/ фото: Вадим Замировский,

Траурный митинг в память 70-летия ликвидации Минского гетто прошел сегодня у мемориала "Яма", на пересечении улиц Заславской и Мельникайте. В день скорби к узникам Минского и других гетто, действовавших в годы Великой Отечественной войны, обратились посол Израиля, министр иностранных дел Беларуси, мэр Минска, главный раввин Украины, а также многие другие официальные лица. В материале TUT.BY – фотографии с мероприятия и воспоминания тех, кто знает ужасы семидесятилетней давности не понаслышке.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY 
 

"Чуть ли не друг на друге спали, такая скученность. Возникла чесотка из-за тесноты"

Яков Кравчинский родился в Минске, был в Минском гетто с июля 1941 года по конец апреля 1943 года. Помнит, как его и всю семью согнали в гетто. Как переселяли с места на место после погромов:Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
 
"Нас поселили в детский сад. В одну из комнат нас загнали, а там поставили три столика, чтоб можно было на них лечь, и пару матрасов, отгородили кусочек. Там в этой маленькой комнате человек по 25-30 жили. Бытовые условия? Да что вы, никаких бытовых условий! Чуть ли не друг на друге спали. Такая скученность. У нас в то время возникла чесотка в помещении из-за этой тесноты. Хорошо, что у нас были люди, которые знали – где-то раздобыли смолы, которой мазали у телеги колеса. Мы вымазывались с ног до головы, пока не вылечились немножко... Можете себе представить, что на территории гетто не было ни собак, ни кошек, ни мышей. Все поуходили. Им просто делать нечего там было…" 
 
Еще Яков Кравчинский вспоминает "малины" - места, где можно было спрятаться порой во время погромов: "Было такое в явочных квартирах - в стенке была ниша сделана, двойная стенка, можно сказать. Там могли прятаться. Но немцы потом научились выбивать людей – давали выстрелы, очереди по стенам".

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY 
Помнит собеседник и то, как, сбежав из гетто, с мамой шли к партизанам, почти наугад.
 

"На следующий день приходим: слава Богу, наши еще пока живы. А потом в один из дней мы приходим – уже никого нету…"

Фото: Вадим Замировский, TUT.BYБорис Пресс приехал на скорбное мероприятие в Минск вместе со своим товарищем Львом Бейлем из Гомеля. Лев Бейль вспоминает лагерь для военнопленных в Ростовской области, в который попал ребенком.

Борис Пресс был в Минском гетто два долгих года. Нам он рассказал об истории своего побега оттуда.
 
"Я два года пробыл в гетто. Со дня его образования до 5 июня 1943 года. Мать, ее две сестры, много нас там было… А остался из всей семьи только я живой. 5 июня 1943 года я бежал из гетто. Ну как бежал... Если выйдешь за проволоку и не знаешь, куда идти – тебя тут же расстреляют. В это время у меня дядька был жестянщиком. Немцы специалистов держали – бесплатная рабочая сила, но там хоть похлебку давали, кусочек хлеба. Так он меня брал с собой, мне тогда было уже около 15 лет… Мы знали уже с дядькой, что если нас оставили ночевать на работе, то это значит, что в гетто погром. На следующий день приходим: слава Богу, наши еще пока живы. А потом в один из дней мы приходим – уже никого нету…".
 
Только факты: 

Минское гетто существовало с 20 июля 1941 года по 21 октября 1943 года.
Оно делилось на 3 гетто: "большое" (39 улиц и переулков вокруг Юбилейной площади"), "малое" (в районе радиозавода им. Молотова, теперь - завода им. Ленина) и "зондергетто" (частично по улицам Сухой и Обувной).
Более сотни тысяч евреев в гетто были замучены и убиты.

"Остались только мы с дядькой. И потом нас переселили уже на улицу Коллекторную. С одной стороны там была ограда кладбища еврейского. А с другой - частные дома. И нас в один из домов поселили. Ну, мы и видим, что часто ночью идут люди. Приходили из партизанского отряда люди, проводники. И брали своих близких, знакомых и вели в партизанский отряд. Но мы боялись, потому что если кто и попадал в партизанский отряд, так и сами партизаны и расстреливали, и раздевали иногда. Поэтому уже сам не пойдешь абы куда. Проводники только знали, куда вести. Ну я вижу: идут проводники. Мы с дядькой пристроились". И дальше была длинная история. За городом кирпичный завод немцы охраняли. Идем, собаки лают, темно. А после шести часов вообще никому нельзя было выходить. Ну, немцы выскочили и давай стрелять в толпу с парабеллумов этих. Все разбежались кто куда. А я держался возле проводника, куда он - туда и я. Он вел человек 15, и еще 15 пристроились… А за городом – рожь, поле. Мы в рожь подальше забежали и залегли. Слышим, мотоциклы, крик… Потом все утихло и проводник нас дальше повел. Я помню, деревню Медвежино проходили и видим, конники из леса скачут. Мы разбегаемся, но это наши, партизаны. Правда, подъехали, с повязками красными. Ну и повели в отряд. Нас накормили там. Ночью пошли дальше. Так мы попали в Барановичскую область, в семейный партизанский отряд Зорина. Командир отряда был евреем. Создал на свой страх и риск такой отряд – и боевые, и подрывники там были. А потом была блокада – когда немцы дивизию с фронта сняли и уничтожали всех партизан. Нас разбили на группы, дали направление, куда идти и где встретиться. Оттуда мы попали в Налибокскую пущу, год я там пробыл. В 44-м году нас привезли в Минск, еще мы участвовали в параде партизанских отрядов, а потом я пошел служить в армию уже".

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

 
"У меня чувство страха отсутствовало совершенно"

Фото: Вадим Замировский, TUT.BYТамара Осипова немного смущается оттого, что журналисты задают ей вопросы. Мол, не была узницей. Впрочем, женщина, пережившая войну подростком, сейчас носит звание Праведника мира. Она из тех минчан, которые были не в гетто, но помогали тем, кто существовал за проволокой... Тамара Осипова рассказала несколько эпизодов из своей, личной, войны. 

"Я в Минске родилась, у меня мама была, Мария Борисовна Осипова. Много друзей, много знакомых было у мамы. В войну только мы узнали, что многие из друзей семьи - евреи. До этого просто жили, не задумываясь, кто еврей, кто украинец, кто белорус. Мама очень активно помогала евреям из гетто, людей выводила в партизанский отряд. Пока я была в Минске, мы, дети, под проволоку подлезали - носили хлеб какой-нибудь. Больше особо нечего было нести, сами плохо жили. Сами мы жили в Кузнечном переулке, на Койдановском тракте. Соседка была, Люба, еврейка. Она ушла в гетто. Но там было очень неспокойно, иногда она у нас ночевала. Жить у нас нельзя было, потому что мы жили в доме двухэтажном, три подъезда, кругом соседи. Однажды она пришла, и немцы пришли. А она и очень похожа на еврейку, бывает же, что по лицу не поймешь, а она похожа...  Там рядом сплошные частные дома были, немцы ворвались в один из них, очень шумели, стучали, лупили прикладами, гремели. Соседка прибежала и сказала, что немцы пришли. А это ночью было. Люба с одеялом на голове помчалась в туалет, через двор большой. Как она успела – я не знаю. Мы знаем точно, что кто-то на нас донес, потому что мы жили в среднем подъезде, на втором этаже, и немцы прямо к нам сразу и пришли. Но Люба уже успела спрятаться. Они ушли, никого не найдя, а через некоторое время замерзшая Люба прибежала в дом. Так она спаслась тогда. Но, к сожалению, после Люба все же умерла в войну".
 
На вопрос, страшно ли было белорусской девочке спасать евреев, говорит: нет. Не только евреев не было страшно спасать, но и помогать подполью - тоже: 

"Знаете, дело в том, что у меня чувство страха отсутствовало совершенно. Мама была активисткой подполья, я частенько им помогала. Унести-передать что-то. Была здесь фармацевтическая фабрика, на нее я бегала за медикаментами. Я к 11 часам всегда туда прибегала. Но там ходили часовые, и мне нужно было выбрать момент, когда один часовой еще не явился из-за угла, а второй за угол уже зашел. И там надо было перебежать дорогу и взять пакетик из окна. Я хватала пакетик и шла. И как раз выходил часовой. Бежать не могла – сразу схватили б, и всё. А так я с пакетиком в руке мимо часового спокойно проходила. Мне тогда было 12 лет. Мы маленькие были, худенькие, голодные".
 
Мама Тамары Осиповой прожила до 99 лет и успела получить это звание от еврейского народа - Праведник мира.
 
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
 
Фото: Вадим Замировский, TUT.BYФото: Вадим Замировский, TUT.BY
 
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
{banner_819}{banner_825}
-20%
-50%
-20%
-25%
-11%
-20%
-25%
-12%
-20%
-50%