опубликовано: 
обновлено: 

Белорусы уже больше 10 лет оплачивают налогами создание шаблонных сайтов госструктур, которые больше похожи на визитки и справочники, чем на информационные ресурсы с исчерпывающими данными о работе чиновников. Стоимость интернет-представительств в ноябре прошлого года варьировалась от 30 миллионов до миллиарда рублей, но на содержательности страниц это не отразилось.

Несмотря на законодательное регулирование содержания сайтов, сами госструктуры не выполняют законных требований. Например, по бюджету должно публиковаться девять документов, в среднем публикуется два. При этом отчетов по расходованию бюджетов в интернете в принципе найти невозможно.

Пропорциональны ли затраты на содержание сайтов с их наполнением, есть ли запрос на недостающую, по мнению экспертов, информацию и как качество жизни и общественно-политические процессы связаны с наполнением веб-страниц госорганов. Об этом и не только в очередном выпуске программы "Амплитуда" рассказали Владимир Ковалкин, руководитель проекта "Кошт урада" в рамках проекта BIPART, и эксперты Lawtrend Алексей Козлюк и Андрей Сушко, которые принимали участие в одновременном исследовании сайтов госструктур в четырех странах.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео (118.93 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (18.45 МБ)

Как качество жизни граждан зависит от широты спектра информации, представленной на сайтах госструктур?

Владимир Ковалкин: Сам факт необходимости публикации информации дисциплинирует чиновника. Он собирает более качественную статистику, она становится разнообразнее, и это влияет на качество принимаемых решений. Через ассоциации и профсоюзы бизнес и другие социальные группы получат возможность высказаться, чтобы их мнение учитывалось при создании законов.

Андрей Сушко: Государственные органы аккумулируют большое количество информации на наши налоги. Граждане должны иметь доступ к этой информации, чтобы перерабатывать ее. Для людей с инвалидностью этот вопрос критически важен.

Законодательство каким-то образом регулирует сферу публичности информации государственными структурами?

Алексей Козлюк: Государство присутствует в интернете больше 15 лет. С тех пор принималось несколько нормативных актов. В указе №60 и законе об информации, информатизации и защите информации написаны требования к сайтам и информации, которая должна там размещаться.

Владимир Ковалкин: В законе есть перечень общедоступной информации и пункт, что прочая информация может быть доступной или недоступной по решению руководителя госоргана. Допустим, руководитель местного исполкома может разместить финансовую информацию об исполнении бюджета в функциональной классификации в виде 9 строк. Если мы попросим его сообщить, сколько было потрачено на ремонт детских садиков, поддержание детских и юношеских спортивных школ и покупку нового автотранспорта для администрации, эту информацию мы не получим. Скорее всего, нам ответят, что эти данные конфиденциальны или для ограниченного использования, потому что так решил руководитель госоргана.

Практически любая информация может стать для служебного пользования, и таким образом, чиновник может ее скрыть. Всегда принимается два закона, регулирующих доступ к информации. Первый закон – о свободе информации с четким перечнем того, что должно быть опубликовано, в какие сроки и как граждане могут осуществить запрос на дополнительную информацию. Второй закон – о защите персональных данных. Это медицинские данные, информация о семейном положении, количестве детей, доходах.

У нас же есть один закон, который защищает чиновника от распространения информации и практически никак не защищает гражданина, чтобы не публиковались его персональные данные.

Какие данные вы не смогли найти для проекта "Кошт урада"? Какие данные вы искали и каким образом?

Владимир Ковалкин: Есть три классификации с точки зрения расхода бюджета: экономическая, функциональная и ведомственная. В законе о бюджете есть ведомственная классификация. Но нам не предоставляют информацию об исполнении этого бюджета, даже по запросам. Второй момент – вся информация публикуется не в машиночитаемом виде, а в формате PDF, картинок. С этой информацией невозможно работать, ее нужно руками вносить в таблицы, чтобы работать с ней. Третья проблема – структура информации. Чтобы составить таблицу и посмотреть, сколько налогов платят граждане, нужно посетить три-четыре сайта различных ведомств. На мой взгляд, Министерство финансов должно это делать вместо нас или вместе с нами. На сайте ЕврАзЭС информации об исполнении бюджета и поступлении налогов больше, чем на сайте Минфина. То есть наше министерство предоставляет международным органам гораздо больше информации, чем собственным гражданам.

Андрей Сушко: Когда мы завершили мониторинг 135 исполнительных комитетов, оказалось, что полнота представленной информации по исполнению бюджета и государственным закупкам составляет 7,9%. На базовом уровне – районных исполкомах – 3,1%. 

Лучше ли ситуация у соседей?

Алексей Козлюк: В прошлом году мы проводили мониторинг с коллегами из Грузии, США и России. Мы оценивали, какую информацию в целом могут получить граждане. Беларусь оказалась на последнем месте. У нас нет доступа к судебным решениям, не предусмотрела публикация в открытом доступе баз данных. Они создаются на деньги налогоплательщиков, а потом к ним предлагается платный доступ. Чтобы ознакомиться с законодательством, по которому мы живем, придется оформить подписку на базу данных правовой информации. В Грузии можно узнать, сколько тот или иной чиновник заработал за год, сколько налогов он заплатил, на кого зарегистрировано какое-либо предприятие.

Беларусь переживает оптимизацию структуры госаппарата, сокращают, в том числе, сотрудников министерств. Кому заниматься разработкой сайтов?

Андрей Сушко: Качественно представленная информация на госсайтах позволит оптимизировать численность госаппарата. У нас обязательно размещать информацию об административных процедурах и услугах, которые они оказывают гражданам. На каждом сайте должна быть максимально подробная информация: чтобы человек мог понять, какие документы ему нужны для определенной справки, к какому сотруднику ему надо обратиться, его номер телефона и кабинет. Но на сайтах исполкомов полнота этой информации составляет 15%.

Владимир Ковалкин: Вместо того чтобы держать отдел из пяти человек, которые отвечают на звонки, можно держать одного человека, который публикует информацию на сайте. Это гораздо эффективнее, чем публикации в прессе и прием граждан, которые тратят время на дорогу, ожидание в очереди и консультацию чиновника, который также получает зарплату из нашего кармана. У нас каждый исполком сам себе заказывает сайт, вместо того чтобы сделать единую платформу и просто менять название исполкомов и наполнение.

Андрей Сушко: С другой стороны в Брестской области исполкомы применяют такой подход. Есть ряд недоработок и даже ошибок, которые повторяются на всех сайтах.

Владимир Ковалкин: Зато исправив шаблон, ошибку можно исправить сразу на всех сайтах.

Есть ли прямая зависимость сумм, затраченных на создание сайтов, и их эффективности?

Владимир Ковалкин: Цены сильно варьируются. Средняя стоимость 30-50 млн руб по прежнему курсу, а есть сайты, цены которых зашкаливают. Сайт Следственного комитета обошелся казне в более чем 800 млн руб. Сайт Белорусской валютно-фондовой биржи обошелся дороже 1 млрд руб. Безусловно, на этих сайтах должна быть система защиты. Но мы сравнивали сайт Следственного комитета с сайтом другой силовой структуры – Государственного таможенного комитета. Они написали техзадание, где значилась защищенность сайта, и упомянули, что сайт должен содержать такие же шаблоны, как и все их региональные сайты. Сделав один тендер, они закрыли все свои потребности по стране. Их сайт обошелся в 4 раза дешевле, чем сайт Следственного комитета. Очень сложный сайт педуниверситета обошелся казне в 150-170 млн руб.

Андрей Сушко: В целом сайт Следственного комитета – хороший ресурс с точки зрения информации и юзабилити. Информация представлена на белорусском и русском, что редкость. Может, он стоит этих сотен миллионов.

Владимир Ковалкин: С технической точки зрения это простой сайт: в нем нет сложного пространства для электронного обучения, как в университетах, нет сложных мультимедийных элементов и других оснований, кроме безопасности, по которым он мог бы стоить так дорого. Может, если бы предоставили калькуляцию, мы убедились бы, что сайт стоит этих денег.

Есть ли обратная связь от госструктур? Просят ли они помощи, чтобы устранить очевидные ошибки?

Алексей Козлюк: Изначально мы не собирались просто критиковать, а планировали вместе улучшить ситуацию. Мы провели ряд встреч, на которые приглашали представителей госорганов, и они пришли. Спустя несколько лет мы продолжаем сотрудничество. Есть идеи работы с белорусскоязычной версией сайтов, которая есть на единичных сайтах, несмотря на то, что у нас два государственных языка.

Владимир Ковалкин: Если сайты госструктур оптимизируют и сделают более эффективными, получится тратить меньше денег из налогов и их можно будет направить на другие сферы – образование и здравоохранение. Граждане получат возможность активно участвовать в жизни собственного государства, что-то советовать и защищать свои права перед чиновником.

{banner_819}{banner_825}
-45%
-20%
-25%
-20%
-45%
-15%
-50%
-20%
-35%
-10%
-45%