Сергей Крапивин, фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора,

Сегодня исполняется 210 лет со дня основания Минской мужской правительственной гимназии. Это не просто знаменательная дата одного столичного учебного заведения. Склонен я думать, что для Беларуси 24 января 1803 года означает оформление классического среднего образования - начало именно той формы, близкую к которой наше общество имеет по сей день.

Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Здание гимназии на Губернаторской улице
  
Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Это же место в Минске в нашу эпоху
   
Подчеркиваю, что речь идет о самой организации средней школы, и для примера напомню, что такие понятия, как "класс", "классный наставник", "педагогический совет", "аттестат зрелости" - они пришли к нам из классической гимназии. Даже современный ученический дневник копирует формат дневника дореволюционного гимназиста. В советскую послевоенную эпоху было стремление копировать старую гимназию не только форменной одеждой учеников (гимнастерка, фуражка с кокардой, ремень с пряжкой), но и разделением школ на мужские и женские.
 
Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Общая фотография выпускников 1914 года в актовом зале гимназии
  
Разумеется, нельзя утверждать, что до включения в Российскую империю белорусских земель народонаселение наше существовало без системы среднего образования. Ко времени присоединения восточной части Беларуси к России в 1772 году на ее территории, состоявшей из Могилевской и Полоцкой (позднее переименованной в Витебскую) губерний, существовали шесть учебных заведений, которые стояли по своему учебному курсу выше начальных школ. Они находились в Витебске, Полоцке, Могилеве, Орше, Мстиславле, Волынцах.
 
Более столетия волны истории бились о стены Минской гимназии, захватывали ее питомцев. В этих стенах взращены многие выдающиеся деятели белорусской, русской, польской, еврейской науки и культуры, экономики и политики. Вот лишь краткий перечень славных имен:
 
Станислав Монюшко - композитор,
Тадеуш Корзан - историк, корреспондент герценовского "Колокола",
Янка Лучина (Иван Неслуховский) - поэт,
Михаил Грушневич - астроном,
Феофил Худинский - антрополог, революционер, секретарь Русской секции Первого Интернационала,
Владимир Спасович - юрист и литературовед,
Николай Минский (Виленкин) - поэт,
Ядвигин Ш. (Антон Левицкий) - писатель, один из зачинателей белорусской прозы,
Фердинанд Рущиц - художник,
Иван и Антон Луцкевичи - деятели белорусского национально-демократического возрождения,
Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Домовая церковь и оборудованный по последнему слову науки кабинет физики и космографии вполне уживались в одном здании гимназии

Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора

 
За участие в восстании 1863 года был сослан в Сибирь выпускник гимназии Бенедикт Дыбовский. Позже он прославился как географ, зоолог и врач, один из первых исследователей озера Байкал.
 
А вот еще личность - Константин Ельский из Игуменского уезда (нынешний Червенский район). Историк писал: "По окончании Минской гимназии в 1853-1856 годах Ельский учился на медицинском факультете Московского университета, в 1860 году окончил математико-природоведческий факультет Киевского университета. Будучи преподавателем Киевской гимназии принимал участие в подготовке восстания 1863-64 годов. Когда весной 1863 года в Киеве начались аресты, Ельский нелегально перешел румынскую границу. Работал зоологом в Турции и Франции. В 1865 году выехал из Парижа во Французскую Гвиану. Исследовал и описывал жизнь тропических птиц, насекомых, животных, растений; лечил больных, прокаженных. В 1869 году переехал в Перу, где изучал фауну. Совместно с Л. Штольцманом исследовал северные районы страны, растительный и животный мир бассейна Амазонки. Он открыл ранее неизвестный вид животного Dinonys. Один из видов лавра назван его именем (Ocotea Jelscii)".
 
Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Выпускной класс на гимнастической площадке гимназии. Апрель 1914 г.
 
Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Перед совместным балом с ученицами Мариинской женской гимназии. 1914 г.
  
В двадцатом веке судьба нередко разводила бывших учащихся Минской гимназии по разные стороны баррикад. Для примера укажу на две личности.
 
Георгий Викторович Кривошеин - выпускник 1914 года, успел окончить два курса юридического факультета Московского университета. Арестован в Минске 2 сентября 1921 года по делу антисоветской боевой организации "Зеленый дуб", расстрелян 19 октября.
 
А вот представитель противоположного лагеря - Виктор Иосифович Осмоловский. Сын чиновника Минского окружного суда стал в 1920 году сотрудником Народного комиссариата юстиции БССР, затем - видным чекистом, начальником Особого отдела ГУГБ НКВД СССР Тихоокеанского флота. Расстрелян в 1938 году.
 
…Так которую из современных столичных средних школ можно считать преемницей дореволюционной Минской мужской гимназии?
 
Определить это непросто, потому что сложна и запутана история учебного заведения в эпоху войн и революций. Вкратце она такова.
 
11 сентября 1915 года в связи с мировой войной Минская мужская гимназия была эвакуирована в Москву, где 11 октября возобновила деятельность в помещении педагогического института имени П.Г. Шелапутина. Весной 1918 года в большевистской Москве начался голод, поэтому в августе по согласованию с германской оккупационной администрацией гимназия возвратилась в Минск и приступила к занятиям, но уже без казенных субсидий.
 
В декабре 1918 года немцы ушли из Минска, последовало провозглашение БССР, и в марте 1919-го согласно декрету ВЦИК от 16 октября 1918 г. "О среднем образовании" Минская гимназия была преобразована в (цитирую полное название) Советскую трудовую школу второй ступени №2. По тогдашней терминологии "единая трудовая школа второй ступени" - это старшеклассники, а "первая ступень" - младшие классы.
 
Первым заведующим (директором) этой обновленной средней школы стал Сергей Антонович Лавринович - дореволюционный учитель математики и физики в прежней гимназии. Под началом у него оказались 28 учителей и 548 разнополых учащихся (декретом Совнаркома Литвы и Белоруссии "О реорганизации школьного дела" от 24 марта 1919 г. введено было совместное обучение мальчиков и девочек и обязательное посещение школ детьми в возрасте от 8 до 17 лет).
 
Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Будущий первый советский директор школы С.А. Лавринович (слева на снимке) со своим выпускным гимназическим классом в 1914 году
  
Однако летом 1919 года Минск заняли поляки, и 13 августа оккупационные власти выдали разрешение на конфискацию имущества и самого здания бывшей русской гимназии в пользу двух частных польских учебных заведений. Наша гимназия-школа пережила годичную оккупацию как приватное заведение, скитаясь по случайным помещениям.
 
После освобождения Минска и нового провозглашения БССР летом 1920 года Советская трудовая школа второй ступени №2 восстановилась в прежнем здании. Очередным заведующим 6 сентября 1922 года был назначен Владимир Антонович Климонтович - опять-таки знакомый нам по дореволюционной эпохе преподаватель физики и математики (исполнял он в предшествующие войне годы обязанности инспектора гимназии). Примечательно, что в архивном фонде собственно Минской мужской гимназии последние ее документы (надо сказать, весьма хаотично отложившиеся) датированы аж двадцатым годом, и не всегда понятно, которые из них относятся к "еще" гимназии, а которые - к "уже" советской школе…
 
Кто из прежних дореволюционных преподавателей уцелел при Советах? Старый минчанин А.Я. Капилов, который в школе №2 на улице Ленинской (б. Губернаторская) учился с 1931-го по 1941 год, рассказал мне в начале 1990-х годов, что добрую память оставили Александр Антонович Чернявский - преподаватель русского языка и литературы и его супруга Анастасия Александровна - учительница в начальных классах. Попросил я Капилова описать внешность бывшего статского советника Чернявского (между прочим, до революции он преподавал не русский, а латинский и древнегреческий языки). Все сошлось с публикуемым здесь фотопортретом 1914 года: "Волосы седые ежиком, вообще весь белый, даже усы. Сухощавый, выше среднего роста. Иногда Чернявского можно было видеть в старом форменном сюртуке со споротыми петлицами".
 
Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Александр Антонович Чернявский.
Неординарной была судьба штабс-капитана Э.Э. Земеля - тоже гимназического преподавателя. До революции Эрнест Эрнестович обучал гимназистов военному строю и ружейным артикулам, а в советское время стал преподавателем латинского и древнегреческого языков на историческом факультете Белгосуниверситета. (Посвященный Эрнесту Земелю и преподавателю сокольской гимнастики Антону Скоканеку очерк "Железо нужнее золота" опубликован в журнале "Армия" №5, 2011 г.) Вот такие были в дореволюционной школе военруки - со знанием античной культуры!
 
Историк Артур Зельский, в прошлом заведующий Музеем истории БГУ, подарил мне фотографию 1928 года, на которой изображены члены студенческого научно-исследовательского кружка во главе с доцентом педагогического факультета В.К. Дыдырко. Так это же наш Владимир Кондратьевич Дыдырко - учитель математики, член педагогического совета дореволюционной гимназии! Его супруга Елена Эрнестовна была в том же заведении учительницей французского языка. По сведениям кандидата наук А.Г. Зельского, бывший коллежский советник В.К. Дыдырко был расстрелян в тридцатые годы в числе многих других преподавателей университета.
 
Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Доцент В.К. Дыдырко среди студентов БГУ. 1928 г.
  
Когда в начале 2008 года моя повесть "Гимназия у перекрестка" начала печататься в еженедельнике "Экспресс-новости", ко мне обратилась группа весьма заинтересованных читателей. Все они - давние выпускники минской средней школы №2. "Давние" потому, что той прежней второй школы уже не существует - в 1974 году она была объединена с 4-й средней школой, а здание отдали лечебному учреждению. Второй же номер по каким-то соображениям присвоили новой школе в Серебрянке.
 
Движимые чувством благодарной памяти о своей школе и педагогах, эти люди издали на общественных началах симпатичную книгу воспоминаний "Школа на улице Энгельса" (авторы И. Макарчук, Е. Левитман, Р. Гамзович, Е. Полойко, С. Рацевич). Мне отрадно, что во многом наши сведения и суждения совпадают. Цитата из опубликованных воспоминаний:
 
"Надежда Эпштейн, выпускница 1940 года, по профессии учитель белорусского языка и литературы:
- Мне повезло со школой: учителя довоенной 2-й школы были профессионалами. Русский язык преподавал Александр Антонович Чернявский, он стал первым заслуженным учителем Беларуси. Всех старшеклассников он называл на "вы", потом эта традиция перешла в послевоенную 2-ю школу. Сильным математиком был Михаил Иванович Волосевич - учитель еще с гимназическим образованием, со знанием греческого языка и латыни…"
 
Увлеченный исследователь Елена Левитман подсказала мне телефон одного из последних живых минчан, которые учились у преподавателей с дореволюционным гимназическим стажем. Я позвонил по указанному номеру и услышал бодрый ясный ответ:
 
- Приезжайте, поговорим.
 
При встрече в доме на улице Серафимовича подтянутый мужчина Исаак Григорьевич Плисан предложил для начала:
 
- Кофе? Коньяк?..
 
Подумалось мне, что держать так себя в девяностолетнем возрасте - это значит иметь прочный внутренний стержень. Он у Исаака Григорьевича двойной закалки. Во-первых, мой собеседник - бывший фронтовик, во-вторых - человек высокой культуры, представитель минской технической интеллигенции, инженер-энергетик, ученый. 
 
Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Исаак Григорьевич Плисан.
 
- В школе номер два я учился с первого по десятый класс - поступил в тридцатом году и окончил в сороковом. Школа была белорусская, в нее меня отправили просто потому, что других поблизости не было. Но я нисколько не жалею о том, что окончил именно белорусскую школу. Причем окончил с отличием и в том же году поступил в политехнический институт. Сегодня мне кажется, что до войны белорусский язык был несколько иным… А в семье нашей говорили на жаргоне еврейских городских низов. Отец мой Гдаль Лейбович был перчаточником, имел небольшую мастерскую, позже работал на кожгалантерейной фабрике. Дошкольником я ходил с ним в синагогу в районе Немиги, и мне это очень нравилось, потому что там давали глоток сладкого вина… Отец умер в сороковом году, мама Рива Исааковна погибла в гетто в сорок первом. Люди это были чудесные, но малообразованные, и вот из этой среды городских низов я попал в высококультурную школу.
 
- Скажите, вы не застали эксперименты ранней советской школы? Вроде тех, когда комсомольско-ученические комитеты пытались становиться над педагогическими советами и вмешивались в учебные планы. Или - пробы ввести так называемый бригадный метод подготовки учебных заданий. Это когда на уроке отвечал один ученик (лучший), а оценку получали все члены его "бригады"…
 
- Нет, ко времени начала моей учебы общее благоразумие взяло верх, и в начале тридцатых наша средняя школа возобновила ряд лучших традиции классической гимназии… Вот есть выражение "неотесанная деревенщина" - над такими ребятами нередко насмехались в городской школе. А почему не может быть "неотесанная мещанщина"?.. Помню, как по-доброму "отесывал" нас Александр Антонович Чернявский. Память у меня была неплохая, учебный материал усваивал я неплохо, но вначале отличался скверной манерой опаздывать на уроки. Появляюсь я на пороге - Александр Антонович говорит: "Ну вот, Плисан явился - можно начинать". Все это подавалось с доброжелательным юмором, он никого не третировал. Этого было достаточно, чтобы я начал следить за собой, внутренне организовался. На уроках Чернявский глубоко анализировал классиков, учил нас ясно думать и ясно излагать. Благодаря ему в школьные годы я прочитал всего Толстого. Александр Антонович был классический интеллигент, человек высокой культуры, и многое мы, ученики, переняли у него: речь, манеру мыслить. О себе могу сказать, что когда много позже я писал научную диссертацию, то план ее составлял так, как если бы анализировал материал для школьного сочинения у Чернявского…
 
Вторая средняя школа занимала старое гимназическое здание до конца 1930-х годов (в этом же помещении, только в другую смену, до войны работала и школа №5), а затем была переведена в специально возведенное для нее образцовое здание "сталинской" школы на улице Энгельса, 37, напротив Дворца пионеров и Театра юного зрителя.
 
В войну старый дом гимназии, построенный еще в 1844 году, был полуразрушен, а после освобождения Минска его решили не восстанавливать - на этом месте сегодня бульвар напротив домов с номерами 9 и 11 по улице Ленина.
 
Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Можно ли было восстановить полуразрушенное здание мужской гимназии - довоенную вторую школу? Теоретически, наверное, да…

Фотографии из фондов Национального исторического музея Республики Беларусь и автора
Однако улицу Ленина решили отстроить заново. Ее значительно расширили, линию фасадов новых домов отнесли вглубь, а на месте гимназии проложили бульвар. 1953 г.
  
Так на которую из современных минских школ можно сегодня "перевести стрелки" юбилея Минской мужской правительственной гимназии?
 
Выпускники "старой" средней школы №2 считают, что уже не на кого: родословная учебного заведения прервалась в 1974 году, когда в центре Минска расформировали ту вторую школу, которая началась еще в стенах дореволюционной гимназии…
 
А, может быть, есть иные мнения? Редакция TUT.BY с интересом их выслушает. 
{banner_819}{banner_825}
-12%
-20%
-25%
-20%
-45%
-20%
-10%
-10%
-10%
0063408