Корреспонденты TUT.BY провели ночь на минском железнодорожном вокзале, пообщались с местной публикой и узнали, чем ее представители разгоняют тоску ожидания.
Бездомных просят удалиться, но они все равно возвращаются
Ближе к 23.00 в зал ожидания на вокзал начинают стекаться представители низов белорусской реальности. Сюда они приходят ночевать или просто согреться – за окном пушистый апрельский снег. А теплое здание вокзала в такую погоду может стать временным домом. Но не у всех получается задержаться надолго. То и дело сотрудники милиции подходят и просят показать документы или покинуть зал ожидания. Сегодня здесь много милиции, бездомных – практически нет.
Валентин Сергеевич – один из представителей этой немногочисленной группы. Говорит, что ему 60 лет. Выглядит на 70. Борода, слипшиеся светлые волосы, бежевая куртка и пакет в руках. Стойкий запах мочи не мешает нашему разговору: за несколько часов среди местной публики привыкаешь ко всем ароматам. Мужчина просит купить ему чебурек, я не сопротивляюсь. Продавец разогревает тесто с мясом, Валентин Сергеевич медленно его поглощает.
- Родных у меня нет. Мать умерла, сестра наркоманка, пила, курила и сгорела вместе с домом в Бобруйске. В Минске где-то уже неделю. Бывает, ночую на вокзале. Если сижу, то милиция не трогает, когда сплю - прогоняют.
Я уже видела, как Валентина Сергеевича попросили удалиться. Он ушел, но через некоторое время вернулся. Такой круговорот людей сегодня наблюдала не раз.
Мужчина рассказывает, что в Минск приехал, потому что “это все-таки столица”. Не умереть с голоду ему помогает пенсия в 2,5 млн рублей, церковь и милостыня. Сегодня он планирует ехать в Бобруйск.
- Сейчас посевная пойдет, а я ремонтирую хорошо сельхозтехнику – трактора, машины. Где-нибудь пристроюсь, ничего страшного…
После 23.00 на вокзале перестают продавать водку и пиво. Контингент переключается на вино и шампанское. В нескольких метрах от нас сидит парень лет 25, на его коленях отдыхает девушка. Молодой человек пьет шампанское прямо из горла бутылки.
За нами на стульях спит бабушка. Периодически просыпается, крестится и снова засыпает. Мужчина на соседнем сиденье задремал над книгой. Кажется, еще секунда - и она упадет с колен на только что помытый пол.
"Что здесь на праздники творилось: на 23 февраля и 8 Марта! Белорусское безумие: и обрыганные, и обписанные"
На часах около 2-х ночи. Эскалаторы уже не работают. Чтобы не потерять рассудок от хождения "туда-сюда", я ищу нового собеседника. На вид трезвый мужчина ест пирожок с повидлом и запивает кефиром. Присаживаюсь рядом и чувствую капитальный перегар. Но дороги назад нет, я уже завязала разговор.
Мужчину зовут Иван, большие голубые глаза, он в клетчатом шарфе и куртке, едет на дачу в Бояры. Но во сколько конкретно электричка, ему не принципиально.
- И в 6.35, и в 7.35, и в 8.35 могу уехать. Мне же похмелиться надо, прежде чем работать.
Мужчина читает книгу про немецкого диверсанта Отто Скорцени, купил ее на вокзале за 73 500 рублей. В качестве закладки использует студенческий билет студентки Белорусского государственного педагогического университета имени Максима Танка. Говорит, что нашел его неделю назад на дороге.
- Рассказать, чем люди на вокзале живут? – с интонацией эксперта предлагает мне. - Дурдомом! Что здесь на праздники творилось: на 23 февраля и 8 Марта! Белорусское безумие: и обрыганные, и обписанные.
Наш разговор услышал парень, проходивший мимо. Здоровается. Его зовут Михаил.
- А вы знакомы? – спрашиваю.
- Он мне ручку давал бутылку вина открыть! – отвечает Иван.
Мужчины думают, как сообразить на двоих. Через пару минут передо мной появляются две бутылки: "Кадарки" и "Бела-Колы".
Михаил, молодой парень, которому, как оказалось, будет 27 лет, работает грузчиком на Лебяжьем, но мечтает устроиться на "нормальную" работу. Пять суток до нашей встречи он провел в изоляторе в Молодечно за пьянку. Один в камере чуть не сошел с ума, но все это время, говорит, читал Библию, которую тут же мне демонстрирует.
- Надо покориться Богу и смириться… Вот я никак. Все не буду ни пить, ни курить, - обещает он, но от "Кадарки" не отказывается. Более того, резко берет бутылку в руки и пальцем просовывает пробку внутрь. Я откровенно удивлена такой сноровке.
Пока мужчины выпивают, пряча бутылку от глаз милиционеров за куртку, наша беседа касается девушек легкого поведения.
- Как они выглядят? С двумя ногами, двумя руками и одной дурной головой! Показать? – предлагает Иван. - Вон - две пошли!
Одна из них в короткой черной юбке и с косынкой на голове.
- Говорят, что у нас нет таких девушек на вокзале…
- Вы в Москве когда-нибудь были? А на Тверской? У них там на Тверской нет проституток, они только в Москве есть, - сострил он.
Чем ближе утро, тем крепче спит вокзал
Большинство пассажиров культурно спят. Пару человек играют в бильярд в бильярдной. Кто-то сидит в интернет-кафе. Некоторые бродят то ли в поисках смысла жизни, то ли чтобы размяться после долгого сидения. 
В зале ожидания играет русская попса. Именно этот музыкальный фон помогает строителю из Ганцевичей разогнать тоску. Владимир уже пять лет работает строителем в Минске, сегодня ехал из дома в столицу и опоздал на последний городской автобус. Решил дождаться "первого утреннего" на вокзале.
- Отсюда до общежития доехать на такси - 120 тысяч, - объясняет он, почему предпочитает общественный транспорт.
Работать в Минск мужчина переехал, потому что в Ганцевичах зарплата - 2-3 млн, в столице – в два-три раза больше. Он достает из сумки коробку из-под телефона и говорит, что сегодня пойдет в милицию писать заявление о краже аппарата.
- Можа нойдуць, - надеется он. Я не делюсь своим печальным опытом в этой теме и даю его надежде право на жизнь.
В 4 утра вокзал продолжает тихо дремать. И ничто не нарушает его безопасную тишину. Наоборот – милиция ее только поддерживает. Так же как и уборщицы поддерживают чистоту. Периодически объявляют поезда.
На пути к выходу из вокзала ко мне подходит парень в спортивной куртке и шапке.
- А вы куда едете? Мне просто не с кем выпить… Вас как зовут?
От заманчивого предложения отказываюсь. Уже на улице через окна вокзала вижу, что он все-таки нашел себе компанию. Ведь здесь, как показывает опыт, это не составляет труда. Многочасовое ожидание поездов кого угодно объединит: и бездомных, и пассажиров, и любителей выпить.
P.S. Имена героев в материале по этическим соображениям изменены
