/

Фото: svpressa.ru
Фото: svpressa.ru
Все заявления экспертов о неэффективности белорусской экономики годами разбивались о железный аргумент властей: внятный, очевидный даже скептикам экономический рост. В нынешнем году от былого роста не осталось и следаПочему экономика Беларуси росла и, главное, отчего перестала, эксперты обсуждали в рамках "Кастрычніцкага эканамічнага форуму", организованного Исследовательским центром ИПМ.

Проблема не локальная, а системная

"С 2009 года мы наблюдаем существенное ослабление потенциала роста белорусской экономики, - констатировал один из авторов исследования факторов роста белорусской экономики эксперт BEROC Дмитрий Крук. - С 2008 года у нас ключевым фактором роста является накопление основных фондов – то есть предприятия наращивают производственные мощности, и при этом зачастую мы сталкиваемся с недостатком производительности".

 
Именно исчерпанный потенциал роста производительности эксперт считает главным барьером для экономического роста.
 
Что же случилось с нашим потенциалом производительности? "Бросается в глаза противоречие между накоплением капитала и производительностью. Например, для позднего СССР многие экономисты ставили диагноз – неэффективное накопление капитала. То есть создавались механизмы, чтобы накапливать капитал, но эти механизмы не могли эффективно распределить капитал между отраслями, в результате он использовался неэффективно, и отдача от каждой последующей единицы капитала сокращалась, что и выражалось в снижении производительности", - пояснил Дмитрий Крук.
 
К (капитал) вносит существенно больший вклад, чем L (труд), а рост, основанный только на накоплении капитала, не может быть высоким и устойчивым.

Чтобы оценить, не проблема ли это какой-то отдельной отрасли, эксперты проанализировали динамику производительности по отраслям.
 

У нас проблема, очевидно, не в одной отрасли, уверен эксперт BEROC. Он отметил, что достаточно уверенный рост производительности был лишь в трех отраслях – топливной (эксперты связывают его в том числе с льготным доступом Беларуси к российской нефти), химии и нефтехимии (здесь упомянули "специфические схемы, которые появились у Беларуси в 2009 и расцвели в 2012-м году") и в одной внутренней отрасли – промышленности стройматериалов, что во многом связано с искусственным стимулированием внутреннего спроса.
 
"Проблема недостатка производительности – системная, - заключил эксперт. - Ключевые отрасли, формирующие нашу экспортную корзину, демонстрируют достаточно низкий темп роста производительности".
 
При эффективном распределении капитала большее его накопление происходило бы в отраслях с более высокой производительностью. "А у нас важным барьером на пути роста производительности является нехватка перераспределительных механизмов между отраслями", - отметил Крук.
 
"Чрезмерное вмешательство государства в перераспределение инвестиционных потоков не всегда приводит к хорошему результату", - поддержал авторов исследования профессор БГУ Михаил Ковалев. При этом он подчеркнул, что на длинных отрезках, что бы ни говорили об иностранных инвестициях, все зависит от национального капитала: "Есть мировые цифры, что 10% только в инвестициях – трансграничные потоки капитала. Хотя на коротких отрезках времени именно они могут быть импульсом для страны".
 

Лузер в мировом масштабе

Один из авторов исследования Катерина Борнукова сравнила производительность различных отраслей экономики в Беларуси с экономиками Чехии как лидера трансформации и Швеции как эталона развитой страны.
 
Итоги для Беларуси оказались неутешительными. Чехия за 10 лет сократила отставание с 0,42 до 0,5 от шведской производительности, Беларусь преуспела меньше – с 0,25 до 0,3, то есть до 30% от производительности в Швеции.
 
Разрыв в производительности с развитыми странами сокращается очень медленно, а с лидерами трансформации он даже вырос.
 

"Самое интересное на этом графике – динамика. Чехия сократила разрыв на 8 процентных пунктов, а Беларусь, которая стартовала с более низкой точки и ей теоретически должно быть легче догонять, сократила разрыв всего на 5 пунктов. При том, что в общем Беларусь росла гораздо быстрее, а Чехия росла медленнее, но быстрее накапливала производительность", - констатировала эксперт BEROC.

Проблемы Беларуси становятся еще более очевидными при анализе производительности в различных отраслях. 

К примеру, показатель 1,37 в графе "торговля и ремонт" обозначает, что с теми же ресурсами Беларусь произведет на 37% больше, чем в Чехии, и на 45% меньше, чем в Швеции. Соответственно в машиностроении - на 42 и 74% меньше.
  
"В аутсайдерах у нас оказалась практически вся промышленность", - констатировала Борнукова.

Она обратила внимание на интересную ситуацию с лидерами. Здесь оказались рентные отрасли, такие, как химическая промышленность, пищевая промышленность (благодаря заниженным ценам на продукцию сельского хозяйства) и секторы, направленные на внутренний рынок – торговля, ремонт, отели рестораны. Но в последнем случае "благодарить" за высокую производительность стоит высокие внутренние цены и низкую конкуренцию.

А реальный сектор существенно отстает. При этом недостаток производительности именно в экспортных отраслях обозначает утрату экспортной конкурентоспособности.
 
Авторы исследования определили, что как минимум в некоторых отраслях рост капитала приводит к потерям в производительности, а в целом в экономике происходит неэффективное накопление капитала.
 
"Нынешнее снижение – не только циклическое, не последствие мирового кризиса, а системная проблема, связанная с низкой производительностью. А это потеря конкурентоспособности", - резюмировала Катерина Борнукова.

Не забыли исследователи и про "рецепт". По их оценке, самый быстрый и дешевый способ увеличить производительность – обеспечить свободное перераспределение ресурсов. Но для "социального государства" это почти невозможно - слишком много обещаний и обязательств перед неэффективными отраслями, структурами и другими участниками экономической жизни.   
-20%
-20%
-30%
-50%
-10%
0069580