/

С начала февраля в Беларуси вступает в силу новая редакция закона о военном положении. При ее разработке был учтен опыт протестов в Минске 19 декабря 2010 года, а также всей череды трагических украинских событий последнего года, считают эксперты.
 
Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
 
В погоне за сенсацией некоторые российские и украинские СМИ назвали новую редакцию нормативного акта законом "о зеленых человечках". Так они намекали на учет в поправках крымского опыта, когда вооруженные люди в одинаковой военной форме без знаков отличия помогали местным активистам проводить референдум и блокировать украинские воинские части. Как позже признался российский президент Владимир Путин, это были российские военнослужащие.
 
Некоторые журналисты, увидев в новом белорусском законе среди перечня оснований для введения военного положения "засылку другим государством вооруженных банд (групп) и регулярных сил или подразделений регулярных войск" на территорию Беларуси, немедленно связали это с Крымом. Однако на деле эта норма всего лишь перекочевала в новый закон из его предыдущей версии, а туда из международного права.
 
Подлил масла в огонь глава белорусского посольства в США Павел Шидловский. Он, выступая на американской конференции, упомянул принятие новой редакции закона "О военном положении" в контексте опасений Беларуси за свою независимость и суверенитет, и попросил у Запада "протянуть руку помощи Беларуси".
 
Надо отметить, что ряд важных изменений в закон "О военном положении" все же внесли.
 
Так, к общим основаниям введения военного положения добавили "угрозу посягательства на конституционный строй". Кроме того, в период военного положения ужесточены "политические запреты". В частности, предусматривается запрет на создание в период военного положения политических партий, иных объединений, их союзов, ассоциаций. Оговаривается также приостановление выпуска средств массовой информации, за исключением тех, перечень которых будет определять Министерство информации.
Фото: bk-brest.by
Фото: bk-brest.by
 
Военный обозреватель Александр Алесин убежден, что, когда новая редакция белорусского закона о военном положении лишь начала разрабатываться, в голове у властей были "какие-то внутренние угрозы, опасности, которые власть видела в связи с возможным ухудшением экономической и социально-политической ситуации".
 
"Очевидно, что эти опасения были навеяны предыдущими выборами и выступлениями, которые закончились массовыми задержаниями. Власти решили подкрепить силовые ведомства еще ресурсами Министерства обороны. Не для того, чтобы впрямую использовать вооруженные силы против демонстрантов, а для блокирования каких-то районов или защиты объектов жизнеобеспечения", – подчеркнул Алесин.
 
Самым объемным нововведением закона стала детальная регламентация полномочий всех государственных ведомств во время военного положения: генштаба, правительства, совбеза, министерств и комитетов, а также местных советов обороны.
 
В законе детально регламентирован порядок привлечения Вооруженных сил и других воинских формирований военного положения, а также порядок применения физической силы и специальных средств, в том числе с использованием оружия.
 
Фото: TUT.BY
Фото: TUT.BY
Старший аналитик Белорусского института стратегических исследований Денис Мельянцов в своей колонке на сайте Naviny.by по этому поводу пишет: "Анализ этих статей позволяет сделать заключение, что военнослужащие и другие лица, привлекаемые к обеспечению военного положения, имеют право применять силу и оружие практически в любых ситуациях, в том числе против безоружных гражданских лиц. Прописано также право на обоснованный профессиональный риск. Причинение вреда при обоснованном профессиональном риске не является правонарушением".
 
Политолог убежден, что это может считаться вынесением уроков из украинского конфликта: "Такая детальная регламентация, по всей видимости, призвана учитывать возможность гибридного конфликта, в том числе с участием гражданских лиц, и избавить военнослужащих от возможных колебаний относительно правомерности применения оружия в неоднозначных ситуациях".
 
С ним согласен Александр Алесин. По мнению военного эксперта, в новом законе белорусская власть учла все слабости властей Украины: как во время Майдана, так и после него: "Сначала власть Януковича оказалась без силового кулака. Нечем было подкрепить МВД, силы безопасности и так далее, потому что вооруженные силы не имели ни правового основания, ни подготовки, и офицеры не были готовы выполнять приказы".
 
"Потом в Украине началась гибридная война, которая постепенно переросла в самую настоящую гражданскую войну. Как мы видим, ни силовые ведомства, ни вооруженные силы не оказались готовыми к подобному противостоянию. И этот опыт заставил белорусского законодателя учесть возможность такого развития ситуации. Поправки касаются не только перечисления этих угроз, но и механизма действия государственной власти и вооруженной организации в этой ситуации", – отметил Алесин.
 
Кроме того, по новому закону нападением на Беларусь считается нападение на любого из членов ОДКБ. А это, напомним, Россия, Армения, Таджикистан, Казахстан и Кыргызстан.
 
Алесин убежден, что это положение не стоит считать сенсацией, речь идет о заполнении правового пробела. "Этот пункт, аналогичный пятой статье устава НАТО, уже давно прописан в документах ОДКБ. Просто белорусская сторона привела в соответствие свое законодательство тому, что она уже подписала в рамках организации", – подчеркнул военный обозреватель.
-20%
-50%
-30%
-20%
-20%
-11%