произошло неожиданное, и я взялась за готовку с большим удовольствием: в сентябре-октябре я просто бежала с работы домой, чтобы что-нибудь приготовить.

На полке лежат кулинарные книги любимых кухонь нашей героини, одна из которых 1960 года издания.
На полке лежат кулинарные книги любимых кухонь нашей героини, одна из которых 1960 года издания.

Елена говорит, что с возрастом у нее менялись вкусовые пристрастия. Сейчас, по ее словам, она часто готовит блюда из утки и баранины.

- Вообще, я люблю есть дома. Но бывает, что я раз в год и в столовую Дворца молодежи заскочу, когда совсем не хватает времени. Есть надежда, что еда там мне понравится, но невкусно у нас во всех заведениях среднего звена.

Под средним звеном Елена также подразумевает, например, "Васількі", "Эль Помидоро" и "Лидо". 

- Что происходит в "Лидо", мне не очень понятно. Там всегда огромное количество людей, половина которых считают, что они пришли в ресторан, а другая половина ест на бегу. 

Летом у Елены появляется возможность обедать на балконе с видом на вход в Парк Челюскинцев.
Летом у Елены появляется возможность обедать на балконе с видом на вход в Парк Челюскинцев.


"В Вене в ресторане и на улице одни и те же люди, а у нас - колоссальная разница"

Из ресторанов Елена давно предпочитает "Бергамо", куда ходит примерно раз в два месяца. Говорит, что там с абсолютным доверием можно взять любое блюдо и оно будет хорошим. Цена ее ужина с вином - “чуть больше чека закупки на неделю в магазине”.

- Также меня практически всем устраивает грузинский ресторан "Тифлис". Мне очень нравится грузинская кухня и та легкость, с которой в этом заведении обслуживают. Всегда можно объяснить, чего ты хочешь, и тебе пойдут навстречу, сделав даже то, чего сейчас нет в меню.

Подобное отношение к клиенту, говорит собеседница, и в кондитерской "О'дари" на Челюскинцев. И этой легкости, по наблюдениям Елены, не хватает в обслуживании почти во всех минских заведениях.

- Когда ты заводишь разговор с официантом, он начинает либо напрягаться, либо впадать в уныние или пытаться хорохориться. Легкости нет в минской ресторанной культуре. Это касается как обслуживания, так и всего пафоса в наших ресторанах. Если в Вене люди на улице и в ресторане не отличаются, то у нас разница - колоссальная.

Фото: Станислав Шаршуков, TUT.BY

"Ни Grand Cafe, ни Bistro de Luxe совершенно не приспособлены для инвалидов"

Также нет в минской ресторанной культуре, по словам собеседницы, и места для посетителей с инвалидностью. Елена говорит, что из-за этой идеологической нестыковки даже перестала ходить в заведения известного ресторатора Вадима Прокопьева, "хоть там и хорошая кухня".

- Я очень люблю проводить время со своим другом, который инвалид-колясочник. Но ни Grand Cafe, ни Bistro de Luxe не приспособлены для такой категории посетителей. Добраться до санузла там либо никак, либо тебя будут нести на руках 2 сотрудника ресторана на глазах у всего зала. Обидно, что Прокопьев, который позиционирует себя как носитель современной ресторанной культуры, забывает о таком важном элементе этой культуры.

Елена отмечает и то, что работать с инвалидами всех категорий не научены и официанты минских заведений.

- Тот же Прокопьев говорит, что не берет официантов, которые, например, не могут поддержать беседу о Кончаловском. Хорошо. Но никто не учит официантов тому, как работать с незрячим клиентом или с тем, кто не может порезать кусок мяса. Вместо того, чтобы предлагать помощь инвалиду, официанты теряются, и это происходит даже в дорогих ресторанах.

Не дешевыми для своего уровня Елена считает все минские заведения. При этом она не считает это поводом для жалоб.

- У нас сложились такие цены, поэтому я не думаю, что нужно приходить в ресторан и закрывать глаза при виде этих цифр, заказывая то, чего ты не хочешь. Лучше сходить реже, но в свое удовольствие.

"В Минске только одно место, где вам не только продают свежую морскую рыбу, но и чистят"

Продукты для домашней готовки Елена покупает на Комаровке либо в торговом центре "ALL".

- На рынке я покупаю ягнятину или ту же утятину, а магазин "ALL" мне очень нравится потому, что там по средам привозят незамороженную свежую морскую рыбу. Более того, это единственное место в Минске, где ее тебе еще и почистят.

Друг собеседницы делает спагетти в домашних условиях, поэтому о макаронах из магазина мы не говорим.
Друг собеседницы делает спагетти в домашних условиях, поэтому о макаронах из магазина мы не говорим.

Второй плюс магазина "Соседи" в ТЦ "ALL", по словам Елены, - в том, что там всегда есть свежая утка в самых разных видах. С другой стороны, в этом магазине многого нет, как и во всем Минске. Например, любимого сыра Елены - французского Сент-Агюр, который она привозит из Вильнюса.

- К тому же я очень люблю традиционный шведский ванильный соус, который я также везу из Литвы. Думаю, что этого у нас не продают, так как торговые сети ориентированы на массового потребителя, нужды которого уже изучены маркетологами.

Бобовые в на кухне Елены - из Израиля, а перец - из Малайзии. Грибы собирались и сушились собственноручно.
Бобовые на кухне Елены - из Израиля, а перец - из Малайзии. Грибы собирались и сушились собственноручно.


"Мои друзья из Швеции очень любят белорусскую косметику"

Одежду наша героиня чаще всего покупает также не в Минске. Говорит, что часто бывает по работе за границей, где это делать дешевле и комфортнее.

- Я не знаю в Минске ни одного комфортного магазина или торгового центра. Даже в дорогой Max Mara поведение персонала таково, что туда не хочется приходить. Это все какой-то театр абсурда, по духу очень похожий на пафос в ресторанном обслуживании.

Белорусской косметикой Елена также не пользуется, хотя и не имеет ничего против нее.

- Ее даже хвалят мои друзья из Армении и Швеции, которые прожили в Беларуси определенное время. Постоянно просят что-нибудь привезти. Сама же я пользуюсь израильской косметикой, так как не люблю эксперименты.

Елена хоть и не любит эксперименты, но подобрала 4 года назад на улице бездомную кошку, которая сейчас гуляет по кухне.
Елена хоть и не любит эксперименты, но подобрала 4 года назад на улице бездомную кошку, которая сейчас гуляет по кухне.


"Наверное, у нас осталось мало интеллигенции среди архитекторов"

Кроме одежды и ванильного соуса Елене не хватает в Минске и более масштабных вещей: например, красивого оформления витрин столичных магазинов, концертов классической музыки или хотя бы радиостанции с классикой.

- Но главное, Минску не хватает легкости. У нас очень сложно поболтать с совершенно незнакомым на улице, как это происходит в Европе. Если ты спросишь в магазине: "Ой, а вы берете эту колбасу, как она вам?", то в лучшем случае один человек из десяти продолжит вежливо вести беседу.

По наблюдениям Елены, в минчанах вообще сейчас меньше столичности, чем раньше. Под столичностью она подразумевает, в первую очередь, интеллигентность.

- Раньше в театре музкомедии или оперы и балета невозможно было встретить женщину, одетую неподобающим образом. Это до сих пор сохранено в Ереване, а у нас это немного растворилось.

Также Елена задается вопросом, куда в Минске пропали воробьи и радуется, что куда-то пропали тараканы.
Также Елена задается вопросом, куда в Минске пропали воробьи, и радуется, что куда-то пропали тараканы.

В отличие от столицы Армении, говорит Елена, Минск абсолютно не наполняется скульптурами, "хотя уровень жизни у нас выше". Новые архитектурные сооружения также не сильно радуют Елену Тонкачеву.

- Я, к сожалению, не вижу в новых зданиях архитектурного лица города, что должно присутствовать в европейских столицах. Это, наверное, также оттого, что у нас осталось не так много столичной интеллигенции среди архитекторов.

"Проезжаешь мимо Дворца Независимости и думаешь: ты в Ашхабаде или нет?"

На вопрос о самых неказистых сооружениях, Елена отвечает, что, скорее всего, будет повторяться в своем выборе с остальными героями "Минских кухонь". Так и происходит.

- Мне совершенно непонятна эта история под названием "дом Чижа". Это смотрится неприятно со всех сторон. Вообще, это какое-то не минское здание.

Еще более неминским сооружением собеседница считает Дворец Независимости. "Проезжаешь мимо и думаешь: ты в Ашхабаде или нет?" - поясняет Елена.

- Совсем не по-мински выглядят эти реконструированные здания на Немиге. Это, скорее, такой азиатский стиль с кучей разноцветных вывесок, объявлений и витрин. Для Азии это нормально, но не для Минска.

Вид из окна кухни Елены более приятный и привычный для Минска.
Вид из окна кухни Елены более приятный и привычный для Минска.


"Я бы покрасила здание КГБ в глубокий лаково-черный цвет"

Нормальным и хорошим современным решением для столицы наша героиня называет парковый комплекс у театра оперы и балета и обновленный Лошицкий парк. Не мешало бы, по ее мнению, обновить в столице и другие объекты.

- Я бы покрасила здание КГБ в глубокий лаково-черный цвет, чтобы придать этому сооружению некий символизм.

Касательно других зданий силовых структур Елена больше всего удивляется сооружениям РУВД, которые "непонятно зачем огорожены". Она поясняет, что в белорусской культуре вообще не приняты заборы.

- А зачем возводить забор у здания, которое является гарантом обеспечения доброго отношения между гражданами и государством? Это непонятно и бросается в глаза.

Фото: Станислав Шаршуков, TUT.BY

Есть, по словам Елены, у отделений милиции нечто общее с дорогими ресторанами: неприспособленность для инвалидов.

- Внутри эти здания абсолютно не приспособлены для перемещения колясочников. Подняться вверх по лестнице он не может, имея шанс лишь поговорить через окно ГАИ на первом этаже, да и то, сотрудник внутренних дел увидит через свое окошко лишь макушку человека с ограниченными возможностями.

Характеризуя работников минской милиции, правозащитница отмечает, что в 90-е они были лучше. По ее словам, в первую очередь это проявлялось в том, что тогда выше был уровень курсантов и преподавателей средней и высшей школ милиции.

- А во-вторых, тогда у милиции не было функции политического сыска и такого количества стукачей и тихарей. Такого массового лжесвидетельствования милиционеров, как по делам "Площади-2010", я вообще не могу припомнить. Это совершенный непорядок.

"Я ощущаю себя минчанкой и в сторону Смоленска не поеду точно"

Несмотря на все вышесказанное, Елена Тонкачева говорит, что любит Минск и считает себя минчанкой.

- И я не могу объяснить за что, ведь если появляется понятие "за что", то это уже рационализация, а не любовь. И, может, это прозвучит слишком самонадеянно, но я ощущаю себя минчанкой.

Похоже, что жить в столице Елене Тонкачевой осталось недолго. Государство приняло решение депортировать из Беларуси правозащитницу с российским гражданством и запретило въезд в нашу страну на три года. Официальной причиной стало  совершение пяти административных правонарушений в течение года. Интересуемся, что мешало ей за 23 года получить белорусское гражданство и не иметь подобных проблем.

- В 20 лет я была студенткой и не планировала, как будет точно складываться моя жизнь, поэтому с распадом СССР мне автоматически досталось российское гражданство.

Елена говорит, что в первое пятилетие независимости Беларуси, она была готова подавать на гражданство, но этому помешали определенные факторы.

- Я была замужем за депутатом Верховного Совета 13-го созыва и своими глазами видела, как менялась Конституция, изменялся баланс между ветвями власти и усиливалась роль президента. Это производило на меня сильное впечатление как с юридической точки зрения, так и с человеческой. Будучи совсем молодой барышней, я лично общалась с Гончаром и генералом Захаренко. Потом они трагически исчезли… Я не могла обратиться к этой власти и сказать: "Дайте белорусский паспорт".

В 2000-х, по словам Елены, наличие российского гражданства ей не мешало, так как она не стремилась занять в Беларуси какой-нибудь государственный пост.

Через пару недель Тонкачевой будет запрещено вообще посещать территорию страны.

- Куда я уеду? В сторону Калининграда. В направлении Смоленска я точно не поеду…

Елена говорит, что еще повесит на голую стену своей минской кухни те картины, которые запалнировала.
Елена говорит, что еще повесит на голую стену своей минской кухни те картины, которые запланировала...

4 минских вопроса Елене Тонкачевой

- Какое здание или сооружение в Минске вы бы снесли в первую очередь?

- Я бы ничего не сносила, а просто немного бы переделала памятник Калинину возле моего дома, который изображен очень похожим на Троцкого. Беларусь была бы единственной страной в мире, где стоит памятник Троцкому.

- В честь кого вы бы поставили в Минске памятник?

- Мы должны символически отработать период сталинских репрессий. И чем раньше мы начнем это делать, тем быстрее мы перестанем быть зависимыми, боязливыми. Тем быстрее станем свободными.

- Кого вы считаете самым значимым минчанином?

- Стефанию Станюту. Она всегда была бесконечно добрым и очень характерным человеком. Она была минским человеком.

- Куда в Минске вы в первую очередь ведете иностранных гостей?

- В галерею "Ў". Там мы подробно рассматриваем книги, сувениры и пьем кофе. Я показываю гостям на людей в кафе и говорю: "Вот это - минчане".
{banner_819}{banner_825}
-40%
-10%
-50%
-15%
-20%
-20%
-20%
0063408